Страница 48 из 97
— Тысяч десять? — заинтересовано влез Родигес.
— Бери больше, — я потрепал его по голове.
— Пятнадцать?
— Примерно сто шестьдесят, — и пока все ошарашено переваривали цифру, я завалился спать.
Еще два дня пути, и мы вышли на заброшенный хутор, где нас ждала остальная часть команды. Быстро перебросив груз на Малыша, мы двинулись в сторону дома.
Дальнейшая дорога прошла без лишних осложнений. Единственный эксцесс случился, когда нас остановил дорожный патруль графства. Главный патрульный поинтересовался личностями наших пленников и тем, почему они идут со связанными руками. Но три полновесных золотых, незаметно перекочевавшие ему в руку, мгновенно убедили его в том, что это паломники Триединого, которые дали обет ходить со связанными руками, а мы их доблестная охрана от разбойников.
Наконец, мы дома.
— И что это такое? — поинтересовался Бератрон, выйдя на веранду. — Я вроде бы не приглашал бродячий цирк.
— Это подопытный материал для проведения практических работ по некромантии, — бодро отрапортовал я, спустившись с Малыша.
— Я не один десяток лет преподавал некромантию, но впервые ученик прибывает со своим материалом, — лич недобро усмехнулся, глядя на толпу резко съежившихся разбойников, — быстро распаковывайте вещи и приступайте к рассказу о вашем походе.
— Ваше Святейшество, — с легким поклоном обратился секретарь, — к вам боевой инквизитор из ордена Изгоняющих Турус Низвергающий.
— Проси, — сухие губы Патриарха едва пошевелись.
Секретарь вышел, и через пару мгновений в кабинете появился Турус.
— Приветствую, Ваше Святейшество, — с глубоким поклоном обратился инквизитор к сухому старику с одухотворенным лицом, который сидел с закрытыми глазами.
— Обойдемся без формальностей, — прошелестел в ответ Патриарх и открыл глаза.
Инквизитор далеко не первый раз лично встречался с главой церкви, но каждый раз удивлялся силе веры в его глазах. Казалось, что сам всевышний взирает на мир глазами своего наместника на земле.
— До меня дошла информация о твоей последней битве с поклонниками преисподних. Весьма похвальная настойчивость в деле искоренения зла, — Патриарх замолчал, и инквизитор счел необходимым ответить.
— Благодарю, Ваше Святейшество.
— Не стоит, — тихо произнес наместник и помахал сухонькой ручкой, — это я должен благодарить Господа нашего Всемогущего за столь верного сына церкви.
Турус не счел необходимым ответить.
— К сожалению, у меня осталось не так уж много времени. Не спорь, — глава церкви повысил голос, увидев, что инквизитор готов что-то сказать, — мне виднее. Поэтому я прошу тебя рассказать о последних событиях.
— Я все отразил в кратком отчете, но если Ваше Святейшество желает…
— Желаю, — прервал Патриарх.
Турус за пару мгновений собрался с мыслями и кратко, только по делу, изложил произошедшее, аккуратно обходя любые упоминания о Сене, везде называя того проводником.
— Достаточно, — мягко оборвал Туруса Патриарх, — ты все сделал верно. Только я хотел бы услышать об этом загадочном проводнике. Который появился из ниоткуда и исчез неизвестно куда. К тому же в отчете старшего паладина сказано, что он выдержал удар высшего поцелуя Азриля. Кто он?
— Я не знаю, Ваше Святейшество, — склонил голову инквизитор.
— Ищеек уже послали?
— Нет, Ваше Святейшество.
— Почему? — удивился Патриарх.
— Я дал своё личное слово и слово Церкви, что ни я, ни другие служители Триединого не будем его искать.
— Зачем ты дал это слово?
— Иначе бы я не смог добраться до колдуна. И как показали дальнейшие события, без него мы не смогли бы победить. Демонопоклонник успел войти в силу.
— Что ты можешь о нем сказать, не нарушая слова?
— Молодой, хитрый, сильный, наглый, дерзкий.
— Отличная рекомендация, — улыбнулся Патриарх, — я уверен, что Церковь еще о нем услышит. Я слышал, что его услуги обошлись в очень большую сумму денег?
— Он забрал половину имущества колдуна. Это больше ста шестидесяти тысяч золотом. А также все инструменты демонопоклонника, за исключением тех, что были на теле колдуна.
— Многим в Синоде это не понравится, — сказал сам себе Патриарх.
— Ваше Святейшество, я готов принять любое наказание, если виновен в неверном понимании воли Господа нашего. Я немедленно сниму с себя сан и отправлюсь в любой монастырь на Ваше усмотрение, — смиренно склонил голову Турус.
— Конечно, тебя придется наказать. Грядут смутные времена, и такая самодеятельность должна быть примерно наказана.
Турус продолжил стоять с опущенной головой, ожидая приговора. Патриарх обладал огромной властью и мог карать и миловать в обход Высшего Синода.
— Ты лишаешься сана боевого инквизитора, — наместник лишь улыбнулся, услышав, как удрученно выдохнул молодой инквизитор. Молодой, конечно, только с точки зрения главы Церкви. — И возводишься в сан отца Изгоняющих.
— Я стану главой ордена Изгоняющих? — спросил Турус. — Но как же отец Бриан?
— Отцу Бриану уже пора на покой, он меня давно об этом просит. Ты почему-то не удивлен.
— Проводник в шутку предсказал мне это повышение.
— Какой прозорливый молодой человек, — губы Патриарха разошлись в улыбке, — если ты его еще раз встретишь, то пригласи его побеседовать со мной. Естественно, обещай ему полную безопасность и анонимность со стороны церкви.
— Обязательно передам, Ваше Святейшество.