Страница 49 из 80
«Хренова обитель зла!», — охнул я, рассмотрев существ. В нашу сторону бежали три здоровенных создания, являющихся почти точной копией лизунов из старого ужастика. Только шкура у них была бурая с мелкими размытыми пятнами рыжеватого, серого и зеленоватого цвета. И эти пятна постоянно двигались, меняли свой размер и форму, подстраиваясь под местность! Особенно сильное сходство с киношными чудовищами им придавал длинный язык. Он на полметра торчал из их пасти. Твари мотали и двигали им, как кошка хвостом. А ещё кончик языка был сильно раздвоен.
На моих глазах раздвоенные концы языка внезапно окрасились алой кровью, а через мгновение она, кровь, слетела с них и устремилась в сторону фургонов. Не будь моё восприятие ускоренно порцией адреналина и не смотри я в эту секунду на тварь, то вряд ли бы успел разглядеть все эти нюансы. В реальности процесс занял, наверное, секунду.
Щёлк!
Я выстрелил чуть-чуть позже кровавого плевка и промахнулся. Лизуны оказались очень прыткими и словно чувствовали угрозу. Тот, в кого я стрелял, высоко подпрыгнул, пропустив болт под собой. Чертыхнувшись, я уронил арбалет на землю и достал второй, уже заряженный из инвентаря. Так было быстрее, чем перезаряжать.
Щёлк!
Во второй раз я попал куда надо. Лизун сделал попытку увернуться, изогнувшись так, будто его тело создано из мышц и сухожилий без каких-либо костей. И всё равно не смог спастись. Зачарованная стрела ударила его в левую ляжку. Будь она обычной, то может и не причинила бы особого вреда с учётом огромной массы зверя, который не уступал матёрому бурому медведю. Но мой болт нёс в себе заряд энергии, который десятикратно увеличивал мощь удара.
Перезарядив первый арбалет — лёгкий, купленный в старательском посёлке — я вставил очередную зачарованную стрелу. Эта также усиливала энергию удара, но передавала её, попав в цель, во все стороны. Фактически, усиливался гидродинамический удар, как я думаю.
Щёлк!
Второе попадание пришлось в шею уже раненому лизуну. После первой раны он позабыл про драку и дёргался, пытаясь выгрызть из раны глубоко засевшую в теле стрелу. Вторая рана его оглушила, жаль, что не убила. Но на какое-то время чудовище выбыло из боя.
Над головой вдруг что-то треснуло и меня осыпало несколькими щепками и мелкой словно бы песочной пылью красноватого цвета. чертыхнувшись, я съёжился ещё сильнее, взводя арбалет и укладывая стрелу в жёлоб.
Щёлк!
— Ну, наконец-то, сука, ты сдох, — выдохнул я и опять бросился перезаряжать арбалет. Только закончив с этим, я смог оглядеться по сторонам. До этого всё моё внимание было сосредоточено на приконченном мной лизуне. — Вот же жопа!
Ситуация выглядела плачевной. Не катастрофической, но хорошего было мало. Прыгучие существа носились среди фургонов и по опушке вырубки стремительными метеорами, вовсю пользуясь своей хамелеоновой кожей и дальнобойными атаками. С моего места были видны уже две убитых твари и четыре неподвижных человеческих тела.
Тут от колеса фургона рядом со мной вновь полетели щепки и песок, заставив перестать глазеть по сторонам и сосредоточиться на враге. Тот, кто по мне стрелял, нашёлся в кустах, где я недавно делал свои дела. Маскировочная способность позволила ему идеально слиться с растительностью. Вот только его «хамелеон» не смог ничего противопоставить моему аурному зрению. Тщательно прицелившись, я спустил тетиву в тот миг, когда раздвоенные концы языка у твари покрылись кровавым налётом.
Щёлк!
А потом ощутил сильнейший удар в лоб и тут же в затылок, которым приложился о нижнюю доску борта фургона. Перед глазами весь мир поплыл, превратившись в мутную неразборчивую картинку, как если бы я нырнул под воду с открытыми глазами. Не знаю зачем, но я попытался встать и куда-то пойти. Скорее всего, получил сильную контузию, отключившую соображение и разумную оценку окружающей действительности. А потом мир исчез вместе с болью.
Очнулся в фургоне на полу рядом с ногами пассажиров. Меня положили на несколько шерстяных одеял, прикрытых накидкой из кожи. Последнее видимо служило защитой ткани от моей крови.
— Очнулся? Или ещё не соображаешь? — спросил меня молодой старатель с короткой густой бородкой, увидев, что я открыл глаза.
— Соображаю, — ответил я ему и попытался встать. Парень и ещё один мужчина рядом с ним помогли мне, подхватив за руку.
— Ты лучше сядь, а то загремишь ещё, если колесо наедет на камень или попадёт в яму, — посоветовал мне всё тот же парень.
Кивнув ему в качестве благодарности за заботу, я последовал совету. Благо, что в этом ряду имелись аж два пустых места на лавке и мне не пришлось обходить весь салон фургона по кругу. Устроив пятую точку, я занялся оценкой работоспособности своего организма.