Страница 22 из 45
Никс молчала всю дорогу, с того самого момента, как мы вышли от флориста.
Интересно, она испытывала такие же смешанные эмоции, которые переполняли меня?
Смотря свысока и видя, как зимнее солнце превращало ее волосы в медь, я пытался понять
что происходит в ее голове.
Очевидно, я потерпел неудачу, но я хотя бы попробовал. Шансы стать успешным
экстрасенсом были равны нулю, впрочем, как и надежда, что Никс сама изольет мне душу.
После инцидента в оранжерее, я был ошеломлен. Не от того, что меня залили водой, а от
того, с каким восторгом Никс смотрела, как я раздеваюсь. И то, как внимательно она слушала
весь тот бред, что я говорил про цветы.
Она послушала.
Меня.
Только один человек когда-либо делал это.
Мой пиджак не слишком согревал обнаженную кожу. Я застегнул его, неся свою влажную
скомканную рубашку в руке. Через дорогу располагался торговый центр, который выглядел так, будто кого-то вырвало мишурой и лентами на его стены.
«Рождественское настроение витает в воздухе», - подумал я.
Никс смотрела на свои ноги, на облака, на что угодно, кроме меня. Машины не оказалось
на месте, и девушка потянулась за телефоном, чтобы позвонить водителю.
- Погоди, - сказал я, махнув ей рукой. Никс застыла на середине набора. – Не звони пока.
- Почему нет? Здесь мы закончили.
Кидая в нее своей влажной рубашкой, так что Никс едва успела ее поймать, я ответил:
- Не совсем, сладкая. Ты должна мне новую, желательно сухую, рубашку.
Её брови поднялись настолько высоко, насколько могли. Я ожидал, что она начнет спорить, и даже подготовил целую историю обо всех своих злоключениях, готовый ей противостоять.
Никс поправила волосы, убирая непослушный локон за ухо, и направилась к переходу через
улицу.
- Только не слишком дорогую, хорошо?
Она даже не пыталась поспорить со мной. Мои кроссовки скользили по тротуару позади
нее.
- Ты себя хорошо чувствуешь?
Уклоняясь от встречной толпы, она придержала дверь торгового центра для меня.
- Конечно. Почему ты спрашиваешь?
- Ну, ты не пытаешься все усложнять, для разнообразия.
Ее ресницы быстро захлопали.
- Это твоя попытка вежливо сказать мне, что я сука?
Засмеявшись, я пошел вперед неё через оживленный торговый центр.
- Никогда не говори мне, что я не тактичен.
Ее каблуки яростно стучали по твердому мрамору. Шепотом, она пробормотала:
- Это не я веду себя странно, а ты.
- Это еще почему? – спросил я.
- Забей.
Резко затормозив, она захватила мой локоть и потащила меня в магазин. Ощущение
ее пальцев, обхватывающих меня, подняли во мне волну тепла.
- Здесь есть неплохие вещи.
Это был ярко освещенный магазин, с высокими окнами, окрашенными гигантскими
золотыми и черными коронами.
«Cabo Street», - понял я, узнавая торговую марку. У Никс был неплохой вкус, впрочем, меня
это не удивило.
Похоже, что она считала обязательным для себя одеваться стильно. Она была почти
одержима тем, как выглядела со своими растрепанными волосами в то время, как мы трахались.
Даже белье у нее было классное, подумал я, вспоминая ее лавандовые трусики.
- Абель, взгляни на это, - она перебирала пальцами край темно-красной рубашки.
Поскольку я подошел ближе, она разгладила ткань, показывая мне золотой рисунок вдоль рук. –
Неплохо, правда?
Поведя рукой по материалу, я кивнул.
- Мягкий. Мне нравятся мягкие вещи на моей коже.
Она прикусила нижнюю губу, нервно хихикнув.
- Конечно, нравятся. Не желаешь примерить?
- Ты – босс, - расстегивая пиджак, я позволил ему упасть на пол. Магазин был полон
людей, и все они - и мужчины, и женщины - остановились, чтобы уставиться на меня и мою
голую грудь. Я даже не посмотрел на них.
Я смотрел на Никс. Ее глаза широко распахнуты, скулы покрывает легкий румянец, который медленно расползается по щекам. Мне нравится, когда это происходит.
- Абель, - прошипела она, поднимая руки, как будто она могла скрыть меня ото всех. -
Почему тебе обязательно нужно при всех оголяться? Остановись!
Вытягивая руки, я поиграл мышцами, притворяясь, что не понимаю, о чем она говорит.
- Остановиться? Но все, кажется, наслаждаются этим видом.
Она оглядела толпу, напрягаясь, когда заметила девушек, начавших снимать меня на свои
телефоны. Были, конечно, некоторые хмурые взгляды, но, в основном, женщины поедали меня
глазами. И только Никс выглядела расстроенной.
Держа красную рубашку возле меня как занавес, она скрипела зубами.
- Почему ты это делаешь?
Я встретил ее пристальный взгляд. Я видел, как эмоции горели в ее зеленых глазах, и я
надеялся, что она почувствует, хоть часть того, что ощущаю я. Почему я делаю это? Это был
хороший вопрос, и мой ответ вышел более спокойным, чем должен был.
- Чтобы заставить тебя ревновать, - прошептал я.
Никс превратилась в статую. Ее руки, словно когти, впились в рубашку, будто выпускать
она ее не собиралась никогда.
- Что? – спросила она на одном выдохе.
- Это правда, - я мягко забрал рубашку у нее, протягивая свои руки через рукава. Вокруг нас
послышались разочарованные возгласы. Шоу было закончено, в считанные секунды покупатели
растворились, оставляя нас с Никс одних возле стоек.
Ее руки со скрюченными пальцами, все еще висели в воздухе. У меня было нехорошее
подозрение, что она готовится вцепиться в мои глаза. Но вместо этого, она мягко опустила руки
к своим бедрам.
- Почему ты устраиваешь это все для меня? – спросила она.
Я накинул пиджак и застегнул его.
- Ты не права. Разве тебе не очевидно, что ты мне нравишься?
- Я не нравлюсь тебе, – засмеялась она, прикрывая смехом свой кислый голос. – Ты просто
хочешь меня использовать. Я для тебя всего лишь еще одна пара ходячих сисек, только на этот
раз эти сиськи – препятствие на пути к твоим деньгам. И больше ты во мне ничего не видишь.
Я остановился. Ее слова были резки, но она полностью ошибалась.
- Никс…
- Хватит, - ее голос дрогнул. Мне показалось, или ее глаза были на мокром месте? Она
отвернулась, холодный огонь в ее глазах вернулся. - Не играй со мной. У меня нет на это
времени.
Я сжал ее плечи. Она начала выворачиваться, но я держал ее крепко.
- Послушай меня, - сказал я, – чтобы ты там ни думала, я не вру. Ты нравишься мне, я
обожаю смотреть, как ты ревнуешь. Я хочу, чтобы ты думала только обо мне, и возбуждалась
только из-за меня... Мне не хватает тебя, Никс, мне мало того, что между нами было…
Она онемела, глядя на меня. Ее глаза блестели и напоминали две темных галактики. Она
смотрела именно на меня, по-настоящему на меня. Если бы этот момент можно было задержать, я стоял бы среди этих стоек с мятыми джинсами и рубашками вечно.
Но так не бывает.
Моя жизнь – ни хрена не романтическая история.
Никс отступила, колеблясь. Независимо от того, что она собиралась сказать, она
остановила себя.
- Рубашка, - пробормотала она. – Пойдем, позаботимся об этом.
Прикасаясь к мягкой ткани, я цинично улыбнулся.
- Да. Я полагаю, это то, что действительно важно сейчас.
В ее взгляде была боль, и я, блять, видел это. Но я не мог ей помочь, ничего не мог сделать.
Никс видела во мне лишь легкомысленного повесу, и ненавидела все то, что означают эти слова.
И почему я позволяю себе переживать за нее?