Страница 23 из 58
Дима осмотрел квартиру. Его пробил холодный пот от мысли о том, что могло бы произойти, если бы всё сложилось немного по-другому. Получается всех спасла Ника.
После всего случившегося, физически парень чувствовал себя очень даже хорошо. Только, если он уже понял, что становится сильнее — убивая, то военный обмолвился, что им силу даёт бог. Странно.
Осмотрев трупы, парень собрал топоры, таран, ножи и с первого снял рацию. Потом немного подумал и снял со всех одежду, решив, что она ещё может пригодиться. На теле первого он увидел наколки: голова свиньи и крысу. Значение парень не знал, но явно ничего хорошего в этом не было. И как такие попали в спец. войска? Хотя, во время военной операции брали зэков, а особо отличившихся потом даже награждали. Тела Дима отнёс в мусорные баки, не забыв про убитого ранее, облил бензином и поджёг. Дождь ещё моросил, но потушить пламя он был не в силах.
Проверив домашних, Дима разобрался в квартире и на лестничной клетке. Слазил на крышу, сполоснулся дождевой водой. Осмотрев себя, не увидел ни одного синяка. Спустившись к себе, сел на кровати к девочкам. У Насти на затылке запеклась кровь. У Ники разбита губа и нос. В голове.
Накрыв девочек пледом, Дима посмотрел в окно и подумал, что если просто сидеть, они не выживут. С каждым днём будет только хуже…
Глава 11
Глава 11.
Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас.
(Мф. 7. 6)
Первой проснулась Настя. Увидела смотрящего на неё с улыбкой брата. Потянулась. Зевнула. Но, увидев лицо Ники в крови, тут же поняла, что это был не сон. Рука потянулась на свой затылок. Только запёкшаяся кровь. Да и на лице Ники не было синяков. Она вопросительно посмотрела на брата:
— Дим, как так? Почему? — ещё раз удостоверившись, что голова в порядке, вспомнила про солдат. — А где…ну…они?
— Их больше нет, не волнуйся. Главное, что все живы и здоровы. А вот раны… — парень сделал выводы на этот счёт, но объяснить причину не смог даже приблизительно. — Не знаю. Но… Думаю с твоей помощью получится узнать больше. Только попозже.
Погладив сестрёнку по голове, он встал и включил, чудом уцелевшую, плиту, поставив на неё двухлитровую кастрюлю с водой.
Пока вода грелась, очнулась Ника. Чувствовала она себя очень даже хорошо, если не считать моральный осадок от происшедшего. Серьёзно посмотрев на Диму, девушка сказала:
— Ты должен научить нас защищаться! И я сейчас говорю серьёзно!
Парень прекрасно понимал это. И даже уже думал о каких-то занятиях с девочками. Только ничего конкретного так и не придумал. Но занять на какое-то время получится.
— Солнце, я с тобой согласен и спорить не собираюсь. Поэтому для начала вам, да и мне, нужна нормальная одежда.
Дима кивком головы указал на стопку чёрных костюмов, рядом с которыми лежало остальное обмундирование и оружие солдат.
— Сможете сделать под наши размеры?
Ника только сейчас заметила, что в квартире идеальный порядок, потом посмотрела на вещи.
— Да, справимся конечно. А…мертвы?
Дима с облегчением вздохнул. Ника сделает всё хорошо, и на это потребуется время. А уже потом ответил на вопрос:
— Мертвы. — коротко сказал Дима. Убивать зомби… похожих на людей — сложно. Он просто отбрасывал все мысли и делал то, что нужно. Людей же… Совесть мучала лишь за четвёртого.
Дольше всех провалялся Лёша. У него на восстановление ушло порядка семя часов, так как девочкам хватило чуть больше трёх. Да и усталость снова накатила на него, хотя и не такая сильная. Ходить он мог.
Девочки давно привели себя в порядок. Лёша просто умылся холодной водой, подметив, что вовремя они решили перенести всё на склад, коим они назвали квартиру с китайской дверью.
Перекусив, Ника и Настя принялись за стирку вещей. О том, что случилось, все молчали не сговариваясь. Дима же забрал друга на короткую прогулку, чему все сопротивлялись. Даже Лёша спросил, нельзя ли перенести это на завтра. Но парень был непреклонен.
Вернулись ребята быстро. Они добежали до соседнего дома, который должен был бы быть следующим на пути бойцов. Зачистили две квартиры и на этом закончили. Главным для Димы было то, что Лёха в боеспособном состоянии.
***
Утром парни починили дверь. Принесли воды с крыши. Девочки сняли с них мерки. А ещё девочкам повесили ремни с ножами. И даже дома они теперь должны ходить в удобной одежде, готовыми бежать в любой момент. Для этого были собраны четыре рюкзака с самым необходимым.
Переделав основные дела, все четверо пили чай. Ника смогла вскипятить литр воды, чем была очень горда. Дима же больше молчал, искоса посматривая на своих домочадцев, пока Ника не спросила:
— Так. Хватит мяться, Дим. Говори уже, что придумал?
Парень вздохнул. Ещё раз посмотрел на своих и глядя на кружку в руках сказал:
— В общем и целом… Я решил сходить на Красную площадь и узнать, что же там намечается. — Дима поднял голову, и не дожидаясь, пока девочки начнут высказывать своё недовольство, уже более уверенно продолжил. — Нам просто необходимо быть в курсе. Вдруг после этих придут ещё? А может они знают что-то, чего не знаем мы? А мы не знаем НИ-ЧЕ-ГО! — закончив, он поставил кружку на тумбочку, которая заменила стол, и выпрямив спину, сложил руки в замок.
Минуту стояла тишина, которую прервал Лёша:
— Димон, так давай я схожу, в чём вопрос то?
Дима ожидал, что друг предложит свою кандидатуру тут же отверг его предложение.
— Нет. Во-первых — я быстрее тебя. А значит смогу быстрее добраться туда и вернуться. Во-вторых — надо заняться укреплением нашего дома. Точнее квартиры и подъезда. А с этим лучше тебя никто не справится.
Дима прекрасно понимал, что оставлять девочек опасно, но и сходить просто необходимо. Он бы отправил туда Лёху, если бы не его нынешнее отношение к церкви. Сумеет ли он сдержаться? Вряд ли.
***
После недолгих споров Дима всё-таки вышел из подъезда, услышав, как заскрежетал новый импровизированный засов. Лом в руке, джинсы, кожанка. Ничего лишнего. Парень осмотрелся и побежал. Через дворы он добрался до Проспекта Мира и направился в центр.
Разогнавшись, он бежал по дороге, сначала обегая брошенные автомобили, а потом стал их перепрыгивать. Иногда ему встречались люди, боязливо поглядывающие на него. Лом в руке казался не тяжелее деревянной палки, но всё же Дима задумался о том, чтобы сделать для него подобие ножен. Бежать ему нравилось. Особенно теперь, даже для него, его скорость казалась ему немыслимой. Не хватало только наушников.
Подбегая к красной площади, парень достал телефон и посмотрел на секундомер, который показывал «5:05».
— Неплохо для десяти километров. — подумал Дима, убирая гаджет в карман.
За поворотом показался огороженный проход на площадь. По периметру забора стояли БТРы, несколько десятков военных с автоматами в руках и топорами на поясах. На входе был организован настоящий блокпост. И уже отсюда он услышал церковное пение.
Отстояв образовавшуюся очередь из десяти человек, Дима обычным шагом подошёл к военному. Тот осмотрел его и приказным голосом сказал:
— Оружие сдать. — и протянул руку.
Дима без слов вложил в неё, ставший родным, лом. Который сразу был отброшен в кучу, состоящую в основном из ножей и импровизированных дубин.
— Фамилия. Имя. Возраст. Адрес.
— Бунша Иван Васильевич. Двадцать три. Новокузнецкая 13. — ответил Дима, вспомнив свой любимый советский фильм. А точнее — любимый фильм отца.
Боец записал всё в толстую тетрадь. Второй, стоящий справа, обыскал парня.
— Успенский собор. Тебе туда. — указал рукой военный.
Дима вежливо кивнул.
— Спасибо. Я знаю где это.
Парень прошёл за ограждения. Везде сновали военные. Озираясь, стояли люди самых разных возрастов. Взгляд остановился на женщине в синей куртке, держащей на руках годовалого ребёнка, одетого в яркий оранжевый костюмчик. Неподалеку три мужчины что-то бурно обсуждали. Обросшие. С мешками под глазами. Старушка в коричневом старом пальто без остановки крестилась и крестила проходящий солдат. И ещё несколько десятков людей, уставших и боязливых.