Страница 20 из 85
Глава 7
— Главная задача гильдии — организация деятельности нулей, — серьезным тоном вещала Георгина Вальфстраттен, — их поддержка и защита. Скажи, Арчер, почему ты до сих пор не передал информацию об Абсолютном нуле в главное управление Гильдии в столице⁈ Ты должен был сделать это немедленно!
Георгина Вальфстраттен — шикарная брюнетка немного за тридцать пять удивленно приподняла бровь. Уставилась на меня. Она сидела за приставной частью большого офисного стола Арчера Терановы. Сам же начальник гильдии нулей, понуро опустив плечи, смотрел куда-то на столешницу. Герцог выглядел подавленным. Нахмурившись, он как-то заторможено поднял на меня взгляд.
— Аарон, — сказала Георгина поправив собранные в пышный пучок черные волосы, — здравствуй.
Теранова, отвел взгляд. Было видно, что он занервничал. Его зрачки забегали, начальник с трудом сглотнул слюну.
— Аарон? Не ожидал тебя здесь увидеть, — пролепетал он.
— А я напротив, — встала и обошла стол Георгина, — была уверена, что он придет. Ты прекрасно сработал на последнем задании. Признаться, даже я была удивлена, когда ты успел остановить Патрицина и спасти Астарту. Не думала, что ты так умеешь.
Георгина выглядела впечатляюще. Черные пышные волосы, смуглая кожа. Знойные карие глаза украшали изящные очки в тонкой серебряной оправе.
Женщина носила белую блузку, расстегнутую на одну пуговку больше, чем требовал этикет. Мне даже показалось, что я увидел красивое бежевое белье, украшающее ее пышную грудь. Обтягивающая, длиной ниже колена, юбка подчеркивала талию и красивые бедра брюнетки.
Георгина Вальфстраттен была представительницей древнего дворянского рода. Ее отец — Князь Вальфстраттен заседал в имперском сенате. Сама же Георгина была чиновницей из управления гильдии. И несмотря на более молодой, чем Теранова Возраст она имела полное право отчитывать герцога-начальника нашего отделения гильдии. Что очень успешно и делала. Вот только в чем причина я пока понять не мог. А причина была серьезной, раз уж она здесь.
— Здравствуй, Георгина, — приблизился я, поцеловал ее нежную ручку, — спасибо, я улыбнулся, ты многого обо мне не знаешь.
Георгина вроде бы засмущалась, а вроде нет. Сложно было понять это по выражению ее красивого лица. Только скулы, кажется, немного побронзовели. Это можно было вполне принять за румянец.
— Приветствую, Теранова, — проговорил я холоднее.
Что Георгина, что Теранова — были высокопоставленными фигурами в нашем отделении гильдии. Они знали личности всех нулей. (А в нашем районе их было немного), о том, что я являюсь Абсолютным, они тоже знали.
Для остальных сотрудников гильдии личности нулей были строго засекречены. В лицо нас знали только избранные, остальные же — лишь по красным маскам и позывным.
Гильдии нулей располагались по всей империи. В каждой губернии было отделение. На каждые пять отделений приходилось одно управление, которое осуществляло надзор за отделениями (из управления как раз и прибыла Георгина Вальфстраттен). А вот управления уже подчинялись непосредственно имперской канцелярии нулей, которая входила в министерство внутренних дел.
Нулей всегда было немного. По всей стране нас набиралось едва десять тысяч человек. Скажем, в нашем городе действовали всего пять нулей. Раньше было семь, но один из них пустился в бега. А перед этим, убил другого. Что с беглецом сейчас? Неизвестно.
Однако у меня есть вопросы к этому ублюдку. Личная неприязнь, скажем так. Неприязнь, связанная с потерей товарища. А гибель каждого нуля — большая потеря.
Нуль-аура — редкая способность. Я понимал, что это какое-то отражение силы Арканы. Таким образом она проявилась в этом мире. Однако во мне аура была особо сильна.
Большинство нулей не обладало способностью к магии. Империя тренировала их, как спецвойска. Давала высококлассную физическую и военную подготовку. Обучала владению разными видами оружия. В общем, делала высокоэффективных солдат. Правда, это было нужно в большей степени для того, чтобы ноль просто мог выжить в бою с магом.
Главный козырь нуля заключалась именно в ауре. А основная задача — продержаться до тех пор, пока силы обезумевшего мага не упадут настолько, чтобы группа ликвидации могла его уничтожить.
Большинство нулей всегда работают с группой ликвидации. Солдаты защищали их и выжидали успешного момента, чтобы нанести удар. Однако, бывают нули-одиночки. Например, я. Я работаю один.
Благодаря алхимическим знаниям, навыкам и опыту в моей прошлой жизни, я стал первоклассным рукопашным бойцом. Мне не требовалась поддержка.
Когда я осознал себя в новом мире, почти сразу стал проверять свое новое тело на прочность. Я был в растерянности и не понимал, как вообще могло случиться, что я оказался в новом теле. Да еще и в новом мире.
А еще, я знал — чтобы не сойти с ума от всего этого, нужно поставить цель и идти к ней. Именно так я смог выжить в концентрационных лагерях, что устраивали для партизан Чужие Боги.
Я стал тренироваться почти сразу, как тело ребенка более-менее окрепло. Странно, но оно поддавалось тренировкам очень хорошо. Я легко вспоминал и осваивал движения и приемы, которым научился в прошлой жизни. Легко обострил свою реакцию.
Теперь, в мои семнадцать, редкий взрослый крепкий мужик сможет стоять со мной на равных. А если у меня в руках будет что-нибудь колюще-режущее, то у противника просто нет шансов.
Вот только чтобы сражаться со спятившими магами, моих физических возможностей было мало. Это выяснилось почти сразу, когда я стал нулем. На первом же задании. Именно тогда я решил, что мне не мешало бы вернуться к изготовлению эликсиров.
Но, по-прежнему главным моим оружием оставалась нуль-аура. Большинство других нулей не могли полностью лишить мага способностей. А я мог.
Каждого мага я опускал до «нуля». Полностью лишал его магических сил. Поэтому меня и прозвали Абсолютным.
— Что обсуждаете? — Не ожидая приглашения, я занял место напротив Георгины. Женщина тоже села.
— Тебя, Аарон, — Георгина с укором посмотрела на Теранову, — и твое изгнание из рода. Гильдия недовольна этим.
— Печально, — пожал я плечами, — потому что я доволен вполне. Георгина, — посмотрел я на брюнетку, — можно, мы с Терановой перекинемся парой слов. Наедине.
Теранова бросил на меня обеспокоенный взгляд. Как-то странно сжался.