Страница 35 из 55
— Звучит печально, — заметил Марк, наполняя свой кубок.
— Какие вы все нетерпеливые, — вздохнул Джин Хо, — вечно вы торопитесь жить. Я говорю тебе о том, что остаюсь с тобой, а ты думаешь, что будет дальше.
— Да, ты прав, наша жизнь коротка и всё равно мы слишком торопимся прожить её.
— Не будем о грустном! — запротестовал лис. — Нет более жалкого зрелища, чем грустная лиса. Давай выпьем и подумаем, как поразвлечься! Может, проедемся верхом по лесу или разбудим твоих рыцарей и устроим драку?
— Прости, — Марк провёл рукой по лбу. — Боюсь, я слишком много выпил, и хоть проспал полдня, меня снова клонит в сон. Так что обещанные безобразия придётся отложить на другой раз.
— Как скажешь, — кивнул Джин Хо и, взяв со стола свой кинжал, облизал длинным языком серебряный клинок, после чего сунул его в ножны. — Иди спать, а я пойду, побегаю по лесу, чтоб к утру добраться до своей норы и поспать немного до завтрака.
Он поднялся и ушёл с террасы. Марк проводил его взглядом и встал, но неожиданно пошатнулся и схватился рукой за стол, но потом его взгляд упал на кувшин с Рыцарской кровью, он усмехнулся и, покачав головой, выпрямился. Добравшись до своей спальни, он не стал тратить время на то, чтоб раздеться, потому что ему невыносимо хотелось спать. Упав на кровать, он тут же уснул.
Его сон был тяжёлым, он чувствовал духоту и головную боль, порой ему становилось трудно дышать. Наконец, он проснулся и посмотрел в окно. Там было всё так же светло. Наступил второй светлый день. В этот раз он даже не подумал, чем займётся сегодня. Поднявшись, он замер, почувствовав подступившую тошноту. Перед глазами поплыл туман, но потом ему снова стало легче.
— С этим вином нужно быть осторожнее, — пробормотал он. — Оно слишком крепкое.
Обернувшись, он посмотрел на кровать и увидел, что Мадлен там нет. Позвав Модестайна, он велел ему принести холодной воды, чтоб умыться, но от завтрака к тревоге юноши отказался.
— Вы бледны, — заметил тот, внимательно взглянув на него. — Может, вам лучше прилечь?
— Иди, займись чем-нибудь, — проворчал Марк и вышел из спальни.
Он прошёл по анфиладе комнат туда, где была спальня Орианны. Он надеялся, что девушке уже стало лучше, и она хотя бы очнулась, но нет, она всё так же лежала, закрыв глаза, заботливо укрытая одеялом.
— Ты не знаешь, где моя жена? — спросил он сиделку, выслушав её рассказ о том, что за ночь с его кузиной ничего не случилось, ни плохого, ни хорошего.
— Она была здесь, — ответила женщина. — Пришла совсем рано и велела мне пойти и немного отдохнуть. Она сидела вон там, у окна, а когда я вернулась, сказала, что здесь душно и она поднимется на крышу, подышать свежим воздухом.
— На крышу? — Марк был удивлён.
Он даже забыл о своём недомогании и с удивлением взглянул на кресло возле приоткрытого окна. Там рядом на столике до сих пор стояла плетёная шкатулка с нитками, и лежали пяльцы, в которые был вставлен лоскут белого полотна. Рядом с ними в красивой вазе стоял большой букет белых хризантем.
— Откуда тут эти цветы? — спросил он, подойдя к столику и принялся перебирать их и вдруг замер, увидев среди белоснежных цветков ярко-жёлтый.
— Я не знаю, — удивлённая тревогой, прозвучавшей в его голосе, ответила сиделка. — Я не заметила, когда этот букет появился здесь. Я несколько раз выходила ночью, но ненадолго. Мне нужно было принести чистую воду и забрать у доктора Шарле отвар.
— Дьявол! — прорычал Марк и выбежал из комнаты.
Он шёл к лестнице, едва не переходя на бег, но уже на первых ступенях почувствовал, как тяжело ему двигаться. Лишь тревога за Мадлен заставляла его упрямо карабкаться наверх. Зачем ей идти на крышу, если совсем рядом лестница, которая ведёт в сад? Сколько времени она просидела у окна, вдыхая ядовитый аромат спрятанной среди белых жёлтой хризантемы?
Он, наконец, добрался до площадки на крыше и замер, глядя на одинокую фигуру, застывшую на высокой тумбе балюстрады. В следующий момент откуда-то донёсся истошный женский вопль, налетел порыв ветра, и женщина на парапете пошатнулась
— Мадлен! — крикнул Марк и бросился к ней.
Он видел, как она обернулась, её бледное заплаканное лицо и тёмные, как омуты, глаза, после чего она упала вниз. Он рванулся туда и вдруг почувствовал сильную боль в груди, словно кто-то вонзил клинок в его сердце. Его колени подогнулись, в глазах потемнело, и он рухнул без чувств на холодные каменные плиты.
— Марк! Марк, очнись! — он сквозь туман слышал настойчивый голос Джин Хо.
Кто-то весьма бесцеремонно хлопал его по щекам.
— Что с ним, господин Хуан? — раздался рядом испуганный голос Эдама.
— Не скули, я уже сделал всё, что нужно. Сейчас он очнётся.
— Это то, что вы делали, приведёт его в чувство? Это какое-то шарлатанство!
— Это акупунктура, глупый щенок, — проворчал лис и залепил Марку уже вполне ощутимую пощёчину.
— Зачем вы его бьёте! — возмутился оруженосец.
— Пользуюсь возможностью, — буркнул Джин Хо.
Марк уже пришёл в себя. Он судорожно вздохнул и, наконец, вспомнил, что произошло. В следующий момент он открыл глаза и, отчаянно взглянув на Джин Хо, державшего на своих коленях его голову, рванулся, чтоб подняться.
— Мадлен! — прохрипел он. — Что с ней?
— С ней всё в порядке, — лис положил ладонь ему на грудь и осторожно, но решительно надавил, укладывая обратно. — Она в спальне, с ней лекари. Но я не думаю, что там что-то серьёзное.
— Но она упала со стены!
— Я видел. Нам повезло, что как раз в это время я на всех четырёх лапах возвращался из леса и вышел к реке. Я услышал этот мерзкий вопль, а следом твой крик, поднял глаза и увидел Мадлен на парапете. Потом она упала.
— И…
— Левитация — не мой конёк, но я хорошо прыгаю. Мне удалось перехватить её на лету в нескольких метрах над водой. Я немного порвал зубами её платье, и мы искупались, но она цела. Я на спине донёс её до ворот и передал слугам, а сам поднялся сюда, прихватив с собой этого идиота.
— Эй! — обиженно воскликнул Эдам.
— Ничего личного, — фыркнул лис, который всегда предпочитал оставлять последнее слово за собой.
Марк бессильно откинулся на его колени и тоскливо взглянул в блёклое небо. Его мутило, и голова была тяжёлой.
— Что со мной? — прошептал он.
— Тебя снова отравили, — спокойно ответил Джин Хо.
— Опять? — возопил Эдам.
— Ага, — лис уверенно кивнул. — Все симптомы налицо: кожа бледная, холодная и влажная, зрачки сужены, аритмия, тахикардия, затруднённое дыхание, нарушенная ориентация. Сухость во рту есть? Тошнота? Вот, весь букет. Хотя ты и не девица, но кто-то вознамерился избавиться и от тебя. Ты и дальше собираешься взирать на это с благородным смирением? Тебе нужен удар топором по голове, чтоб понять, что в твоём доме орудует убийца, и пора принять меры, чтоб обезвредить его?
— Что ты предлагаешь?
— Если ты найдёшь его и отдашь мне, я его съем.
— Я думал, что ты подскажешь, как его найти.
— Я тебе помогу, но сперва обещай, что отдашь его мне!
— Нет! — Марк мрачно взглянул на Джин Хо, но тот только пожал плечами.
— Ну и ладно. Я всё равно тебе помогу. Эй, парень, иди сюда! — обернулся он к Эдаму. — Его нужно отвести вниз, чтоб лекари осмотрели его. Я б и сам, но забыл дома свою аптечку.
Эдам тут же опустился рядом на колени и подставил свои плечи. Джин Хо легко и аккуратно приподнял Марка и закинув одну его руку на плечи юноши, вторую уложил на свои. Они спустились вниз, отвели его в небольшую гостевую спальню и уложили на кровать. Потом появились лекари. Они действовали дружно и после осмотра какое-то время шушукались в стороне, после чего доктор Шарле подошёл к Марку.
— Ваше сиятельство, — произнёс он. — Мы обсудили симптомы отравления и пришли к общему заключению, что вы были отравлены довольно распространённым в этих местах ядом, который называется Волчья роса.