История древней Испании

В Испании провинциальный культ Августа возник, по-видимому, в 15 г., когда по просьбе тарраконцев Тиберий разрешил им построить храм обожествленного принцепса (Тас. A

Каждый город римского или латинского права включал в себя собственно городское поселение (oppidum) и его территорию. В каждом городе существовал гражданский коллектив (coloni, municipes), включавший как горожан, так и сельчан. Этот гражданский коллектив обладал суверенитетом в рамках колонии или муниципия, выражавшийся прежде всего в существовании народного собрания, комиций, в том числе избирательных. Реально власть в городе принадлежала сословию декурионов. Простой гражданин едва ли мог стать городским магистратом. В городах существовал имущественный ценз, определявший возможность доступа к городским должностям. Он был разным в различных городах, в больших и богатых он был выше, чем в более мелких. Так, в Тарраконе он был столь высок, что должности в основном занимали лица, уже имевшие всаднический ранг, т. е. не менее 400 тысяч сестерциев[1162], хотя официально он явно был ниже[1163]. Кроме того, магистратура требовала больших расходов. Так, Урсонский закон (LXX, LXXI) требует тратить на игры не меньше 2000 сестерциев личных денег. Кандидаты на должность вносили значительный залог (Lex Urs. XCI; Lex Mai. LX), а штраф, который мог быть наложен на дуумвиров в Урсоне, составлял 20 000, а в Сальпенсе и Ирни 10 000 сестерциев (Lex Urs. XCII; Lex Salp. LVIII; Lex Irn. LXI).

Рис. З1. Богиня Виктория. Скульптура из Италики (Севилья)

Городские курии и магистраты полностью осуществляли самоуправление колонией или муниципием. Они собирали подати в соответствии с решениями правительства или наместника (Lex Urs. LXV; CIL II, 1423), уплачивали налог государству (CIL II, 3664), ведали самыми разнообразными городскими делами. Город обладал местной милицией (Lex Urs. LXVI, CIII). В Урсонском законе (XCIV) прямо говорится, что никто не обладает юрисдикцией в городе, кроме дуумвира или назначенного им префекта. Закон не предусматривает никакого лица, кто бы стоял над городом и его коллективом. Императорский префект появляется только в случае избрания дуумвиром города самого императора (Lex Salp. XXIV; Lex Irn. XXIV). Правда, в таком случае не избирается другой дуумвир, а префект обладает полномочиями единственного дуумвира, но все же никаких дополнительных полномочий по сравнению с обычными дуумвирами не имеет. Внегородскую власть в городе могли представлять кураторы, но они появляются в Испании только во времена Марка Аврелия[1164], т. е. уже в условиях начавшегося кризиса. Города могли заключать договоры о гостеприимстве с видными деятелями и становиться коллективными клиентами последних, но и в этих случаях ни о каких политических правах патронов над городом нет речи (Vives, 5829—5833). Прием в гражданский коллектив осуществлялся через юридическую процедуру adlectio, что свидетельствует об относительной замкнутости гражданского коллектива.

И в городском ремесле, и в торговле, и в земледелии преобладала мелкая и средняя собственность. Землей, главным средством производства, горожане владели именно как граждане данного города. К обладанию землей были допущены и поселенцы, но все-таки большинство последних было занято в ремесле и торговле[1165]. Возможно, негражданское землевладение все же рассматривалось как исключение. Более обычным путем приобщения к земле в другом муниципии или колонии было, вероятно, принятие человека в число граждан.

Итак, можно говорить, что испано-римский город обладал теми чертами, которые в принципе соответствуют городу античного типа, полису[1166]. А именно полис определяет сущность античной цивилизации и ее особенности по сравнению со всеми другими цивилизациями древнего мира. Конечно, речь не идет о самостоятельном полисе, как это было с греческим полисом классического времени или римской civitas эпохи республики. Положение испано-римского города было подобно положению полиса Греции, Азии или Сирии императорского времени, т. е. города, не обладающего политической независимостью, но с социально-экономической и внутриполитической точки зрения полностью сохраняющего полисный характер[1167]. Также и в культурно-идеологическом аспекте город являлся центром античной культуры, античного мировоззрения, античного образа жизни.

В Бетике (и на лузитанском берегу пограничного Анаса) и в восточной части Тарраконской Испании находилось около 120 городов[1168], что составляло от 6 до 12 % всех городов империи[1169]. Это говорит о высокой степени урбанизации этого региона. Характерно, что и наибольшее количество (91%) всех известных актов «благодеяний» богатых граждан своему городу приходится на эту зону[1170].

Просопографический материал показывает, что в городской и провинциальной элите имелись потомки и колонистов, и аборигенов, что в коллегиях и пагах жили и тесно общались и те и другие[1171]. Впрочем, местные жители тоже принимали, как правило, римские имена или, реже, латинизировали собственные[1172]. Анализ ремесленной, в частности керамической продукции говорит о генетических связях этой продукции с предшествующей местной[1173], хотя она, разумеется, настолько трансформировалась, что полностью вошла в общеимперскую хозяйственную ткань. Таким образом, видно, что возникновение на юге и востоке Пиренейского полуострова античного социально-политического порядка явилось делом и иммигрантов, и туземцев, а этому в решающей мере способствовало их сосуществование в рамках одних и те же социально-политических институтов. Это и был первый путь романизации, приведший к наиболее полному включению этой части Испании в римский мир. К восточной части Тарраконской Испании и Бетике вполне можно отнести высказывание Плиния (III, 31) о Нарбоннской Галлии, что она скорее Италия, чем провинция.

Романизующаяся зона в I-II вв.

Зона, которую можно несколько условно назвать романизующейся, т. е. та, где процесс романизации к моменту кризиса был еще далеко не завершен, охватывала большую часть Испании, включая Балеарские острова. Там почти все свободные жители после реформы Веспасиана юридически тоже были латинскими гражданами, а лидеры их общин имели все шансы стать гражданами римскими и даже войти в высшие эшелоны имперской иерархии. Но в I—II вв. этого практически не произошло. Город и в этой зоне являлся ячейкой античного мира. Хотя никаких фрагментов городских законов в этой зоне не найдено, можно все же говорить, что политическая структура тамошних городов была аналогична существовавшей в Бетике[1174]. Однако самих городов там было намного меньше, их сеть гораздо менее плотной, а территории соответственно более обширны[1175].

1160

Sayas Abengochea J. J. El culto al emperador. P. 409.

1161

Ibid. P. 405-408.

1162

Alfoldy С. Storia sociale... P. 179-180.

1163

Даже в таком значительном городе, как Карфаген, ценз был установлен на уровне 100 тысяч сестерциев (ibid. P. 179). Едва ли в Тарраконе он был выше.

1164

Вalil А. De Marco Aurelio a Constantino // Hispania. 1967. Vol. 27. P. 266.

1165

Portillo Martin R. Incolae. P. 38-43.

1166

Ср.: Утченко С. Л. Политические учения Древнего Рима. М., 1977. С. 18—40.

1167

Ср.: Шифман И. Ш. Сирийское общество эпохи принципата. М., 1977. С. 186—254; Norr D. Imperium und Polis in der hohen Prinzipatzeit. Munchen, 1966 (особенно S. 116-119).

1168

Calsterer Н. Untersuchungen... S. 65—72 и карта.

1169

В империи насчитывалось всего одна-две тысячи городов: Christ К. Geschichte des romischen Kaiserreiches. Munchen, 1992. S. 449.

1170

Melchor Gil E. Consideraciones a cerca del origen, motivacion у evolucion de las conductas evergeticasen Hispania romana // SHHA. 1994. Vol. 12. P. 63.

1171

Castillo C. Prosopographia Baetica. Passim; Tsirkin J. B. Two Ways of Romanization of Spain // Klio. 1988. Bd. 70, 2. P. 480; Roldan Hervds J. M. Las aristocracias locales del municipio latino de lliberri // Homenaje a Joed Ma Blazquez. Madrid, 2000. Vol. IV. P. 349-359.

1172

Gonzalez Roman C. Colonizacion... P. 219-220.

1173

Lopez Mullor A. Las ceramicas romanas de paredes finas en Cataluna. Barcelona, 1989. P. 58-59; Roca Roumens M. El centre. P. 164.

1174

Alfoldy G. Romische Stadtewesen... S. 96.

1175

Galsterer H. Untersuchungen... S. 68—72 и карта; Fabre G. Le tissue urbain dans le nord-ouest de la Peninsule Iberique // Latomus. 1970. T. 29. P. 314-339; Les villes de Lusitanie romaine. Paris, 1990. Passim; Alfoldy G. Romische Stadtewesen... S. 96.