Страница 7 из 29
Среди горожан находились даже такие, кто предлагал собрать деньги и заплатить магам из Академии, чтобы те разогнали тучи над городом, но это предложение не находило отклика в сердцах прагматичных жителей столицы. Зачем тратить деньги на то, что и так произойдёт? К тому же, через день-два после вмешательства магов тучи всё равно затянут небосвод.
Всадники, подъезжавшие к главным воротам Тирогиса, не относились к числу тех, кто печалится об отсутствии солнца. Скорее, наоборот — вампиры предпочитали жить в полумраке, хотя, закутавшись в защитные одежды до самых глаз, могли находиться и на ярком солнечном свете. Вот и сейчас, даже несмотря на плотные тучи, закрывавшие солнце, они ехали в широкополых шляпах и с дорожными платками на лицах. Впрочем, платки выполняли ещё одну функцию: скрывали от встречных людей торчащие из-под верхней губы клыки.
Сказать, что жители Ситгара — от крестьян до герцогов Кланов Высокородных, боятся вампиров — значит, не сказать ничего. Вампиры появились лет триста назад — как раз после разгрома полчищ некромагов в Величайшей битве. И с тех пор возникло множество легенд и страшилок, в которых рассказывалось о страшных кровавых монстрах, подобно теням скользивших в ночи. Вампиры, согласно молве, были восставшими мертвецами, пьющими кровь из людей, они боялись солнечного света и Единого. Укушенный вампиром человек умирал, потом превращался в упыря, который тоже пил кровь, а потом жертва нового упыря умирала и тоже превращалась в упыря, который тоже пил кровь… Ну, и так далее.
Конечно, здравомыслящий человек, немного подумав, пришёл бы к выводу, что будь на самом деле так, как говорится в легендах, люди уже давным-давно перестали бы существовать, а земли были бы населены сплошь упырями-кровососами. Ни в одной официальной летописи нет такого, чтобы мёртвый человек после укуса вампира ожил, но укушенному мертвецу всё равно вколачивали в сердце осиновый кол, отрубали голову или полностью сжигали на костре. Так сказать, во избежание.
Ещё утверждалось, что вампиры боятся серебра и запаха чеснока, а потому охотники, специализирующиеся на уничтожении всяческой нечисти, были увешаны вязанками чеснока, и обязательно имели стрелы с посеребрёнными наконечниками.
Короче говоря, узнай кто во всадниках вампиров, он сделал бы одну из двух вещей: либо с криками бросился прочь, либо напал на монстров. Нападения вампиры справедливо не опасались, а вот понапрасну пугать население Ситгара им было строжайше запрещено. Именно поэтому мастер клинка Орхам — старший отряда, и распорядился во время пути не снимать дорожные платки с лиц.
Однако когда отряд въехал в городские ворота, платки всё же пришлось снять. Стражники, с подозрением смотревшие на неизвестных военных (а кем они — увешанные оружием, ещё могли быть?), заступили им дорогу. Начальник караула — седовласый и краснолицый сержант Заднорд, которого солдаты за глаза звали просто «Зад», выступил вперёд и требовательно вскинул руку.
— Стоять! Кто такие?
— Специальный королевский отряд, — не слезая с коня, сказал Орхам. — Вот грамота, подписанная Его Величеством и скреплённая его личной печатью.
Сержант взял свернутую в трубку грамоту, долго читал её, водя заскорузлым пальцем по строкам, после чего ощутимо побледнел.
— Вы это… шутить изволите?
— Я, что, похож на шутника?
— Но если это правда… — сержант снова глянул в грамоту, отступил на несколько шагов и поправил стальной нагрудник, — то я не могу вас пропустить. Мне надо уведомить ротного — пусть он решает.
— Сержант, ты хочешь сказать, что не подчиняешься королевскому приказу? — ледяным тоном осведомился Орхам.
— А откуда я знаю, что вы те, про кого тут написано? — неуверенно спросил сержант. — Может, вы другие.
Караульные удивлённо воззрились на начальника — сержант, обычно орущий с утра до вечера и устраивающий им разносы за самые малейшие прегрешения, сейчас походил на новобранца второго дня службы.
— А ты разве до сегодняшнего дня имел счастье лицезреть вампиров? — насмешливо спросил Орхам. — И сможешь отличить воинов клана Григот от воинов клана Сталгард?
Услышав про вампиров, четвёрка караульных немедленно сообразила, отчего сержант вдруг более чем слегка побледнел.
— Но если ты настаиваешь… — Орхам сбросил дорожный платок и усмехнулся: — Ну что, теперь веришь, что я — это я?
Бледное лицо, огромные глаза с вертикальными зрачками и торчащие изо рта клыки убедили несчастного сержанта, что перед ним находится вампир. Правда, тот ли самый, о котором говорилось в грамоте, он не знал, да это никакой роли и не играло. Страх перед клыкастыми убийцами, веками бытовавший в народе, ожил и обрёл форму, а потому сержант Заднорд завопил:
— К оружию! Нападение!
А караульные… а караульные с криками «Спасайтесь, вампиры в городе!» бросились наутёк.
Люди, ещё не успевшие въехать в город и стоявшие в длинной очереди на подъездной дороге, услышали вопли пробегавших мимо стражников и ринулись прочь от ворот. Одни бросали свои телеги, другие пытались развернуть неповоротливые экипажи, третьи хлестали коней, четвёртые спасались на своих двоих… Возникла толчея, перешедшая в настоящую панику.
Сержант Заднорд понял, что остался один против целого отряда нечисти, но, будучи человеком долга, выхватил меч и приготовился дорого продать свою жизнь. Вампиры же сидели в сёдлах каменными изваяниями — ни один из них даже не сделал движения к рукоятям мечей.
— Ну, посмотри, к чему привела твоя глупость, — поморщился Орхам. — Чего ты орал, как недорезанный?
Неподвижность вампиров или спокойный тон, которым говорил Орхам, слегка ободрили сержанта. Он опустил меч, но в ножны прятать не стал. Собравшись с духом, он сделал несколько шагов вперёд и протянул вампиру грамоту.
— Извините, сударь. Испугался, был неправ.
Орхам не удержался от усмешки, при виде которой сержант снова побледнел
— Конечно неправ. Пожелай мы атаковать, и весь твой караул был бы мёртв, не успев даже сказать «ой». Ладно, нам надо ехать — нас ждут в королевском дворце.
Сержант вновь отступил на шаг и, упрямо наклонив голову, сказал:
— Простите, сударь, я не могу пропустить в город ваш отряд без команды начальства. Если вы попытаетесь проехать без разрешения, я буду вынужден применить оружие.
Орхам удивлённо посмотрел на сержанта.
— У тебя храбрости больше, чем мозгов. И как ты собираешься нас задержать?