Будь моим Водителем

«А нахрен никто не пошел?». Ведь не далее как сегодня Марек яростно гонял от себя эти самые мысли. Не от чего ему было так уставать, чтобы хотелось все бросить! Когда-то такие мысли и правда приходили, но это давно в прошлом, и он давно научился жить со своими потерями, как раз во многом благодаря тому, что встретил Вэла! И какого, спрашивается, черта?.. Но посторонний или даже потусторонний шепот не сдавался — Марек различал даже не столько слова, сколько настроение. И настроение это было — отдохнуть, остаться здесь, слиться с туманом и больше ничего не вспоминать и не чувствовать…

— А ну нечего тут! — голос Вэла, всегда мягкий и спокойный, прозвучал неожиданно властно. Марек вздрогнул, словно просыпаясь — впрочем, так и было. Он хотел сказать что-то вроде «все в порядке», хотя это было бы неправдой — но, во-первых, голос не слушался, а во-вторых, он вдруг понял, что Вэл обращается не к нему.

— Это что вообще за дела? — продолжал Вэл. Его было не узнать — брови сдвинуты, темные глаза горят негодованием. — Это мой Водитель, которому я обязан жизнью, и нечего к нему подбираться, все равно не отдам!

Удивительное дело, но навязчивый шепот отступил, и даже туман стал как будто немного рассеиваться — во всяком случае, Марек отчетливо видел дорогу впереди.

— Держись, — Вэл положил ему руку на плечо. — Не слушай всякую фигню, сейчас выберемся.

Взревевший мотор «Фольксвагена» окончательно разогнал все лишние голоса и мысли, а туман убрался на обочины. Вэл гнал машину, сжимая руль до побелевших костяшек, и выдохнул только в гаражах.

Следующее, что донеслось до Марека из окружающей действительности, был голос Некроманта:

— Урою.

— Есть за что, — вздохнул Вэл, опустив голову. — Теперь я понимаю, почему ты тогда…

— Про тебя я уже давно не знаю, что думать, — глухо произнес Некромант, — а что знаю, то думать сам не очень хочу. Ладно, дорога не спрашивает. Но раз уж ты освоился в моих краях, просто запомни: для пассажира там дорога в один конец. По исключительному везению можно выбраться, но Марека я оттуда уже один раз едва вытащил. Еще не время. И надеюсь…

Марек понимал, что не договорил Некромант. И Вэл, судя по всему, тоже. Очень серьезно и спокойно он сказал:

— Ну что ж, значит, там я езжу один.

— Вот и правильно, — кивнул Некромант. — Чаю хотите?

Глава 45

В тот вечер Марек и Вэл домой так и не попали — Некромант решительно заявил:

— Хрен я вас после такого куда пущу. Сопротивляться не советую. Вот завтра увижу, что оба в порядке и на этом свете — и валите куда хотите, но желательно продолжать на этом свете оставаться. Особенно тебя касается, — он покосился на Марека. — Живым ты мне как-то симпатичнее.

— Не поверишь, себе я так тоже больше нравлюсь, — усмехнулся Марек. — Но…

Он хотел спросить, в чем вообще проблема — оба благополучно вернулись, и что с ними за ночь случится? Но вспомнил обмякшего на сиденье Вэла и осекся. Ведь по-настоящему Вэл пришел в себя только на следующий день…

— Сам все понял, — кивнул Некромант. — Знаешь же: либо поднять, либо упокоить. И в первой части я могу не меньше.

— Пока вроде не надо, — улыбнулся Марек и тут же ухватился за спинку дивана — его ощутимо повело. Еще и опять это треклятое ощущение зыбкости… Марек помотал головой и сделал это категорически зря. По счастью, Некромант вовремя поймал его за локоть.

— Так. Еще раз говорю, живым и в этой реальности ты меня гораздо больше устраиваешь, не для того вытаскивал, в конце концов. Падай прямо сюда и дрыхни. С Вэлом разберусь, за него я, пожалуй, спокоен.

Возможно, Некромант говорил что-то еще, но это было последнее, что Марек услышал — он отключился, не успев толком устроиться. В какой-то момент ему начали сниться все те же туманы и настойчивые голоса из ниоткуда, но их опять разогнал короткий приказ «А ну нечего тут!». И Марек не мог вспомнить, чей голос произнес эти слова.

Проснувшись, Марек увидел ровно то же, что и в ту ночь, когда привез Вэла — полумрак в комнате и Некроманта в призрачном голубоватом свете монитора. Только вот Вэл сидел рядом с Некромантом за компьютером. Судя по мечтательному выражению его лица, оба смотрели очередной клип. А может, очередную историю восстановления древнего авто, с этих станется.

— Ты меня понял? — негромко проговорил Некромант явно в продолжение какого-то предыдущего разговора. А впрочем, не «какого-то», а вполне конкретного.

— Конечно, — так же тихо отозвался Вэл. — Я же сразу сказал. О, Марек проснулся.

Совершенно непонятно, как он об этом узнал — Марек пока успел только открыть глаза и никак не менял положение. Тем более что для Вэла, смотрящего в монитор и вообще неважно видящего в темноте, в комнате царил непроглядный мрак. Но Вэл, похоже, чувствовал присутствие Марека намного лучше, чем был «виден» сам. Ну и ладно. Произошло ли за ночь что-нибудь необычное или нет, но заморачиваться по этому поводу хотелось меньше всего на свете. Как и по какому-либо другому.

— О, восстал, — констатировал Некромант, оборачиваясь от монитора. — Как окружающая реальность, стоит?

— А куда она денется! — Марек беззаботно махнул рукой. И действительно, ничего никуда не делось, ни намека на вчерашнее.

— Ну да, можно подумать, я тебя первый день знаю. Посоветовал бы в ближайшее время на мои дороги не соваться, но это ж ты. Поэтому скажу так: с Вэлом — точно нет, сам — тут уже твоя удача и твое дело.

Мелкий Вадик — и даже сам Марек чуть больше года назад — попытался бы путано объяснить, что конечно, ни в коем случае… Но сейчас Марек твердо знал: если понадобится — он выйдет на эту дорогу, и хрен ему кто что сделает. И он понимал, что Некромант это тоже знает.

— Вот елки… — смущенно улыбнулся Вэл по пути домой. — Я так надеялся тебе все это показать, ну реально, мне там классно было…

— Только извиняться не вздумай, — сказал Марек точно так же, как когда-то Птаха ему самому. — Ты не мог знать, как оно получится. Я так понимаю, дорога — это вообще такая штука, которая у всех складывается по-своему. Я вон тоже думал, что раз ты мой Пассажир, у тебя получится так же шастать по реальностям, и хотел тебе все это показать…

— Но ведь показал же, — заметил Вэл.

— Немного, — вздохнул Марек. — Сам я спокойно по десятку вариантов меняю, но сам понимаешь, после того, что у нас в первой поездке получилось, как-то на эксперименты не тянуло. Хотя я уже знаю, что тут все решает Водитель, да и подстраховать тебя отчасти могу.

— Я тебя, как оказалось, тоже, — Вэл заметно приободрился.

— Да не то слово! Меня эта хрень в свое время, напоминаю, чуть не угробила, а ты ее вон в момент разогнал!

— Ну не то чтобы в момент… — Марек уже хотел сказать «не прибедняйся», но заметил в глазах Вэла лукавый огонек. Понятно, в прежнего неуверенного подростка он просто играет. — У меня было ощущение, что слушаться они как-то не очень расположены, шарахнулись, только когда я газанул. Вообще, нехорошо так с движком обращаться, но что поделать. Зато дорога сразу расчистилась — словно я их реально передавить мог.

— А может, так и есть, кто тебя знает, — вполголоса заметил Марек. Вэл только рассмеялся.

Как бы то ни было, в ближайшее время Марек не намеревался не то что забираться в туманы, а вообще куда-либо ездить, так что в некотором роде совету Некроманта он последовал. Но если сам он в туманы не совался, они активно совались к нему и просились на бумагу, хотя обычно Марек и думать-то обо всем этом лишний раз не хотел. Впрочем, он уже давно знал — если какой-то сюжет влез в голову, все равно рано или поздно придется его рисовать, никуда не денется. И вообще, может, как раз всякие ненужные воспоминания и отстанут.

По уму, конечно, рисовать такое надо было бы акварелью — самое то для всякой размытости и зыбкости, но Марек попробовал пару раз и бросил. Слишком мягким и плавным оно выходило, а ведь он помнил, на какой бешеной скорости «срезал дорогу» и как резко стартовал Вэл. Да и этот самый Вэл, взглянув на недоделанный рисунок, покачал головой: «Оно не такое». И Марек снова взялся за черный маркер, лишь иногда немного добавляя цвета. Почти как в тех городских набросках, но линии были менее резкими, а контуры — незаконченными, иногда даже как будто дрожащими. Тут Вэл не сказал ничего, но Марек и сам понимал — получается то, что надо. И на страницах блокнота раз за разом появлялись тающие очертания небоскребов, дорога, где в клубах тумана угадывались неясные силуэты, и неожиданно резкий и четкий контур черного «универсала». Марек даже отважился набросать то немногое, что помнил из своей первой самостоятельной поездки. Получились какие-то обрывки — ярко-алый борт «Камаро», фары «Кадиллака», обмякшая за рулем фигура… Марек чертыхнулся — все это он влепил на один лист, и дорисовывать места не было. Но в ту же секунду он понял, что дорисовывать и не будет. Это должно остаться таким.