Страница 5 из 47
По классу опять разнеслось нестройное да, и на этот раз Лазарев решил не молчать.
— Если я обращаюсь ко всем, то отвечать надо громко и четно, чтобы слышно было даже в соседнем корпусе. Понятно?
— Да! — на этот раз хор голосов был более стройным, однако учителя это не устроило.
— Громче!
— Да! — я тоже присоединился к общему крику, не желая выделяться из толпы.
— Ну хоть что-то. Кто там хотел ответить?
— Я! — снова подняла руку Березовская.
— Давай, говори. Можешь не вставать.
— Пустоши являются самым лучшим учителем по боевой подготовке. Поэтому я думаю, что при выпуске из академии аристократы будут проходить экзамен в пустошах, чтобы подтвердить полученные навыки.
— Ахахах, — дружелюбно рассмеялся Петр Григорьевич. — Экая ты боевая девка. Про то, что нигде так быстро, как в пустошах, воевать не научишься, я с тобой соглашусь, но отправлять на убой молодых аристократов точно никто не собирается. Не каждому дано с автоматом наперевес мчаться по пеплу в кабине пикапа. Еще варианты будут?
Класс ответил молчанием. Видимо, не привыкшие к такой манере преподавания аристократы всё ещё пребывали в растерянности.
— Эх, ладно. Проще рыбу заставить говорить, чем из вас что-то вытянуть. На самом деле всё банально просто. Какая главная опасность в пустошах?
— Серые твари! — выкрикнул кто-то с задних парт.
— В целом правильно, но я ждал немного другой ответ. С тварями то всё просто. А вот самое страшное, это когда тысячи этих существ сбиваются в одну орду и идут в сторону обитаемых земель. И задача аристократов и других владельцев форпостов — отразить самоубийственную атаку. Если кому-то из вас посчастливилось быть рядом с пустошами в это время, то вы могли бы заметить, что пепел поднимается на километры вверх, закрывая собой весь горизонт. А называется это явление — серые сутки.
В молчании Лазарев продолжил.
— Атака тварей всегда быстрая и самоубийственная, разума у них нет, а единственный инстинкт — уничтожить всё живое. Поэтому задача всего лишь продержаться одну волну и не допустить прорыва. Но эта волна может идти даже несколько десятков часов.
— А при чем тут мы? Форпосты всегда принадлежат сильнейшим родам, и у абсолютного большинства в классе их никогда не будет, — опять раздался голос откуда-то сзади. — Не уверен, что мне когда-нибудь придется отражать атаку тварей, стоя на стене.
— А вот в этом и кроется вся проблема, мой дорогой друг. Люди, которые занимаются исследованием пустошей, заметили одну неприятную тенденцию. Когда пустоши только появились, то серые сутки наступали примерно раз в три года. Сейчас же периодичность сократилась до раза в год, и продолжает снижаться. И существует такая вероятность, что часть стен будет отдана смешанным отрядам аристократов, потому что человеческих ресурсов одного, даже великого рода, может банально не хватить для защиты. Поэтому сам император отдал приказ добавить в обучение аристократов новый предмет, и подготовить их, в случае необходимости, встать на защиту гражданского населения от серых тварей.
Примерно так я представляю себе Петра Лазарева. Разве что уж очень анимешный получился. И с брутальностью перебор. Но плюс минус.
P. S. Крик души. Почему я вообще вставляю картинки накачанных мужиков, а девочки разве что на обложке книги?… Надо бы это исправлять…
Глава 4
На класс опустилась гробовая тишина. Новость о том, что в любой момент аристократов могут выдернуть из уютных поместий и отправить на стену не обрадовала никого. Да и мне тоже стало немного беспокойно. Правда, по другой причине.
Пожиратель — самая опасная тварь, которую можно встретить на просторах вселенной. И одно дело, если в пустошах валяются его мертвые останки, и совсем другое, если каким-то чудом в них сохранилась крупица жизни. Даже её может быть достаточно, чтобы от этой планеты осталось только воспоминание. А я сейчас совсем не в той весовой категории, чтобы хоть что-то противопоставить главному катаклизму этого мира.
Но даже в том случае, если пожиратель всё-таки окончательно и бесповоротно погиб, то в пустошах однозначно что-то происходит. Потому что тенденция появления серых тварей должна идти на спад, а по факту всё происходит совсем наоборот.
— Но это же бред! С какой стати я должна буду рисковать своей жизнью, защищая какой-то кусок стены, да ещё и принадлежащий чужому роду! — неожиданно одна из моих одноклассниц вышла из ступора и решила показать свой характер. — Или если я, например, бытовой маг-артефактор, зачем мне вообще быть рядом с пустошами? Просто так умереть?
— А меня-то зачем спрашиваешь? — Лазарев усмехнулся. — Я просто поставил вас перед фактом. Все вопросы к императору. А касательно магов небоевых специальностей — не думаю, что во главе страны у нас сидят глупые люди. Если худшие прогнозы сбудутся, то применение найдется всем.
— Но ведь… — девушка хотела что-то возразить, но Лазарев тут же её перебил.
— На твоем месте я бы поменьше возмущался. Обычно возражения решениям императора до добра не доводят. Особенно, когда в стране наступают тяжелые времена.
Девушка тут же испуганно замолчала. Ну да, в таких вопросах со словами стоит быть аккуратнее, иначе можно ой как нехорошо влететь. Политика — дело тонкое.
— Ещё какие-то вопросы будут или мне можно начинать пытаться донести до ваших голов крупицы драгоценной информации? — спросил Лазарев у молчащего класса.
— А известен какой-то механизм появления серых тварей? — поднял я руку. — Размножаются они или может каким-то образом просто появляются среди пепла?
— Неплохой вопрос. К сожалению, об этом нет почти никакой информации. Никто никогда вживую не видел маленьких детенышей существ пустошей, да и в принципе любого другого способа их образования. Что-то конкретное мы можем сказать только про некоторые виды тварей, например про пустых. Знаешь же, кто это такие?
Дождавшись моего кивка, Лазарев продолжил.
— Но на общем фоне всего невероятного количества серых существ эти несколько видов, о которых мы хоть что-то знаем — просто капля в море. Главная теория, которая существует на данный момент — то, что вся органика, попадающая в пустоши, перерабатывается в материал, из которого в последствии каким-то образом образуются твари. И с каждым годом механизм образования всё совершенствуется и совершенствуется.
— Так может тогда просто не стоит ходить в пустоши? — снова подняла руку ранее возмущавшаяся одноклассница. — Запретить рейды, гильдии, и перестать дарить серым землям новые человеческие тела?
— А смысл? — Лазарев пожал плечами. — Основной источник органики, если ты вдруг не знаешь, это не люди.
— А кто?
— Не кто, а что. Пробои. С каждым новым вздохом они выплескивают наружу часть себя, пока полностью не растворятся в пустошах. И как-то контролировать этот процесс мы не можем. Так что остается лишь одно — тоже получать с пробоев свою долю ресурсов и повышать личную силу.
Петр Григорьевич быстрым взглядом посмотрел на свои часы, после чего решил заканчивать лирику.
— Ладно, детишки, что-то мы с вами заболтались. Надо успеть рассказать вам самые базы, а времени уже почти нет. Для начала чисто для галочки спрошу — может кто-то из вас уже бывал в пустошах? В чем я, конечно, сомневаюсь.
Несмотря на последние слова, Лазарев как-то подозрительно посмотрел на меня. А я что? Я ничего! Сижу, молчу, соплю в две дырочки. Вон, пусть детишки больших дядей отдуваются.
На вопрос Лазарева поднялось четыре руки. Березовская, Романов, и еще два одноклассника из крупных старших родов.
— Надо же. Всё не так плохо, как я думал. На ближайших трех парах для вас вряд ли будет какая-то новая информация. Так что будем с вами вести дискуссию, а остальные просто слушают. Всё ясно?
Четверка молодых рейдеров кивнула, и Лазарев начал пару.