Страница 47 из 67
— Поверьте, Михаэль, ничего особенного в этом нет, зато вы сразу показываете, что за вашей спиной стоят серьёзные люди, серьезного государства.
В принципе, я не думаю, что бланки паспортов, находящиеся в распоряжении адмирала, содержали в себе какой-то подвох, но с другой стороны дата выдачи указанная в нем соответствовала 1920 году, мало ли какие изменения, могли произойти с того момента. И хотя больших опасений у меня это не вызывало, тем более, что скажем при проверке документов в том же Чанчуне, местными полицейскими, когда я вышел прогуляться на перрон местного вокзала, никаких проблем не возникло. Увидев в моих руках немецкий паспорт, мне тут же его вернули назад, отдали честь и даже слегка поклонились, дав понять, что никаких претензий ко мне не имеют. Но с другой сторона, полицейские скорее могли и не знать о возможных изменениях, поэтому мнение герра фон Клаузенца, мне было очень интересно.
Его реакция превзошла все мои ожидания, хотя и не дала никаких объяснений его поведению. Видимо взглянув в мой документ, он в первую очередь заметил какую-то метку, неизвестную мне, но тем не менее по его мнению, наделяющую владельца этого паспорта, чем-то особенным. Ну, или говорящую о том, что это не простой человек «с улицы». Поэтому он тут же, как бы внутренне подобрался, а его отношение ко мне разительно изменилось. Если раньше он относился ко мне с некоторой подозрительностью смешанной со снисходительностью старшего к младшему, то теперь, скорее как к равному, или даже чуть более вышестоящему, чем он сам. И было очень заметна его внутренняя борьба, показывающая, что он прекрасно понимает, что моя «должность» или положение стоит несколько выше его, но мой возраст в его представлении не соответствует этому положению. Я как мог, успокоил его тем, что нахожусь здесь не по делам службы, а можно сказать проездом, находясь в Китае, только в силу предложенного мне маршрута следования. Это несколько успокоило моего собеседника, не знаю, что именно он увидел в моем паспорте, но зато это нечто, дало мне надежду в том, что и дальше не появится каких-то особенных с ним проблем.
Большую часть дороги мы беседовали о разных пустяках. Я рассказывал ему об охоте в Сибири, он сетовал на армейские проблемы, в общем, темы для бесед находились, заодно подтягивая мое произношение и словарный запас. Еще он долго разглядывал мою винтовку, интересовался ее возможностями, и жалел о том, что его служба, совсем не оставляет времени на отдых.
Расстались мы в Шэньяне, ввиду того, что ему предстояла пересадка на пути в Шанхай, а мне оставалось около девяти часов пути до Даляня. К моему удивлению, местные поезда ходили точно по расписанию, не задерживаясь ни на минуту, от указанного времени.
Если наш поезд останавливался для пополнения воды локомотивом, то начиналась долгая раскачка, с выяснением отношений в том, чья именно сейчас очередь бежать за распорядителем, или кто из помощников машиниста, соблаговолит влезть на вышку, чтобы открыть кран и проследить за заполнением емкости. Сам машинист в это время, спокойно сидель на подножке локомотива с улыбкой посматривая на пытающихся выяснить кто из них прав помощника и кочегара. Посмеиваясь и вероятно вспоминая свою молодость. Но что интересно ни разу, даже не пытаясь ускорить этот процес. Все это я наблюдал совсем недавно, когда следовал в сторону Верхнеудинска. Здесь же в Китае, все происходит совсем иначе. Еще на подходе к месту остановки, для тех же действий что и в России, китайцы уже занимют места на лесенке выдущей вниз. А стоит локомотиву только остановиться, как один из них уже карабкается на лоукомотив, а другой разворачивает рукав подачи воды. И на то, что у нас уходит как минимум час-полтора, здесь тратят от сила десять-пятнадцать минут.
Остаток пути я провел в одиночестве, что впрочем, нисколько меня не смутило, потому что большую часть этого времени, я просто проспал.
Оказывается, хоть в Даляне и имеется свой морской порт, но ни о каких дальних перевозках не стоит и говорить. Возможно, до первой мировой войны здесь и было нечто подобное, но сейчас, сюда заплывают, разве что местные суда, специализирующиеся на ловле рыбы, крабов, лангустов и прочей морской нечисти. Хотя город довольно большой и уютный, но увы самое многое на что я тут могу рассчитывать, так это пересечь залив и добраться до Чжифу, откуда, вновь сев на поезд доехать до Циндао. А вот там и находится большой морской порт, созданный моими «соотечественниками», если считать что я не Михаил Волков, а Михаэль Вольф.
В принципе о том, что Далянь не является международным морским портом, а служит только для внутренних сообщений и приему и переработке рыбной продукции, я узнал еще в вагоне поезда, у моего собеседника. Правда решил не показывать своего незнания подобных вещей, и потому просто сказал, что мне посоветовали именно этот маршрут, сказав, что в итоге, я доберусь до нужного места, гораздо быстрее, хотя и с парой пересадок. Хотя больше меня занимал тот факт, что это место как-то связано с легендарным Порт-Артуром. Мой собеседник о чем-то задумался, а после согласился с этим, хотя и добавил, что в этом случае я выиграю самое многое часов восемь, а то и меньше. Но тем не менее не стал настаивать на моем изменении маршрута.
Расстались мы если и не друзьями, то добрыми приятелями.
— Герр, Оберст! Докладываю, что во время возвращения из очередной инспекционной поездки в вагоне первого класса поезда «Харбин — Далянь», мною был встречен гражданин Германии, некто Михаэль Фридрих Вольф. Последний, по его словам является обыкновенным охотником и путешественником. Однако служебные отметки в паспорте, которые мне удалось засечь, во время проверки документов, местной полицией, а так же буквенная серия «JС» говорит о том, что владелец данного паспорта состоит на службе у руководства республики, и проходит по особому статусу «CSS» согласно инструкции за №0000742576 от 17 января 1920 г.