Правила больших мальчиков

Полиция считала, что они могли бы обучить людей работе под прикрытием, даже если для этого им пришлось бы завербовать много бывших солдат. Старший офицер КПО говорит, что он счи­тает правильным, что сотрудник полиции должен быть привлечен к такой работе, потому что «у него больше понимания правовых последствий своих действий, другая подготовка».

Все эти дебаты о силах специального назначения и интеграции разведки происходили в контек­сте широкой и неразрешенной напряженности между КПО и армией, которая постепенно угаса­ла с момента установления главенства полиции в начале 1976 года. Все еще соглашаясь с этим принципом, штаб в Лисберне чувствовал, что контроль над операциями был передан КПО слиш­ком быстро. Опасность открытого выражения таких взглядов на еженедельных заседаниях Комитета по политике безопасности, должно быть, была очевидна генерал–лейтенанту Кризи, командующими войсками в Северной Ирландии, это могло спровоцировать скандал, который на­нес бы ущерб всем антитеррористическим усилиям. Но, в любом случае, соперничество между армией и КПО вот-вот должно было вылиться в открытую форму из-за серии разрушительных событий за один день.

Глава 9. Уорренпойнт

События 27 августа 1979 года привели к обострению напряженности, которая усиливалась меж­ду КПО и армией в течение последних нескольких лет. Это был день, когда армия понесла самые тяжелые потери в Северной Ирландии за всю историю и было совершено убийство члена королев­ской семьи – день, который, по словам высокопоставленного представителя сил безопасности, «привел к обострению кризиса, назревавшего между полицией и армией».

Солдаты 2-го батальона парашютно-десантного полка направлялись из армейских казарм в Бал­ликинларе, графство Даун в направлении Ньюри. Люди ехали в двух четырехтонных грузовиках и «Лендровере». У них было защиты не больше, чем обеспечивали брезентовые борта их машин.

ИРА решила устроить им засаду в местечке под названием Нарроу-Уотер, недалеко от Уоррен­пойнта. Здесь дорога подходит вплотную к полоске воды, которая отмечает международную гра­ницу между Республикой и Севером и соединяет Ньюри через канал с Ирландским морем.

По своей концепции и планированию атака показала, как далеко продвинулись «временные» по сравнению со своими ранними, хаотичными днями изготовления бомб. При нападении было ис­пользовано около 680 килограмм взрывчатки. Нападения в сельской местности часто связаны с использованием огромного количества взрывчатки, потому что ИРА знала, что шансы зацепить невинных прохожих гораздо меньше, чем в городе, и потому что им было гораздо легче спрятать большое количество взрывчатки на открытой местности.

Около 230 килограмм взрывчатого вещества было уложено в маслобойки, помещено на прицеп грузовика и накрыто тюками с сеном. Прицеп был оставлен на стоянке у дороги. Люди, плани­ровавшие нападение, в полной мере использовали местные знания и опыт. В 1976 году «времен­ные» попытались устроить засаду королевским морским пехотинцам точно в том же ме­сте. Но солдаты, которых они хотели поймать, заметили провода, по которым должна была быть переда­на команда на взрыв бомбы. Королевские морские пехотинцы, осознав опасность, укры­лись в 400 метрах отсюда, за гранитной кладкой ворот замка Нарроу-Уотер.

Три года спустя Временное правительство решило поступить по-другому. Не было бы никаких контрольных командных проводов. Вместо этого бомба в трейлере должна была сработать с по­мощью дистанционного управления, используя небольшой передатчик, типа тех, что изготов­ляют любители авиамоделей. Вторая бомба, вдвое более мощная, чем первая, должна была быть заложена у ворот замка. Просто чтобы убедиться, что там укрылись солдаты, снайперы на дру­гой стороне канала, в Республике, откроют огонь после взрыва первой бомбы.

Примерно в 16:30 бомба, заложенная в прицеп, взорвалась, зацепив второй грузовик. Взрывной волной его разорвало на части, и шестеро находившихся внутри десантников погибли. Члены ИРА открыли огонь, когда ошеломленные десантники попытались вытащить изувеченных това­рищей из искореженного металла. На дороге также был убит прохожий. Как и предполагала ИРА, десантники искали укрытия за воротами замка. Все шло по плану ИРА.

Базировавшийся неподалеку в Бессбруке батальон, из Собственного Ее Величества хайлендско­го полка, был поднят по тревоге. Взлетел вертолет «Уэссекс». Подполковник Дэвид Блэр, ко­мандир «Хайлендеров», вылетел на легком вертолете «Газель» для расследования.

В 16:59, когда подполковник Блэр совещался с десантниками за воротами, а «Уэссекс» взлетал с ранеными, был отправлен еще один радиосигнал. Сработало устройство весом в 1000 фунтов у ворот. Еще двенадцать военных, включая подполковника, погибли.

В тот же день ИРА нанесла удар в Муллагморе, в Республике. Лорд Маунтбеттен, дядя герцога Эдинбургского, и еще три человека были убиты бомбой, спрятанной на их прогулочном катере. И снова это была очень изощренная атака. Для точного определения цели была использована тщательная разведка. Около 50 фунтов взрывчатки было спрятано под палубой яхты, и, как и в Уорренпойнте, для его подрыва использовался передатчик радиоуправления.

В Лисберне и Ноке царило смятение. Офицеры задавались вопросом, если бы это была обнов­ленная ИРА как они бы с ней справились,? «Временные» устроили два «потрясения» за один день. Любой из них, убийство большого числа десантников или удар по члену королевской се­мьи, сам по себе был бы сильным ходом. Вместе их было достаточно, чтобы довести разногла­сия по поводу политики безопасности до такой степени, что пришлось вмешаться премьер-министру.

Маргарет Тэтчер была избрана премьер-министром всего за три месяца до этого. Она обнаружи­ла, что столкнулась со своим первым настоящим кризисом. Как и до, так и после, организация ИРА «потрясения» вызвала множество призывов к жестким действиям. Миссис Тэтчер отправи­лась в Северную Ирландию, чтобы встретиться с командующим войсками, командующим сухо­путными войсками и главным констеблем. События 27 августа вкупе с убийством террористами ИНОА ее старого друга и политического помощника Эйри Нива ранее в этом году означали, что миссис Тэтчер отправилась в Северную Ирландию с желанием принять меры, которые действи­тельно навредили бы ИРА. Но вскоре она оказалась втянутой в соперничество армии и Королев­ской полиции Ольстера.

Генерал-лейтенант Кризи, командующий войсками в Северной Ирландии, решил, что настало время проверить, что по его мнению, не было ли принятием на себя КПО ответственности за безопасность преждевременным. Во время рабочего обеда, на котором присутствовали премьер-министр и старшие армейские офицеры в штабе 3-й бригады в Портадауне, генерал-лейтенант Кризи вставил то, что, выражаясь бюрократическим языком, было кинжалом. Он предложил, что в Ольстере должен быть единый глава службы безопасности, и подразумевал, что это должен быть военный. Командующий заявил, что армия должна восстановить оперативный контроль, по крайней мере, на ограниченный период. Сначала он попросил двенадцать месяцев, позже сокра­тив этот срок до шести. Он также выступал за более тесную интеграцию разведывательных служб, что, по сути, уже началось.

Премьер-министр отправилась в Кроссмаглен, чтобы поговорить с военнослужащими, а затем на вертолете в казармы Гоф в Арме, где ее ждали Кеннет Ньюман и команда из Королевской поли­ции Ольстера. Там главный констебль попросил ее санкционировать увеличение численности полиции на 1000 человек. Премьер-министр согласилась с этим на месте. В дни, последовавшие за ее возвращением в Лондон, Ньюман защищал принятие КПО контроля над всеми операциями по обеспечению безопасности, сопротивляясь призыву армии временно отменить главенство по­лиции.

В Лондоне Фрэнку Куперу, высокопоставленному гражданскому служащему Министерства обо­роны с некоторым опытом работы в Ольстере, было поручено оценить предложения армии и КПО. Купер вскоре осознал трудности, связанные с отказом от главенства полиции, даже вре­менно. Но нельзя было отказываться от попытки армии восстановить направление операций. Ку­перу пришла в голову идея назначить кого-нибудь, кто мог бы смягчить напряженность в отно­шениях между полицией и армией и наметить дальнейший путь в политике безопасности. Было решено, что Морис Олдфилд, возглавлявший Специальную разведывательную службу (МИ-6) с 1973 по 1978 год, должен быть назначен координатором по вопросам безопасности. Олдфилд, которого иногда называют образцом для вымышленного персонажа Джона Ле Карре Джорджа Смайли, ушел на пенсию и поступил в «Колледж всех душ» в Оксфорде, где намеревался возоб­новить свой интерес к средневековой истории. Его чувство долга было таково, что Олдфилд счел невозможным отказать личному призыву премьер-министра отправиться в Северную Ирландию.