Страница 11 из 16
Анна произнесла несколько слов на непонятном языке и повторила за ним. Айсман скупо кивнул, после чего детина, вдруг громко расхохотался. Когда он успокоился и вытер слезы, улыбка сползла с его лица
— Так… — кинул он небрежа на чистом русском и ткнул пальцем в посла. — Твой древний язык никуда не годится. Его язык мне нравится больше.
Он повернулся к Айсману и осведомился:
— И что смертным от божества надо? Чё приперлись?
- Наш вид на грани истребления. Нужны переговоры!
Анна шагнула вперед, но пялился детина все равно на Айсмана.
— Ах переговоры….
Отступив от саркофага, он, не спеша обошел Айсмана, с интересом разглядывая его снаряжение.
— А вы не плохо развились… в этот раз. Но недостаточно хорошо!
Последняя фраза прозвучала как приговор. Из криокамере послышались тихие звуки.
Новоявленный бог плотоядно заулыбался и закатил глаза. Он вернулся к саркофагу, сунул в него свою ручищу и бесцеремонно выволок оттуда молодую женщину. Она ударилась об пол, и тут же пала ниц, перед своим богом. Но же схватил ее за ошейник и рывком поставил на ноги. С виду ей не было и тридцати. Загорелая, смуглая, чуть выше Анны. С длинными, черными как смоль волосами. Из одежды — только грубоватые украшения и бусы. Подняв глаза, женщина вцепилась в его ногу, умоляя и невнятно бормоча. Его тога ближе к колену сильно оттопырилась, и это повергло ее в ужас….
Божок игриво подмигнул Айсману:
— Моя любимая игрушка…. Хочешь?
Айсман презрительно сплюнул.
— Ну, я предлагал… — божок расцвел в радушной улыбке, и пожал плечами.
В следующий Момент он дернул женщину за ошейник и перегнул через борт саркофага. Обнажив свой огромный фаллос, он немедля пустил его в дело. Вопли бедной женщины эхом разнеслись по пустым коридорам башни….
Айсман был готов снести голову ублюдку, глядя как он удовлетворяется. Но Анна и бровью не повела.
Жестоко надругавшись, над своей рабыней, детина блаженно потянулся. Женщина, потеряв сознание, безвольно упала. Посмотрев на нее сверху вниз, он раздумывал с минуту. Потом поднял ее с пола, брезгливо закинул обратно в саркофаг и закрыл крышку. Алые капельки крови, оставшиеся на его члене, проступили сквозь тонкую ткань. Но он не сильно расстроился. Оглядевшись, как будто впервые, он вздернул брови:
— Вы еще здесь? Ах, да…. переговоры. — Он мило улыбнулся Анне. Похлопал по саркофагу и снова улыбнулся.
— Ну, раз заняться пока не чем… госпожа посол, прошу за мной, в торжественный зал.
Он сделал приглашающий жест, и двинулся в другой конец площадки. Второй рукой почесывая свои гениталии на ходу. Анна послушно двинулась следом. Айсман шагнул за ней.
Божок обернулся.
- А ты дружок, обожди внизу!
Прежде чем Пол успел ответить, божок небрежа взмахнул рукой….
Невидимая волна ударила его в грудь и в следующую секунду, тело Айсмана, вместе с толстенным куском стекла выбросило из башни. Последнее что он видел, это мерзкую ухмылку божка и широко раскрытые глаза Анны….
Глава 13. Падение в бездну
Леденящий ветер мгновенно перебил дыхание, не дав заорать. Но он же не дал Айсману потерять сознание. Уши сразу заложило от резкого перепада. Его стремительно несло вниз. Айсман ожидал чего-то подобного. Поэтому, едва падение стабилизировалось, он направил свое тело прямиком к башне. Он рассчитывал, что при меньшей гравитации он не успеет получить критическое ускорение. Башня имела хоть и небольшой, но уклон. Теоретически, трение о стену должно замедлить падение. Кроме того, ближе к основанию башня заметно расширялась. Возможно, это его спасет. Хорошо, что он не одел рюкзак… однако он точно видел, как тот выпал сразу вслед за ним.
Прижаться к стене оказалось не так-то просто. С первого раза не получилось. Но, оцарапав лицо и сильно ударив колено, он все же притерся спиной к стене. В который раз Айсман мысленно благодарил того гения, что сделал его скафандр. Чудовищное трение за его спиной даже не раскалило обшивку. Энергосистема активно поглощала выделяемое тепло. Заряд скафандра заметно рос. Пол по максимуму врубил все что мог. Пусть теперь он светился как новогодняя елка, но заряд рос медленнее. Сложнее всего было удержать в руках молот, не повредив его. Трофейную винтовку он уже разбил о стену и теперь пытался притормаживать тем, что от нее осталось.
План Айсмана, был не так плох, он действительно стал замедляться. Огни что светили внизу теперь заливали своим светом все вокруг. Сейчас он уже четко мог различить отдельные предметы. Он вдруг понял, что пропасть вокруг башни являлась ничем иным, как отражателем гигантской антенны. Многокилометровое блюдце рассекалось у основания башни на три основных сегмента, между которыми зияла темнота. Айсман тихо возрадовался тому, что колонны плавными дугами переходили в горизонтальную поверхность. Но оставался маленький нюанс: надо было попасть точно по центру выпуклой опоры, чтобы не соскользнуть пугающую темноту. При такой тряске сделать это было не просто….
Прижав молот к груди, Айсман сделал рискованный шаг. Он раздвинул ноги. Теперь спуск был стабильнее, но любой случайный выступ мог свести все старания на нет. Он пытался об этом не думать. До выбранной опоры оставались секунды. Уклон значительно увеличился и теперь он не падал, а катился на спине. Скорость не уменьшалась, но трение увеличилось. Замигал сигнальный индикатор. Через мгновение к нему присоединился и тревожный сигнал. Заряд скафандра становился критическим.
В этот момент он ударился о металлический стык. Пол не мог его видеть, а потому не успел среагировать. Ноги потеряли опору, тело бросило вперед и он кубарем полетел вдоль опоры… На третьем витке, внезапно сработали стабилизаторы скафандра. Ноги снова коснулись поверхности, и он с диким криком побежал по ней. Его несло гигантскими шагами прямо на металлическое ограждение. Сжавшись в комок, он закрыл голову и плечом проломил трубчатые перила. Теперь он был на плоской поверхности, и оставалось только удачно остановиться! Близкий конец этого дьявольского аттракциона вселил в него надежду. Но Айсмана все еще несло по гладкой поверхности, словно бобслеиста, вылетевшего из саней. Он стремительно несся к краю гигантского блюдца, закладывая приличную дугу. Все еще действующие стабилизаторы не давали ему вращаться, и он видел куда летел. Оставалось совсем не много, но он таки вылетел за пределы антенны. Проломив еще одни перила он влетел в просторный ангар. Финальным его пристанищем послужил ряд каких-то контейнеров, удачно развалившихся в труху. Как раз это смягчило его удар о стену. Не веря своему счастью, он вскочил на ноги. В глазах двоилось, по лицу текла кровь, в ушах все еще стоял скрежет. Осталось решить только одну проблемку — сбросить заряд скафандра, пока тот не взорвался.
Углядев в ближайшей стене какое-то подобие распределительного щита, Айсман рванул к нему. Отбросив на ходу молот, чтобы не повредить его, Пол вскрыл щит. В мгновение вырвав из груди аварийный переходник, он вклинился в какую-то сеть….
Вспышки почти не было. Так, небольшая искра. Тревожный сигнал замолк. Айсман убрал руку от лица, в глазах потемнело. Он не сразу понял, что это вокруг все во тьме. Осознав, что причиной тому, скорее всего именно он, Пол нащупал под ногами молот и бросился прочь, пока местная живность его не углядела. Его просто распирало от дикой радости, и он несся на всех парах, забыв даже активировать скафандр. Но отбежав на приличное расстояние, он спрятался за какой-то надстройкой и на ощупь ввернул переходник на штатное место. К его счастью, энергии осталось чуть больше трети. А это уже кое-что! Сердце колотилось как у подростка в день первого свидания.
Айсман не мог отдышался. Адреналин в крови зашкаливало. Вот так встряска! Нужно было успокоиться. Посидеть немного, расслабиться. Иначе можно дел натворить. А натворить так хотелось… так хотелось!!!
Через некоторое время загорелся тусклое аварийное освещение. Айсман высунулся из-за угла. В дальнем конце ангара, у щитка, кипела работа. Многолапые механизмы активно возились с поломкой. Кажется, пока все складывалось удачно, оставалось только найти способ пробраться обратно в башню. Экран "стервятника" не показывал положение Анны сейчас, но внутри он вполне справлялся со своей задачей. В поисках кротчайшего пути, он подполз к краю тарелки, и перегнулся через него.