Страница 28 из 56
— Конечно, Подверни, пойдешь, — я отступил с парапета, освобождая ему дорогу и параллельно добавляя Белохвоста в многопрофильную конференцию гаппи. — Тебя проводят, а то у нас на входе сигнализация…
Механик кивнул и ушел, не попрощавшись, шоркая подошвами знакомых грязных ботинок и упорно глядя вниз, чтобы ненароком не запомнить лишнего. Убедившись, что Ребрышко проводил Подверни Штанину, помог миновать растяжку и закрыл за ним дверь, я активировал общий канал.
— Куо-куо, Белохвост, как настроение?
— Лучше всех! — раздался в моем заушнике голос, больше подходящий подростку. — Вы готовы тама, а то долго висеть не самая мудрявая идея?
— Еще пара минут, — я махнул рукой в объективы ветростата. — Дам знать.
И направился к бойцам… почти уткнувшись в Прикуса, за секудну до этого материализовавшегося за моей спиной.
— Это… еще… что… за… кусок… летающего… говна? — процедил тот, оттирая меня от остальных, чтобы не слышали.
— Ты про ветростат? — с улыбкой уточнил я, и собирался еще пошутить, но заметил опасный прищур наемника и поспешил объясниться. — Слушай, Прикус… я нашел нам транспорт. Который не отследят, не станут останавливать, досматривать и даже преследовать. Транспорт, способный зайти прямо на точку без лишней пальбы. Лично я считаю, что это идеальный вариант и попробуй это оспорить.
— Ты кое о чем забыл, терю… — стоя почти вплотную ко мне (что вызывало некоторый дискомфорт), продолжил «Садовник», барабаня пальцами по рукоятке ассолтера. — Мы собираемся подняться не на комплеблок в сорок метров, а значительно, значительно выше. И если парни за моей спиной готовы с одним ножом бросаться на тетронские «кастура» или в одиночку держать в тоннелях взвод ракшак, то…
— Не продолжай, — твердо произнес я, стараясь не морщиться от запаха его шкуры, перемешанного с оружейной смазкой. — Конечно, я помню о неприятностях, связанных с вашим ощущением высоты. Но для этого решение у меня тоже найдется.
— Никаких боевых препаратов, — грозно отрезал Прикус, — кроме тех, что парни принимают сами.
— Понимаю, — я кивнул, машинально взглянув на зубастые прищепки-инъекторы, прищелкнутые к ушам Панго, Микаты и Ханжи. — Речь не о наркоте.
— Гхмм, продолжай, — приказал наемник, но было заметно, что он заинтригован.
— Помнишь, пунчи, вчера в кабаке ты задал мне прямой вопрос? — понизив голос, поинтересовался я. — Про мои штучки.
В глазах наемника плеснулся страх. Он едва не подался назад, но заставил себя оставаться на месте.
— Байши… — прошептал он. — Ты чего, заколдовать нас надумал?
п.2; г.6; ч.2
— Ну… — я задумчиво взлохматил волосы и почесал лоб. — Я бы не стал использовать именно такой термин. Я вас зашепчу. И страх уйдет.
О том, что эксперимент станет дебютным, упоминать было лишним, не так ли?
— Навсегда?
— Сомневаюсь, — честно ответил я, вовсе не ожидая такого вопроса. — Но уверен, что для доставки нам хватит. А сейчас я хочу, чтобы ты рассказал остальным, Прикус. Мягко, но по-командирски.
— Ты же понимаешь, что они могут отказаться?
— Понимаю. А ты сам?
Чу-ха подвигал нижней челюстью, часть которой больше напоминала железный капкан. Он явно боялся предложенного, но никогда бы не показал этого, особенно такому как я. А еще ему на самом деле было интересно, такое я считывал и без «низкого писка».
— Ты ведь понимаешь, Ланс, — спросил он наконец, — что если твои штучки хоть частично обернутся против стаи, Ханжа снесет тебе башку?
— Прикус, — я позволил себе нажим, без которого в Юдайна-Сити не торгуют даже на рынках, — хватит меня запугивать. Я безмерно уважаю профессиональную паранойю, сам такой… но не стоит перебарщивать, особенно перед заказчиком.
Он услышал то, что хотел. И на том языке, что был привычен ему с малых лет. Медленно кивнул, отступил на шаг, сдвинул ассолтер на бок. И уже почти направился к остальной группе, как словно бы спохватился и вдруг вернул мне заботливо-колкое:
— Ланс, ты же помнишь, что не включен в наш тактический план? Я не хочу сказать, что ты будешь предоставлен сам себе, но…
Я жестом оборвал Прикуса. Конечно, я помнил. А «не включение в ТП» означало примерно: не путайся у нас под ногами и сам спасай свою шкуру, если станет жарко. Я не в обиде. И уже обязан «Садовникам» как минимум за профессиональную разведку и подтверждение местоположения цели.
Тем временем Прикус собрал бойцов вокруг себя и негромко делился моей расчудесной задумкой. Те (привыкшие узнавать все заранее, и я понимал их негодование) шипели, скалились, постоянно оглядывались в мою сторону, ругались, тыкали пальцами в ветростат и гудели не хуже спорящих кочевников. Разумеется, самым недовольным выглядел Ханжа, с первых минут знакомства не питавший ко мне теплых братских чувств…
Через минуту спора Прикус поставил точку. Умело, по-командирски, как я и просил. Затем вся банда двинулась ко мне, на секунду заставив поверить, что сейчас я действительно отправлюсь в полет, но одиночный, и совсем не на ветростате.
Окружив полукольцом и почти прижав к парапету, наемники угрюмо изучали своего необычного заказчика. Прикус снова издал неопределенный глухой «гхмм».
— Призна ю… — добавил он с неохотой, — план с ветростатом и правда недурен. Но Ханжа остается в сознании. И если что — сисадда, Ланс? — станет нашей гарантией.
— Понимаю, — кивнул я, бесстрашно взглянув Ханже в глаза. — Ценю вашу честность, парни. И твою смелость, пунчи…
— Да плевать, что ты ценишь, бледный, — скривившись, тихо пробормотал наемник с протезом вместо левой нижней лапы, хотя было заметно, каких невероятных усилий требует от него перспектива прокатиться над городом без помощи шаманских чар. — Давай-ка, начинай…
— Ла-адно, — протянул я и потер ладони, — если все готовы, то Ханжа должен отойти в сторонку… да, вот так достаточно. А теперь слушайте меня внимательно.
Взглянув в каждую из шести морд, окруживших меня, я вздрогнул и ощутил, какой от них несет звериной яростью, помноженной на профессионализм и холодный коммерческий расчет. Теперь главное сосредоточиться и все сделать верно, потому что (вот же сюрприз!), опробовать задуманное заранее я не имел ни малейшей возможности…
— Слушайте меня внимательно и не перебивайте, — настраивая голос, повторил я и медленно проскользил взглядом по каждому из бойцов. — Постарайтесь расслабиться, не отвлекайтесь, дышите ровно. До схватки еще есть время, и вернуть концентрацию вы успеете, а сейчас я хочу всецело завладеть вашим вниманием.
Солнце нагревало грозные тактические шлемы, легкий ветерок шевелил разноцветную шерсть шестерых чу-ха, послушно застывших перед чарословом-Джадуга. Они слушали, слышали и подчинялись.
Убедившись, что первая ступень успешно пройдена, я начал читать, медленно, с выражением, но без особого давления. Всматривался в хищные морды, читал по холодным глазам, следил за мозолистыми пальцами.
Силуэт Ханжи, маячившего сбоку с ассолтером наготове, немного отвлекал, но я умело абстрагировался от этого неприятного фактора.
После первых четырех двустиший вздрогнул и «поплыл» Панго, следом за ним в уколы от булавок превратились зрачки Као-Ду. Я нарушил привычный ход «низкого писка», позволив себе все тем же голосом попросить «Садовников» не противиться и полностью впустить в сознание мои слова и советы. Затем прочитал еще несколько строк.
Прикус попробовал потрясти головой, но тут же осекся, дисциплинированно убеждая себя не сопротивляться. За ним не в себе оказался Ребро, чья пасть безвольно приоткрылась.
— Шестая мышка сердцем вышла,
Три упорных будто не слышат.
Я декламировал, внутренне ликуя от ощутимого эффекта, в который еще этим утром и сам-то не до конца верил. Но вместо того, чтобы закрепить полный контроль над чу-ха фонетическим фиксатором, повысил голос и произнес:
— Высота больше не вызывает в вас страха. Вы останетесь собранны и внимательны, будете надежно держаться за поручни и перила, но высота больше не напугает вас. Она добра, красива и покорна нашей воле.