Страница 1 из 1
Анна АХМАТОВА
Сборник стихов «Вечер»
La fleur des vignes pousse
Et j'аi vignt ans ce soir.
«Молюсь оконному лучу…»
Примечание
Два стихотворения
1. «Подушка уже горяча…»
2. «Тот же голос, тот же взгляд…»
Читая «Гамлета»
1. «У кладбища направо пылил пустырь…»
2. «И как будто по ошибке…»
«И когда друг друга проклинали…»
Примечание
Первое возвращение
Примечание
Любовь
Примечание
В Царском Селе
I. «По аллее проводят лошадок…»
Примечание
1
Распускается цветок винограда,
А мне сегодня вечером исполняется двадцать лет.
«Молюсь оконному лучу…»
В соответствии с поздними планами поэтических сборников Ахматовой, это и еще шесть ранних стихотворений («Подушка уже горяча…», «Тот же голос, тот же взгляд…», «Читая «Гамлета» (1. «У кладбища направо пылил пустырь…» 2. «И как будто по ошибке…»), «И когда друг друга проклинали…», «Первое возвращение») должны были составить разд. «Предвечерие», предшествующий книге стихов «Вечер».
«И когда друг друга проклинали…»
По-видимому, как и предыдущий цикл «Читая «Гамлета», отражает непростые взаимоотношения между Анной Горенко и Николаем Гумилевым в период между «помолвкой» (1907 г.) и венчанием (25 апреля 1910 г.). О своем согласии стать женой Гумилева Ахматова писала С. В. фон Штейну 2 февраля 1907 г.:
«Я выхожу замуж за друга моей юности Николая Степановича Гумилева. Он любит меня уже 3 года, и я верю, что моя судьба быть его женой. Люблю ли его, я не знаю, но кажется мне, что люблю. Помните у В.Брюсова:
И я дала ему руку, а что было в моей душе, знает Бог и Вы, мой верный, дорогой Сережа»
Тому же адресату она признавалась 11 февраля 1907 г., получив от него долгожданную фотокарточку В. В. Голенищева-Кутузова:
«…я пять месяцев ждала его карточку, на ней он совсем такой, каким я знала его, любила и так безумно боялась: элегантный и такой равнодушно-холодный, он смотрит на меня усталым, спокойным взором близоруких светлых глаз. Я слишком счастлива, чтобы молчать. Я пишу Вам и знаю, что он здесь, со мной, что я могу его видеть, – это так безумно хорошо. Сережа! Я не могу оторвать от него душу мою. Я отравлена на всю жизнь, горек яд неразделенной любви! Смогу ли я снова начать жить? Конечно, нет! Но Гумилев – моя Судьба, и я покорно отдаюсь ей. Не осуждайте меня, если можете. Я клянусь Вам всем для меня святым, что этот несчастный человек будет счастлив со мной».
Первое возвращение
Прошло пять лет. – Ахматова покинул Царское Село в 1905 г., когда разошлись ее родители, и мать с детьми была вынуждена уехать на юг. Вернулась осенью 1910 г. после замужества. В Царском Селе был дом матери Н. С. Гумилева – Анны Ивановны Гумилевой (урожд. Львовой, 1854–1942), где поселились молодые.
Любовь
В стихотворении используются традиционные мотивы символистской поэзии. То змейкой, свернувшись клубком… – Сравнение, возможно, навеяно историей самоубийства Клеопатры – ср. в позднем стихотворении Ахматовой «Клеопатра» (1940): «И черную змейку, как будто прощальную жалость…» Образ древнеегипетской царицы Клеопатры в русской поэзии конца 1900-х – начала 1910-х гг. был как бы «освежен» открытием в Санкт-Петербурге в 1907 г. «паноптикума» – Музея восковых фигур (Невский проспект, дом 86), где была представлена фигура лежащей в гробу Клеопатры, со змейкой на груди, снабженная особым механизмом, благодаря которому создавалось впечатление, что Клеопатра дышит, а змейка с определенной периодичностью ее жалит.
Конец ознакомительного фрагмента.