Страница 20 из 50
Что ж, осталось самое интересное. И меня оно настигло первой.
Заклинание полета вдруг деактивировалось, и я, с мерзким хрустом плюсневых костей, оказалась на земле на своих двоих. Неожиданно. И неудобно. Застывший в десятке шагов от меня мертварь начал плести новое заклинание. Раздался хлопок, и я инстинктивно дернулась, отступив на пару шагов назад. Кажется, при этом потеряла пару мелких костей.
— Бей, не отвлекайся, — скомандовал Альд.
— Уже отдохнул, что ли? — съязвила я.
— Еще немного потерпи.
Кости заломило с новой силой. Не отвлекайся, ага, конечно.
Мне не пришло в голову ничего лучше, кроме как снова пнуть чистой энергией. Направив поток в центр груди мертваря, я сузила его, тем самым сделав удар чуть мощнее. Зомби-некромаг пошатнулся, с легким шипением выплетаемые им чары рассеялись. Сбила концентрацию, хорошо.
Внезапный рев пламени заставил меня оглянуться.
Линс, все так же сидя на камне, не давала умерцу сориентироваться, чтобы дать достойный отпор. Но при этом я не могла не отметить его живучесть — степень регенерации явно превосходила упыриную. Либо это были какие-то чары. Но рассматривать повнимательнее было некогда — у меня была своя цель. На которую я своевременно обратила внимание — мертварь просто и незатейливо попытался меня упокоить. Отскочив в сторону от возникшей под моими ногами печати, я судорожно попыталась вспомнить заклинание, которое применяла на Тида. А оно, как назло, вылетело из головы начисто.
— Мда, голова у тебя действительно дырявая.
Ну конечно, как же можно оставить без язвительного комментария такой досадный факт. Меня охватила злость. Ехидничает он тут еще… И тут, помимо злости, я ощутила неожиданное, но знакомое чувство и с радостью за него ухватилась.
— Твоя очередь, — прозвучало не без злорадства, но это меня вполне устраивало. И даже небольшая боль, сопровождавшая передачу контроля, показалась мне очень даже приятной.
— Опять… — Альд издал полустон-полувздох.
— Главное, не стони так вслух, — мстительно предупредила я, — мало ли кто и как это может расценить.
— Дурная девчонка без малейшего проблеска здравого смысла…
Ярость, звеневшая в голосе подселенца, откровенно забавляла. Приятное разнообразие, учитывая приевшийся снисходительный тон, которым обычно произносились подобные фразы в мою сторону.
— Не отвлекайся.
Альд не ответил ничего. Коротко прошипев какое-то заклинание, он резко развел руки в стороны и просто разорвал мертваря на куски. В буквальном смысле. Облепленные наполовину разложившимися останками кости разлетелись в стороны на расстояние в несколько шагов. Видимо, примерно то же произошло на той поляне, только в чуть большем масштабе. Казалось, это случилось так давно…
Подселенец вытянул левую руку вперед — и в мою скелетированную ладонь лег кусок черепа мертваря. За моей спиной взревело и затрещало магическое пламя, но Альд не обратил на это внимание: чуть склонив голову, он до хруста сжал в кулаке почти чистую кость зомби-некромага.
— Эй, ты бы хоть мои кости поберег-то, а?!
Ответа я не удостоилась. От моих ног по поляне пронеслась знакомая зеленая волна, после чего подселенец отбросил кость в сторону. Мертварь больше не был опасен.
— Надеюсь, теперь ты довольна, — голос Альда звучал холодно и отстраненно.
Я ощутила нарастающее чувство, обычно сопровождавшее возвращение контроля. Что-то вроде царапания изнутри грудной клетки.
Нет-нет-нет, еще рано. По крайней мере, кто же мне запретит попытаться?
Распаляя поутихшую было злость, я мысленно перебрала все те обидные моменты, когда удостаивалась язвительных комментариев Альда по причине неопытности и недостатка знаний. Помогло. Царапание утихло, а до меня донесся отголосок эмоции. Удивление пополам с раздражением.
Замечательно.
Теперь главное — не рассыпаться, а то подселенец что-то там бурчал о перегрузке до этого. Но то ли Альд приспособился, то ли мое тело действительно обретало все большую устойчивость перед возрастающим потоком энергии — в любом случае, результат был налицо. Увлеченная размышлениями, я снова не сразу обратила внимание на то, что происходило вокруг. А когда обратила — стало страшно.
Линс лежала на плоском камне, а умерец, стоя на коленях, свернулся в обугленный клубок на земле в паре шагов от волшебницы. Альд поднялся в воздух — невысоко, кстати — и первым делом направился к Руту. Умерец был упокоен. Видимо, его задело заклинание подселенца, когда тот упокаивал мертваря. Что ж, одним махом…
— Будет забавно, если волшебница его испепелила, — мрачно сообщил Альд.
Впрочем, все оказалось не настолько плохо — это обнаружилось, стоило перевернуть Рута на бок. Сквозь трещины на обугленной коже рук и живота сочилась черная вязкая жидкость. Наверное, то и была кровь. По крайней мере, мне хотелось на это надеяться.
Подселенец осторожно коснулся этой застывающей жижи, растер вязкую каплю между костяными пальцами. Его — мои — руки подрагивали.
— Прости меня, Рут… — едва слышно прошелестел он.
Уловив отголосок вины, мне удалось оставить при себе комментарий относительно того, что умерцу уже все равно. В конце концов, кто не так давно просил прощения у покойного Тида, точно так же зная, что это бессмысленно?..
— Склянка для крови — у Линс, — вместо этого подсказала я.
— Да, верно, — отстраненно отозвался Альд, переключив свое внимание на волшебницу. — Нужно возвращаться как можно быстрее, ей совсем нехорошо, — заметил подселенец, безошибочно определяя карман, в котором лежала нужная склянка. Я этого, например, вообще не помнила, хоть Линс и прятала ее на моих глазах.
А еще он предусмотрительно достал последний кристалл телепортации. С точкой выхода во дворе крепости, насколько я помню.
— Чтобы она стерла с лица болот все в округе? — плохая шутка, но уж какая есть.
— Как раз там эта вероятность меньше всего.
С этими словами Альд сломал кристалл и отбросил его в сторону. И, пока открывался портал, откупорил склянку и прижал ее горлышко к самой крупной трещине на теле умерца. Кровь сочилась прямо-таки издевательски неторопливо, но портал открывался еще медленнее. С горем пополам набрав половину склянки, подселенец плотно закупорил ее и отправил в поясную сумку. А затем направился к волшебнице.
— Это с ней из-за переутомления? — осторожно поинтересовалась я.
— Ее состояние? Скорее всего. Возможно, умеренная энергетическая подпитка приведет ее в сознание, но сейчас могу сказать, что она доколдовалась до внутренних повреждений. Судя по тому, насколько побледнела кожа… И сейчас ни ты, ни я не в силах ей помочь. Не то время и не то место.
Подселенец держал Линс в поле зрения. Имея возможность внимательно рассмотреть волшебницу, я вдруг поймала себя на мысли, что сейчас она со своими рыжими волосами похожа не на воплощенное пламя, а на снег или лед вокруг едва тлеющего костра. Не удивилась бы, окажись она даже на ощупь холодной. Но этого я проверить в любом случае не могла, даже несмотря на то, что Альд поднял ее на руки. Просто так, без какой-либо магии.
— Может, ты все-таки заберешь обратно контроль над своим телом?
Тон подселенца казался таким же холодным, как и неподвижное тело волшебницы в его — моих — скелетированных руках.
— А зачем? Меня все устраивает. Ты отлично справляешься, — не скрывая издевки, ответила я. — Мо-ло-дец.
— Когда-то ты жалела о том, что я дал тебе посмертие в форме лича, — задумчиво протянул Альд. — Знаешь… Кажется, я уже почти согласен с тобой.
С этими словами подселенец направил мое тело с Линс на руках в воронку портала.
Глава 6. Свои все дома
Больше всего я боялась, что по выходу из портала — или даже в процессе телепортации — мое тело просто рассыпется. Похоже, подселенцу в нем приходилось совсем несладко — помимо отголоска тревоги, я уловила еще и крайне неприятные, хоть и приглушенные ощущения в области грудины и темени. Будто кто-то невидимый непрерывно давил на них, медленно, но верно проминая кости внутрь.