Страница 5 из 11
А ещё все трое в моём восприятии полыхали алым. Не так ярко, как Тириан, но это определённо была не четвёртая ступень.
— Похоже, я опоздал, — ничуть не выглядя расстроенным, произнёс герцог.
— Нет-нет, — покачал я головой, вставая в боксёрскую стойку напротив одного одарённого четвёртой и трёх — пятой ступени. — Я как раз хотел размяться.
Глава 3
Глядеть на людей настолько сверху-вниз было крайне непривычно. Однако стоило привыкать. Похоже, теперь это будет для обычным.
Физиологически, насколько я мог почувствовать, я не слишком изменился. Похоже, с точки зрения именно перестройки организма я достиг максимума. Стали чуть длиннее когти, во рту теперь было не по три пары клыков с каждой стороны, а по четыре, кожа ещё больше потемнела и огрубела — но и только.
Главным изменением на этот раз стал именно размер. Пока я мучился от полыхающей агонии СИЛЫ, это было совершенно не тем, на чём в первую очередь фокусировалось внимание. Но теперь, отойдя более-менее от этой боли и встретив кого-то, с кем я мог себя визуально сравнить, разница сразу бросилась в глаза.
Герцог Макторн был довольно высоким и могучим мужчиной. Когда мы с ним впервые встретились, он был лишь на пару сантиметров меня ниже, к тому же заметно грузнее и шире в плечах. Теперь я возвышался над ним где-то на полметра, а уж про троицу пятых ступеней, самой крупной в которой была именно женщина, и говорить не стоило.
По сравнению с ними я был будто взрослый перед детьми. Вот только разница была в том, что эти дети были вовсе не беззащитны. Пятая ступень — максимум в Тхалсе. Официально одарённые этого уровня были только у королевской семьи. Неофициально, возможно, у княжеских семей имелись подобные резервы.
Но чтобы у герцогского клана пятых ступеней было сразу трое? Тут даже без моего чутья на поглотителей можно было сказать, что без неких подозрительных махинаций не обошлось.
Тем не менее, махинации или нет, ауры пятых ступеней были совершенно реальными. И, что было особенно важно, я это видел просто по тому, как двигались эти трое, они все действительно были одарёнными физического типа. К тому же ни у одного из троицы не было при себе оружия.
Так что меня ждало не какое-то фаершоу и не буйство флоры, а старый-добрый классический мордобой. Разве что где-то на сотню уровней превосходящий любые боксёрские матчи и клетки ММА.
Я ощутил, как по хребту от копчика до затылка прошлась волна мурашек. Но не от злости и, разумеется, не от страха. От предвкушения. Как же мне этого не хватало, вот правда.
В этом мире я, если так вспомнить, ещё ни разу не сражался ни с кем просто на кулаках. Разнообразная магия и бои с использованием оружия — сколько угодно, на любой вкус и цвет. Но вот так, максимально брутально и сурово, месить друг другу лица? Не было такого ни разу. Я даже успел подзабыть это ощущение.
А потому, хотя на кону сейчас стояла моя жизнь и момент был совершенно не для шуток, я не смог сдержать выползшую на лицо ухмылку. Кулаки реально чесались поскорее начать драться. Но до тех пор была ещё одна вещь.
— Прежде чем мы начнём, — произнёс я, глядя на Макторна. — Что с остальными бойцами Тхалса?
— Мертвы, — ничуть не смутившись, ответил герцог. — Как и все оставшиеся одарённые моего клана.
Я поднял бровь.
— Не понял?
Макторн тяжело вздохнул.
— Давай сделаем так, господин ночной убийца. Если ты победишь их — я расскажу тебе. Всё равно тогда в утаивании больше не будет смысла.
— Интересно, — хмыкнул я. — Идёт, я согласен. Правда за победу.
— Правда за победу.
Герцог кивнул и в то же мгновение три силуэта одарённых пятой ступени сорвались с места, подняв за собой облачка пыли. Юноша устремился в лобовую атаку, а женщина и старик начали заходить с двух сторон, беря меня в клещи.
По опыту, когда тебя окружали противники, лучшим выходом было перехватить инициативу и сделать так, чтобы они были вынуждены изменить тактику и сражаться по очереди. Оптимальный способ достижения этого — отступление в какой-то узкий проход вроде дверей.
Вот только единственным таким проходом в подземелье была лестница, а на ней сражаться мне с моими новыми габаритами было бы слишком неудобно. Вторым же вариантом было перемещение в такую позицию, чтобы заходящие с разных сторон враги оказались выстроены в одну линию.
Таким образом можно было выиграть в лучше случае лишь несколько секунд, пока противники не перегруппируются. Но в бою даже секунда могла решить победу и поражение и пренебрегать не стоило ни одной из этих секунд.
Лёгким шагом, едва касаясь пола мысками, и при этом всё равно продавливая в каменном полу небольшие ямки, я двинулся чуть назад и влево. Так, чтобы в момент моего столкновения со стариком юноша оказался ровно между мной и женщиной.
Однако мой план провалился в первое же мгновение. Даже не перебрасываясь какими-либо знаками, парень и женщина изменили траектории движения, пытаясь взять меня в клещи уже вдвоём, а старику оставив роль приманки.
Их тренированность, сработанность и выучка стали очевидны. И также я понял, что продолжать попытки запутать троицу совершенно бессмысленно. Как бы я ни метался, они будут просто снова и снова также технично перегруппировываться и в конце концов добьются своего.
Хитрость не сработала. Оставалось действовать, опираясь на грубую мощь, которой после трёх поглощённых «сердец» Толстяка у меня было более чем достаточно. Не став останавливаться или метаться, я лишь ещё больше ускорился, налетев на старика всем своим теперь уже крайне немаленьким весом.
Сухонький дед доставал мне лишь до середины груди, так что классические панчи и хуки были не слишком удобны. Однако я не просто так занимался муай-тай и сават — французской разновидностью бокса, больше сфокусированной на ударах ногами.
Без сомнений, классический бокс я предпочитал больше и в своих навыках в нём был уверен больше. Но КМС всё-таки не дают за красивые глаза. Идеальный лоукик, с учётом разницы габаритов пришедшийся старику в район поясницы, отправил дедка в полёт.
Встреча щуплого тельца с бетоном сотрясла всё подземелье и выбила из стены целое облако каменной крошки и пыли. Вот только я совершенно точно не нанёс особого урона. В момент удара я ощутил, что старик успел выставить жёсткий блок, а столкновение с каменной стеной на нашем уровне силы тем более было совершенно безопасным.
Между тем юноша и женщина успешно зажали клещи. Он, подскочив в воздух, ногой, как и я, атаковал меня в голову. Она, в стиле, чем-то похожим на карате, с низкой широкой устойчивой стойкой ударила кулаком в бок. Уклониться после кика было крайне проблематично, и также невозможно было достаточно эффективно заблокировать оба удара.
Но, так как пропустить удар в голову было всё-таки хуже, чем в бок, я решил в первую очередь защитить именно её. Скрутив корпус, чтобы атака женщины получилась не прямой, а скользящей, я вскинул руки, левой закрываясь от удара ногой юноши, а правой — поддерживая левую.
Старик весил килограммов пятьдесят пять. Юноша — может быть шестьдесят пять. Женщина, высокая и мощная — в районе восьмидесяти. Я сейчас, с учётом роста и габаритов, весил в районе двух центнеров.
С учётом того, что в нормальном боксе даже разница в три-четыре килограмма могла оказать значительное влияние на результат матча, а представить честный бой между бойцами лёгкой и тяжёлой весовой категорий было нереально, моя победа могла показаться очевидной.
Вот только стандарты Земли не распространялись на мир богов и магии. Здесь не существовало такого понятия, как «весовая категория». Дар перекрывал всё.
В жёсткий блок у головы будто бы угодило пушечное ядро. В корпус, хотя удар и получился смазанным, и вовсе словно врезался стенобитный таран. И атака женщины была бы даже мощнее, если бы не оттолкнул её саму назад, от чего женщина даже качнулась, едва не потеряв равновесие.