Страница 24 из 27
«Синяя» линия, которую имел в виду Колин, представляла собой автоматизированную сборку универсальных геологоразведочных комплексов – или УГРК-200. Эдаких умных машин, что находили в заданном секторе на поверхности планеты элементы, заранее учтенные программой, вкапывались в грунт, после чего пробуривались внутрь породы, доставая наружу ценную руду. Их доставляли на место специальными транспортерами, а затем опускали в нужный квадрат. Люди следили за их продвижением через камеры, управляя на значительном расстоянии, а некоторые вещи эти аппараты делали и вовсе самостоятельно.
Чем-то они походили на гигантских механических червей, на которых почти не влияли метеорологические условия. И являлись незаменимыми в добыче ископаемых за периметром. Местные сотрудники в шутку называли эти машины «угрями», созвучно с их маркировкой и внешним видом.
Корпорация как раз недавно запустила в работу новую модификацию, ведь, несмотря на большие возможности, срок службы этих аппаратов из-за жестких условий их использования был довольно ограниченным. Постоянно требовалось обновление базы. А чтобы снабжать огромный город всем необходимым, таких вот «угрей» надо очень много.
Здесь собирали только каркасы, после чего их отправляли в емкости с жидкостью, там они обрабатывались специальными составами, предотвращающими коррозию и защищающими металл от всевозможных губительных воздействий. «Мозги» и прочее вставляли уже в другом цеху, где за процессом следили свои специалисты. В общем, весь третий производственный блок и представлял собой то, что было связано с работами за периметром, пусть большая часть сотрудников там ни разу и не побывала.
«Тревога! Тревога! Третий уровень опасности!» – прозвучал сигнал, не успела я войти в огромный цех, где чуть ли не над головой крутились многочисленные манипуляторы, а по линии медленно ехали полусобранные аппараты.
– Да что не так? – всполошилась я, бросившись по огороженной дорожке к мужчине, который в этот момент следил за процессом.
– О черт! Опять! – выскочил ко мне недоумевающий механик-оператор.
При мне подобное происходило впервые, потому я даже испугалась, когда что-то громко заскрежетало, а роботы один за другим начали останавливаться. Их механические руки складывались – срабатывали меры защиты. Это выглядело так, словно они умирали. И лишь работающие датчики подтверждали, что роботы просто переходят в другой режим. Машины будто жили собственной жизнью, совершенно не подчиняясь человеку.
Из-за одних встал и весь остальной процесс, вызвав цепную реакцию. Вопиющий случай растревожил всех, кто был причастен к сборке. Подобное для «Спектра» – не только потеря репутации, но и большой урон, даже я прекрасно это понимала. В иных случаях линию останавливали лишь для ревизии или замены оборудования, а процесс сборки шел круглые сутки.
На разбирательство ушло довольно много времени, чтобы запустить все заново, требовалась тщательная проверка. Я здорово перенервничала.
А потом меня вызвал к себе Ирвин Вейн.
К нему в кабинет я шла, как на заклание, чувствуя себя при этом совершенно беспомощной. Что я одна могла исправить в такой дурацкой ситуации, когда каждый последующий шаг в сборке зависит от предыдущих, а все настолько отлажено, что поначалу и не знаешь, к чему подступиться. Вряд ли я одна могла решить проблему. Но оказалось, Вейн считал иначе.
– Именно ты уходила последняя, после чего начались все проблемы! Ты сдавала все дежурному оператору, – расшумелся он, пытаясь сделать из меня виновницу. – Я так и знал, что тебя нельзя даже близко подпускать к важным механизмам! Стервик уже в курсе происходящего! Влетит всем лишь из-за тебя одной. Ты хоть понимаешь, во что может вылиться твоя безалаберность?
Я стояла перед Вейном, то краснея, то бледнея, и совершенно не понимала, почему он привязался ко мне, а не к тому же Брану. Хотя, возможно, Колину уже влетело раньше. Ирвина Вейна постоянно отвлекали звонками, а затем он продолжал меня отчитывать:
– Это вовсе не шутка! Четыре сбоя за два дня! Колин еще вчера вечером звонил и предупреждал, что возможны неприятности…
Что-то у меня в голове не складывалось. Колин ляпнул, что проторчал тут полдня, а Вейн утверждал, что лишь вчера получил предупреждение. Но я не приняла это во внимание, тем более спросить мне никто и не позволил.
Пригрозив напоследок увольнением, Вейн отправил меня к айтишникам с поручением, а сам пошел к Ремо Стервику, чтобы доложить о скором устранении неполадок. Хотя до нового запуска все решили еще раз проверить.
По дороге я опять думала, почему все так странно. Если виновата я, то именно меня должны были вызвать в выходной, чтобы все исправлять. И почему Колин не сразу доложил начальнику о проблеме? Неужели что-то скрывал?
Но на Вейна я обиделась окончательно. Похоже, он отлично понимал, что я здесь совершенно ни при чем, но специально выместил на мне свою злость. Потому как я женщина и вообще, по его мнению, не должна здесь находиться.
Как же мне хотелось доказать ему обратное! Но я еще не настолько хорошо вникла в детали процесса сборки, чтобы делать выводы о его работе.
И все же решила попытаться.
Выполнив задание Вейна, я первым делом отыскала контакт дежурного, о котором говорил мне Род. Я боялась, что он просто не ответит в свой выходной. Но тот, как ни странно, отозвался почти сразу.
Целый час ушел на то, чтобы выяснить последовательность поломок. И наконец-то я добилась того, чего и хотела – вышла на самую первую, о которой почему-то смолчал Колин, пусть сразу она и не казалась серьезной. Дальше сбой, судя по всему, пошел сам собой, ведь все было взаимосвязано.
Поблагодарив сотрудника, я отправилась в местный отдел охраны, чтобы попросить записи с камер видеонаблюдения. Пришлось сослаться на Вейна, хоть я и догадывалась, как мне влетит, если он об этом узнает. Скачать мне, правда, ничего не дали, но дежурный, приятный мужчина лет пятидесяти, позволил посмотреть необходимые записи в его присутствии.
Я боялась, что меня в любой момент выдернут, потому сильно торопилась, заостряя внимание лишь на важных деталях. Но не уходила, пока не добралась до места, где и случился самый первый сбой, повлекший все остальные. На диверсию это не слишком-то походило – больше на программную ошибку, в результате которой произошло неправильное распределение энергопотоков.
Программисты находились в другом отделе. Хорошо, что перед тем Вейн дал мне задание, как раз надо было сходить к ним, чтобы забрать результаты анализа данных.
Рабочий день постепенно подходил к концу, скоро предстояло лететь домой. Если приду к начальнику с пустыми руками, без доказательств, могу нарваться на еще одну отчитку, чего мне совсем не хотелось.
– Матео, ты не мог бы сбросить мне на рабочий компьютер показатели, которые использовали после перезапуска линии? – попросила айтишника, когда вновь до него добралась и мы оказались наедине.
– Тебе-то они зачем? Этим занимается Колин. Он как раз присылал мне на прошлой неделе все исходные данные.
– Хочу изучить нагрузки, чтобы понять, как и что здесь работает. Вейн считает, что я никогда не смогу в этом разобраться. А я не хочу выглядеть полным профаном в деле.
– Тебя-то оно и не касается. А у меня сейчас куча других дел. Ремо Стервик приказал запустить линию в тестовом режиме уже к концу смены.
– Ну, пожа-алуйста, найди немного времени, – протянула я, глупо улыбаясь.
– Если женщина говорит, что хочет заняться аналитикой, это звучит очень странно. Я предпочел бы заняться с тобой совершенно другими вещами. Как ты смотришь на то, чтобы встретиться после работы и посидеть вместе в баре?
– Даже не знаю, что тебе сказать. – Я слегка запнулась от неожиданного предложения, уставившись на Матео. В принципе, в его внешности не было ничего отталкивающего. Самый обычный парень стройного телосложения, на пару лет старше меня, и, судя по всему, неженатый. С длинными, завязанными в хвост волосами, голубыми глазами и серьгой в ухе. Но я понятия не имела, о чем общаться с ним вне работы, как-то общих интересов не наблюдалось.