Страница 16 из 27
– Да кругом. Вот, например… – Роана включила комм, быстро отыскав сайт.
И я уставилась на запись с Алексом, который действительно держал меня на руках, словно безвольную куклу. При этом с легким пренебрежением разглядывал мое лицо. От созерцания картины меня слегка заколотило.
– Там что, и имя мое есть?
– Ну да. Ты теперь звезда…
– О нет, только не это, – простонала я, схватившись руками за голову.
Репортеры даже данные обо мне выяснили, надеясь хайпануть на имени главы «Спектра». Мало других проблем! И как объяснять это Олли?
Весь день люди вокруг меня были в курсе, что новый босс корпорации соизволил спуститься с небес до простой смертной, спасая ее. Пусть они и не знали настоящей причины этого недоразумения. И Вейн тоже знал! Теперь я поняла, что означали слова «не хочу связываться с Торном». Какого кворха этот Алекс вообще решил тащить меня в медпункт на своих руках?! Мало у него подчиненных? Или это часть его плана?
– Каков он из себя? – хитро улыбнулась мне Роана.
– Такой же, как другие снобы неприкосновенные. Ничего особенного. Властный тип, который думает, что все ему что-то должны, – проворчала я, мечтая поскорее скрыться от вопросов приятельницы.
– Мне он показался таким милым. Он отличается от предыдущих глав. Есть в нем что-то особенное, – мечтательно сложила руки на груди Роана, совершенно не слушая, о чем я говорю. – Молодой, красивый и неженатый. Жаль, такой крутой мужик никогда не обратит на меня внимание. Порой мне кажется, что в магазин заглядывают одни извращенцы, а хозяин велел со всеми быть вежливой. Слова лишнего не скажи – сразу уволит.
О богатой фантазии некоторых ее клиентов я давно наслышана. Виртуальные партнерши востребованы ничуть не меньше, чем разукрашенные полуголые девицы на углу седьмой и десятой улиц, что собирались каждый вечер в ожидании улова. И бизнес по продаже устройств виртуальной реальности процветал, ведь там воплощались любые мечты, а люди могли делать то, чего лишены в обычной жизни. Летать в космос, участвовать в опасных приключениях. Развлекаться разными способами, прячась тем самым от настоящей реальности, в которой все было не так уж радужно.
Но хозяин магазина – тот еще жлоб, платит Роане сущие гроши, вынуждая работать по двенадцать часов в сутки. Ей можно только посочувствовать.
– Он совсем не милый. А в корпорации я работаю всего один день, – не стала уточнять подробности. – Ты бы шла уже домой, все равно сегодня тишина.
– Скоро пойду, только закончу с новым товаром, – вздохнула она.
Через несколько минут я оказалась в жилблоке, спрятавшись от всего мира в свою нору. Сняла надоевшие за день ботинки, куртку. Положила в мультиварку пакет с замороженным сайфеном. А сама потопала в душ, пока воду не отключили. Если я так каждый день стану добираться с работы и на работу, времени на себя вообще не хватит. Стоит подумать о жилье «повыше», если вдруг останусь в «Спектре», чего пока мне не слишком хотелось.
Церемония прощания с Кристианом Торном прошла довольно быстро. Присутствовали лишь основные члены правления, да еще Дэймон Фортем. Будить других глав «Спектра» не имело смысла.
Журналистов на сей раз почти и не звали, позволили сделать только краткую новость. Людям не стоило знать, как в действительности обстоят дела у неприкосновенных, потому мы с Дэймоном решили не заострять и дальше внимание на смерти бывшего главы корпорации.
Иных родственников, кроме отца, у меня не имелось. Мама умерла, когда я был совсем маленьким. Местное сопротивление устроило диверсию, подорвав ее мобиль. Вероятно, они хотели убить вовсе не ее, а Кристиана, но история об этом умалчивала. Братьев или сестер у меня никогда и не было.
Детство и юность я вообще плохо помнил. Лишь размытые фрагменты. Какие-то полеты за периметр, отдельные эпизоды, связанные с корпорацией или с отцом. Как утверждал Фортем, всему виной несчастный случай, что несколько лет назад произошел со мной на производстве, он и вызвал частичную амнезию. И я всегда подозревал, что это случилось по вине моего же папочки. Даже не знаю, почему так решил. Просто я действительно долгое время испытывал к нему неприязнь, хотя потом и привык к мысли, что нужно делать так, как велит родитель. Ведь я должен был занять его место.
Наверное, именно поэтому сейчас я не испытывал особой скорби, хоть и пытался внушить себе мысль о том, что мне его жаль.
Нет. Жаль мне его точно не было. Он был тем еще деспотом!
Напротив, когда первый шок прошел, я понял, что мне стало гораздо легче. Его навязчивое присутствие в моей жизни всегда напрягало. Теперь же, когда я получил все то, чем владел он, смогу решать проблемы лично.
У меня есть целый год, чтобы стать настоящим главой «Спектра» и не подвести корпорацию, без которой все жители планеты просто вымрут.
Ненадолго я позабыл о девице, над которой слегка подшутил вечером, изменив правила парковки около здания корпорации. Конечно, я сделал это лишь для того, чтобы вывести ее на эмоции, вызвать их всплеск. Думал, она расколется и наконец-то я смогу ее почувствовать, как и других людей. Но ничего не вышло.
Она по-прежнему оставалась закрытой.
Ни ярости, ни страха я так и не почувствовал, зато вновь пришло облегчение, словно сбросил все накопленные за день чужие эмоции.
Оплатив ее штрафы в качестве компенсации, я решил, что на этой Левант вообще не стоит заострять внимание. Она точно не в моем вкусе. Тощая, несдержанная на язык, совершенно невоспитанная. Дитя трущоб. Странно, что ее вообще приняли на работу.
Хотя ее голубые глаза… они все равно не выходили из головы. А в памяти настойчиво пыталась проявиться какая-то картинка…
Андреа спросила, не встречались ли мы раньше. Может, я где-то ее и видел? Сколько ей было, когда я отправился в капсулу? Восемнадцать?
Хм… Все равно невозможно! Я бы ее запомнил.
Кажется, я на ней слегка помешался. А мне это не нужно, особенно сейчас. Если она и правда чувствует мои эмоции, лучше держаться подальше.
Вместо этого стоит заняться чем-то приятным.
Ночная жизнь Пирамиды в моем распоряжении, вот и оторвусь на полную катушку, восполнив нехватку острых ощущений.
Несколько дней я проработала, пытаясь влиться в производственный процесс, но выходило пока не очень хорошо. У меня никак не получалось разобраться с новыми приборами и диагностическими устройствами. Потом еще и программа, которая управляла роботами, по моей вине слетела, и пришлось выяснять, что же я там начудила, срочно вызвав штатного айтишника.
Колин терпеливо объяснял все рабочие нюансы, но мне частенько казалось, что он делает это с насмешкой, хоть он и пытался ее скрывать. А после случая с системным сбоем Вейн так наорал, что я едва не оглохла, а затем сказал, если еще раз натворю подобное, он меня сразу уволит.
Я ходила понурая, сонная и злая, проклиная то мгновение, когда впервые ступила на территорию корпорации. Я совершенно не высыпалась, ведь тратила на поездки массу времени. Вставала рано утром и возвращалась ближе к ночи, не успевала толком поесть или прибраться дома.
Деньги предательски подходили к концу, ведь на верхнем уровне цены поистине космические, а я еще не получила аванс.
Можно было занять у Олли Райдера, но я не особо хотела к нему обращаться. Он звонил несколько раз, спрашивал, как идут дела, но по комму не обсуждал со мной будущее задание. А я сама предпочитала не нарываться на неприятности.
В последний день рабочей декады я забрела к Нику, попросив сделать кофе. А сама, оперевшись локтями на барную стойку, обняла голову ладонями, едва не засыпая от усталости и вообще не обращая внимания на посетителей.
– Что с тобой? Совсем к нам не заходишь, тебя давно не видно, – обеспокоенно спросил Ник, заправляя аппарат.
– Я устроилась на работу на верхнем уровне, – с трудом подняла я голову, удивившись, что Ник еще не в курсе происходящего.