Страница 5 из 75
— Тогда что?
— А ты подумай, — в голосе Альда я услышала подзабытое было высокомерие. — Иногда у тебя это даже получается.
А что тут было думать? Ответ напрашивался сам собой. И от него почему-то становилось горько. Конечно, я не надеялась на полное доверие ко мне с первого же дня, но… Это недоверие задевало, хоть умом я и понимала причину и соглашалась с его обоснованием.
— Думаешь, очередная проверка?
— Скорее крючок. Вдруг ты выдашь себя чрезмерной осведомленностью, странной для непонятно откуда взявшегося лича.
— То есть тетушка Сади на стороне рода Тар.
Эта мысль была утверждением, но Альд воспринял ее, как вопрос.
— Вряд ли. Если она действительно пыталась тебя поддеть, то скорее ради безопасности рода Суар. Потому что если у тебя… хм… богатое прошлое, и об этом узнают те, кому не следует — выйдет боком всей твоей новой родне. Возможно, во время принятия в семью она что-то уловила…
От мысли о том, что могла уловить или заподозрить тетушка Сади, мне стало не по себе. И если так, то что делать? Я снова не задавала этот вопрос напрямую, но подселенец пробормотал что-то на священном языке. Причем, судя по всколыхнувшимся в тот момент эмоциям Альда, это что-то было не слишком цензурным. Ну или, как минимум, ругательным.
— Что? — пришлось переспросить.
— Не важно. Размышление вслух, отрезал подселенец. — В любом случае, сейчас на ситуацию повлиять мы не можем, а у тебя есть занятие поважнее, чем впадать в панику от собственного бессилия.
— Ты о чем?
— О платье и венке.
— Кста-а-ати… — протянула я. Альд настолько мастерски переключился на обсуждение семейных дел, что мне даже не сразу удалось вспомнить, с чего этот разговор начался. — Так в чем состоит ответственность тени?
— Во многом. Ты должна сопровождать невесту повсюду, как настоящая тень.
— Это я понимаю, но… В чем опасность?
— В том, что у древнего рода Суар могут быть враги. А учитывая природу Линс… Можешь себе представить, что будет, если с ней что-нибудь случится.
Ну да, маги огня — единственные, кто после смерти не становится зомби. Они просто взрываются и испепеляют все вокруг себя.
И вот теперь мне стало по-настоящему жутко.
— Получается, тетушка Сади подозревает, что Линс могут убить?
— Подозревает или нет — не знаю, но мне кажется, что попытка покушения вполне возможна. Линс, конечно, может дать отпор, но если это будет ловушка или яд, или еще что-то… скрытное…
На меня обрушилось полное понимание того, какое веселое времяпрепровождение завтра предстоит. Праздник, да, конечно. Учитывая то, что приглашенные — наверняка сплошь маги, подвох может быть с любой стороны.
Интересно, как себя сейчас чувствует Линс? Подозревает ли что-то подобное? Обсуждал ли с ней это Мэб?
— В общем, завтра, да и в последующие дни нужно быть настороже. Я помогу, конечно, по возможности. Но, сама понимаешь, если придется действовать…
Подселенец не окончил фразу, но смысл ее был мне понятен. Если придется действовать, то рассчитывать только на свои силы. При таком скоплении народа Альду нельзя выдавать себя прямо-таки категорически. Да и в кругу семьи — тоже, пока не решится вопрос с доверием. А он может никогда не решиться.
— Ты так и будешь торчать посреди комнаты с платьем в руках? — ехидно поинтересовался подселенец. — Может, все-таки примеришь?
Опомнившись, я подлетела к кровати и расправила платье на ней. Кости Суртаза, и это кто-то говорил о приличной одежде…
— Она говорила не о приличной, а о недопустимости повседневной, — тут же исправил меня Альд, судя по тону, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. — А такое… уж точно повседневным не назовешь. Но думаю, твоя тетушка не ошиблась, платье действительно должно быть тебе впору.
Но стоило мне коснуться верхней пуговицы своей рубахи, чтобы начать ее расстегивать, как раздался стук в дверь. Ну кто там опять?..
— Госпожа Шиз, — раздался голос по ту сторону притворенной створки, — я принес все необходимое для венка.
Точно… Я уже и забыла, что мне венок плести.
— Войди.
Дверь открылась, и в комнату вошел Рил с продолговатой коробкой в руках. Мое привычное любопытство робко шевельнулось в груди от непонимания, что такое длинное может находиться внутри, но тревога и настороженность быстро погасили едва зародившееся чувство. Почтительно склонив голову, слуга прошел мимо меня и поставил коробку на письменный стол.
— Вам понадобится помощь? — спросил он, продолжая смотреть в пол.
— Не думаю. Можешь идти.
Не проронив больше ни слова, мужчина вышел и с тихим щелчком притворил за собой дверь. Я осталась с коробкой наедине. Протянув было руку — тут же отдернула ее. Нужно сначала проверить на наличие ловушек.
— Молодец, — хмыкнул Альд, — а то я все гадал, додумаешься или нет.
Ну как обычно — вроде и похвалил, а вроде бы и нет. Уже даже не обидно, между прочим. Пожав плечами, я настроила зрение на просмотр ауры. Коробка выглядела совершенно обычной. Либо не зачарована, либо зачарована настолько мастерски, что я просто не способна этого видеть в силу недостаточной опытности.
— Вроде бы ничего, — задумчиво проговорил подселенец. — В принципе, и не должно быть, но привычка проверять незнакомые… да и знакомые вещи — однажды может спасти тебе жизнь.
Под поучительное бормотание Альда я поддела пальцем крышку. Она оказалась деревянной, довольно увесистой и обитой слегка переливающейся бархатной тканью цвета темного серебра не столько снаружи, но и внутри. Красиво. Но любоваться было некогда, и я поспешила заглянуть внутрь коробки.
Содержимое оказалось неожиданно банальным: несколько гибких прутьев, две длинных ленты — узкая и широкая, в тон тем, что я уже видела на платье… И цветы. Десяток длинных стеблей, увенчанных пышными пучками темно-красных лепестков — раскрытыми к краю и собранными в тугие цветочные головки ближе к середине. Не знаю, откуда были взяты цветы, но они выглядели удивительно свежими для ранней весны.
— Это розы, — в голосе подселенца мне послышалось удивление. И даже нотка уважения, что ли. — В нашем мире они не растут… Не росли, по крайней мере, в мое время. Розы выращивали в соседнем мире, и прежде, чем попасть к нам, их провозили по всему Кольцу. А так как силы торговцев уходили на поддержание свежести цветов, мало кто решался сокращать путь через Срединный мир.