Страница 43 из 52
— У Кузнецов хорошее вооружение, да и сами они бойцы неплохие. Будет очень сложно захватить их базу нашими силами. Хотя, если привлечь силы Гремучего, то можно попробовать.
— Нам и не нужно брать их базу сразу. Достаточно будет пленника, допросим его, узнаем, приходил ли кто-то на базу. Если Пятая там, то потребуем ее выдать, если откажутся, то возьмем их в блокаду. Начнут с голоду дохнуть, сами выдадут ее.
— А мы? У нас тоже не много припасов.
— А мы будем есть то, что нам любезно привезли с фермы наши молчаливые друзья.
Первый наконец заметил, что стоит в луже крови, брезгливо сморщил губы, после чего сделал шаг вперед и вытер ботинки об лежащее тело Фреда.
— Собирай людей, Третий, выдвигаемся. Гремучий через пару часов будет у базы Привратника, даже если мы ошиблись, Пятой не выскочить из зоны.
— Она может выбрать другой путь. Она знает зону.
— Нет, не выйдет. Гремучий запустил весть всем бандам зоны, что на выход идет девка с богатым приданным. Ее сейчас будут ловить все, единственный выход это через Привратника.
— Понял. Выдвигаемся, парни!
Отряд быстро собрался, после чего покинул платформу, скрывшись в коридоре. Я повернулся к Пятой, лицо у нее было немного встревоженное и задумчивое. Заметив, что я смотрю на нее, она поджала губы, после чего указала на платформу рукой.
— Я не хотела этого…я думала, что выйдет без лишней крови, что мы просто уйдем и все…
— Не думаю, что ты виновата, Первый спокойно мог их не убивать, а просто захватить.
— Но остальные…я не ожидала, что они способны, так просто убивать невиновных не в чем людей.
— Мы не знаем, что пообещал им Первый или чем пригрозил. Ты же говорила, что они рабы, разве у них есть выбор? Может и был, они его сделали, выбор был у тебя, ты его тоже сделала. Во всяком случае, у нас сейчас не то время, чтобы копаться в себе. Нам нужно уходить, иначе, мы повторим судьбу этих бедолаг.
Я кивнул в сторону лежавших на платформе тел. В принципе, я не сомневался в моральных качествах Первого с той минуты, когда он предложил поработать «консервой», ставя перед выбором, либо умереть где-то в аномалии или от монстра в отряде, либо без отряда. А теперь пришло понимание, что меня бы не оставили в живых, просто убрали бы, как не нужного свидетеля и что самое было главное, что такой приказ могла бы получить именно Пятая…
Пятая повернула голову, на несколько секунд задумалась, после чего громко вздохнув поднялась на ноги. Я тоже поднялся и принялся собирать свои вещи. Сборы не заняли у нас много времени, попутно мы успели обсудить наши планы.
— Что Первый имел ввиду, что нам не выйдет пройти другим путем, кроме как через Привратника, эта правда?
— И да, и нет. Как бы он не хотел, но проходов все равно много, пусть даже они крайне неудобные или опасные. Но вот то, что все банды зоны сейчас бросятся на наш поиск, это плохо. Не думаю, что они полезут в горячие точки, но все легкие пути нам перекроют, это точно. Нам остается только идти через Привратника.
— А мы успеем?
— Пешком нет, но у нас есть транспорт. Воспользуемся поездом фермеров, им он уже не к чему, а вот нам пригодиться. Успеем раньше, чем Гремучий и его шайка, да и Первому придется пешком нас догонять.
Мы вышли из комнаты и Пятая закрыла вход. Стена вновь стала цельной, будто и не было никого прохода, а мы направились к составу. Лужа крови растеклась по платформе и тут я увидел, что уходивший отряд прошел по ней, не особо заморачиваясь. Кровавые отпечатки подошв четко впечатались в плитку, придав общей жуткой картине еще большего мрака. Мой взгляд упал на убитую девушку, после чего ее образ надолго засел у меня в голове. Вблизи она оказалась еще моложе, чем я предположил ранее. Вид у нее был ухоженный и она явно не походила на работницу с фермы. Впрочем, парень рядом с ней, тоже не был похож на того, кто целыми днями торчит в поле.
Мы подошли ближе, обойдя лужу крови стороной. Пятая провела прибором над погибшими, после чего указала мне на них рукой.
— Подбери себе бронежилет и каску, им они больше не пригодятся.
Мысль о том, что нужно что-то снять с убитых, не вызвала у меня отторжения, хотя и удовольствия не доставила. Во всяком случае, в моей памяти еще свежо было воспоминание о той ране, что нанес мне Суета, а ведь будь на мне бронежилет в тот момент, то все бы пошло по другому. Я наклонился к парню, по комплекции, он был мне ближе всего. Снять бронежилет оказалось довольно непростой задачей, а потому мне на помощь поспешила Пятая. Мы стянули бронежилет, после чего я надел его на себя и принялся подгонять лямки.
А вот каски парня и Фреда, мне не подошли, оказались слишком маленькими. Я хотел пройти к другим телам, но Пятая стянула каску с девушки и протянула ее мне. Волосы девушки, до этого спрятанные под каской, рассыпались по полу, где тут же перепачкались в крови. Светлые от природы, они тут же приняли бурый оттенок, а я поспешил отвести взгляд на каску. На ней я заметил небольшой рисунок в виде котенка, который играл со своим хвостом. Вздохнув, я примерил каску, она оказалась мне в пору, после чего я поспешил за Пятой, которая уже направлялась к дрезине.
— А ты знаешь, все убитые не настоящие люди. Я быстро проверила их, пока ты бронежилет примерял.
— Что это значит?
— Нуу, даже не знаю, как тебе объяснить. Там долгая и скучная история была, я половину лекции проспала, меня в основном техническая сторона интересовала. У каждого настоящего человека, есть аура. Там смесь различных полей, которые образуются вокруг человека. В общем, если воспользоваться мультиспектром, то можно увидеть, если у человека аура или нет. Так вот, у никого из них, такой ауры не было.
— А у нас она есть, получается?
— Да, у любого, кто проснулся однажды в незнакомом для себя месте с полным провалом в памяти, она есть.
— Так может, это мы ненастоящие? А вот все остальные настоящие?
— Нее, они именно что ненастоящие. Долго рассказывать, расскажу все позже, а сейчас, полезай в башню и займи место у пулемета. Только не допускай ошибки прошлого стрелка, сиди в башне, пока до безопасного места не доберемся.
— А ты?
— А я буду рулить.
— Ты умеешь?
— Думаю, что там не так сложно. Кстати, вот, держи. Рации фермеров, пригодятся в дороге, чтобы мы могли переговариваться.
Пятая протянула мне переносную рацию, затем запрыгнула на дрезину, после чего подняла борт, и склонилась над двигателем, соображая, как его завести. Я быстро закрыл остальные борты, оттащил трап в сторону и закрыл дверь вагона. Он был целиком забит ящиками, в которых я успел заметить различные продукты, вроде картошки и свеклы. Затем я быстро взобрался на крышу вагона, зашел внутрь башни и закрыл дверь. Внизу заревел двигатель, я выглянул в бойницу и увидел, как Пятая рассматривает рычаги управления дрезиной. Она потянула один из них вперед, отчего состав резко дернулся, от неожиданности я налетел ребрами на пулемет, но бронежилет смягчил удар.
Состав принялся набирать скорость, видимо управление дрезиной оказалось не сложным. А вот мне пришлось некоторое время повозиться, прежде чем я понял, как управлять башней и пулеметом. Для поворота башни, нужно было сидя в кресле стрелка, нажимать на две педали, расположенные под сидением, а вот направление самого пулемета, регулировалось двумя рукоятями. Я немного потренировался, вращая башню в разные стороны, а потом некоторое время учился быстро менять направление пулемета.
Мелькнула мысль о том, чтобы сделать пару пробных выстрелов, но я решил не тратить патроны попусту. Лишь проверил наличие патронов в лентах, а затем перезарядил самостоятельно. Обзор из башни был хороший, как и сектор обстрела, а сама башня была хорошо укреплена. Я вновь подумал о том, что останься бы стрелок в башне, то отряд бы Первого не смог бы так спокойно атаковать фермеров.
Впрочем, я отбросил все посторонние мысли и сосредоточился на дороге. На дрезине было установлено два мощных прожектора, один был основной, а второй являлся запасным. Света от одного прожектора вполне хватало, чтобы освещать туннель, а потому мне не приходилось вглядываться в темноту, ожидая, пока оттуда появятся монстры или люди. Внезапно со всех сторон вспыхнул свет, это мы выехали на станцию. На платформе обнаружились люди, я успел заметить около десятка вооруженных людей, они явно не ожидали нашего появления, отчего замерли и с некоторой растерянностью уставились на нас.