Страница 9 из 134
— Я плыл по реке, и на меня кто-то напал. Ты сейчас видишь не только мои раны — ты видишь его жизнь. Но на хвост не хватило. Поэтому от него стоит избавиться. Твои лекари смогут с этим справится?
— Вряд ли наши лекари способны на подобное. Но такое может ноо́крус, древнейший.
— Тогда пусть готовится. То, что он отрубит — это плата. Я обменяю отрубленную часть на укрытие, животных и лечение. Когда всё будет закончено, и я поправлюсь — мы вернёмся к разговору про сделку и кровь.
— Сколько нужно животных?
— Пока кровь не остановится, и рана не затянется так же, как и остальные.
— Неужели жизненных сил в напавшем на тебя разумном было так много, что позволило излечить твои раны и закрыть их тонкой просвечивающей кожей?
— Я не считал время, пока пользовался его жизнью, но он долго сопротивлялся.
Орк замер и полминуты изображал из себя едва заметно раскачивающегося истукана.
— Мы согласны на эти условия. Сначала мы притащим тебя в шатёр и избавим тебя от гнилостной части. Пожалуйста, древнейший, поверь, — орк встал и показал на силуэты позади него, — на тебя никто не нападёт.
— Я сам, — сказал я, когда орки пододвинули волокушу и упёрлись мне в бока. Эти уроды хотели меня перевернуть подобно разрубленной пополам свиной туше. Но я живой, я не позволю обращаться со мной как с куском мяса. Даже если они считают меня ходячим донором крови — плевать на них всех! Я излечусь и… Не знаю, что потом, но я должен отыскать сестрёнку и маму. Я обязан это сделать. И Изулиса, она же ждёт нас на острове! Как же удачно она рассказала про его расположение. Лог…
Я практически в двух сотнях километров от водопада, до дома слишком далеко, да и прошло уже не меньше трёх дней. Это плохо. Я даже не знаю… Отставить пессимизм! У меня нет права на отчаянье: нужно быть сильным и верить, что всё будет хорошо. А оно обязательно будет, ведь я жив.
Вскоре волокушу развернули и задом затащили в просторное помещение, я смог бы в нём развернуться, даже когда был целым. Тем более сейчас, с гнилым обрубком вместо хвоста.
Началась суета. Пока я располагался на земле, в палатку затащили какую-то деревяшку: большую, круглую, плоскую, подобную головке сыра. С углублением в центре. Деревяшку расположили под хвостом.
Меня пробил озноб.
Меня же сейчас на куски рубить будут! Твари. Каждый из вас, каждая скотина. Убью! Я оправлюсь и уничтожу вас всех. Убью, всех и каждого. Мой бедный хвостик, мои лапы, крылья, морда — вы ответите за всё! За то, что напали на мою семью. На мою маму. На мою сестру. Всех уничтожу!
— Маа́с ну коолту́н, — сказал какой-то орк.
— Мыслеречью говори! — я пробился ему в сознание.
— Всё… — орк запнулся. Это был вождь. — Всё готово, древнейший. Наш воин ждёт, как и ожидают животные. И наши лекари.
Рядом с хвостиком стояло серо-зелёное чудовище в два с половиной метра ростом. В руках оно держало что-то длинное, широкое и с металлическим отблеском.
Я плохо видел и не мог сказать, где точно заканчивается заражённая область. По ощущениям осталось примерно метра полтора от хвоста, но это слишком оптимистично. Скорее всего, чуть больше метра. Придётся рубить по максимуму.
Снаружи что-то заблеяло. Сложно сказать, что именно, ведь в последний раз я слышал звуки одомашненных животных ещё в прошлом мире. Но это, скорее всего, козы. Орки — они как кочевники, а значит козы предпочтительней для разведения на равнинах. Хотя и бараны…
Да к чёрту того, кто там стоит и блеет. Хватит думать о чепухе и оттягивать неизбежное. Надо быть сильным. И гордым. Мама просила не позволять страху захватывать сознание, и я послушаюсь её.
— Приведите одно животное сюда, я воспользуюсь им сразу. А сейчас пусть покажет, — я кивнул в сторону орка с мечом, — где будет рубить.
В полной тишине орк поднял меч и медленно опустил его практически в конец хвоста. Я чуть не кинулся на этого урода.
— Дальше.
— Древне…
— Дальше! Если отрезать там, то я умру раньше, чем остановится кровь. Дальше!
Вождь ничего не сказал, но орк передвинул меч. Теперь останется сантиметров двадцать. Уже неплохо. Но я уверен — они хотят себе как можно больше, ибо эти твари жадные. Каждый разумный жаден, он всегда забирает больше, чем ему причитается.
— Дальше.
— Древне…
— Дальше! Если отрубить здесь, то я не смогу ходить.
Повисла пауза. Тишина. Молчание. Никто не двинулся. Лишь спустя секунд пять орк с мечом наконец передвинул лезвие дальше. Теперь было практически сорок сантиметров. Прекрасно.
Эта пауза — она сказал мне многое. Слишком многое.
Орки даже не думали о том, что я смогу уйти отсюда. Они с самого начала планировали использовать меня как вечного донора крови, не отпускать, держать в заточении и доить подобно корове: каждый день, неделю, месяц. Пока из коровы я не превращусь в забойную свинью.
— Дальше.
— Нет возможности, древнейший, — резко парировал вождь. — Если отодвинуть меч дальше, то мы оставим затронутую гниением часть.
— Понятно. Где животное?
В шатёр завели козу, подведя практически вплотную. Всё готово.
— Действуй, орк, — я вгляделся в размытый силуэт вождя.
— Орк, это название используют другие разумные. Оно не наше. Мы дети первородных Почтенных Зверей, что назвали себя Мкаату́х. Имя нам — накту́ук ну са́ак Мкаа́тух. Мы — народ Суттаа́к. Ты должен это знать, древнейший.
— Мне привычней называть вас орками. Действуй!
Какие-то народы, какие-то дети — к чему это всё? Незачем тратить время на не нужную чушь. Потом может прийти и рассказать ламповые истории про зверюшек и другую антинауч…
Позади меня раздался свист от рассекаемого воздуха.
Вспышка в сознании.
Белый цвет перед глазами.
В ушах что-то звенит.
Что происходит? Где я? Что это? Что это за чувство? Перекрывает звон, заставляет белую пелену разума отступить. Вернуться к тому, что было.
Я напрягся всем телом, каждая мышца превратилась в камень. Лишь бы удержать крик. Эти твари не услышат, как я кричу от боли.
Сквозь пелену разглядел козу и схватил её зубами.
Активировано умение «Магическое исцеление»
Жизни козы медленно перетекали ко мне. Они не остановят кровотечение, но животные нужны для другого. Лог.
Жизнь: 2100/3360
(урон здоровью: 25 единиц в секунду)
Выносливость: 251/3360