Страница 64 из 109
А если наложить на это деградацию «Магической стрелы», то всё встанет на свои места. С каждым циклом стрела наносит всё меньше и меньше урона. Сейчас сто урона, хотя до спячки было двести. Значит, в детстве она должна была наносить четыре сотни урона. Вот и объяснение, почему раньше не было проблем с охотой: у всех животных на нулевом грейде редко когда больше двух сотен жизней. Также это объясняет почему сейчас проблемы с охотой появились. А в финальном цикле стрела вообще будет наносить пятьдесят урона. Просто аховые перспективы.
— Сиал, а ты видел, что тётя принесла в коробке? — я погрузился в размышления и не заметил, как подошла сестра.
— Нет. Там что-то интересное?
— Там столько всего! — Калиса улеглась рядом и по привычке закинула хвост мне на спину. — Мешки, ящики и кувшины, как у мамы в пещерах. И даже что-то странное.
— Странное?
— Белый маленький кристалл на подставке! Мама сказала, что с его помощью можно узнать… Ой, — сестра не на шутку перепугалась. — Мама сказала, что можно узнать… сказала, знаешь… вот, узнать… погоду! Да, точно, погоду, не выходя из пещеры! Просто посмотришь на него, а он тебе скажет, что сейчас дождик на улице, или снег, или солнышко ярко светит.
— Калиса, что за ересь ты сейчас сказала?
— Ничего я не сказала! Я вообще ничего не говорила. Я молчала.
— А как же рассказ про кристалл?
— К-какой кристалл? — что-то, а вот актёрского мастерства у сестры не наблюдается от слова совсем. Чего стоит её дрожащий голос и бегающий взгляд кошки, пойманной на воровстве сметаны.
— Который мама тебе показала.
— Ничего она не показывала, и ничего не говорила!
— Калиса, хватит придуриваться. Рассказывай.
— Ничего я не скажу! — она отвернула мордашку, скрывая смущение. Но хватило и дёргающегося хвоста, который решительно настукивал мне по почкам.
— Ну хорошо, можешь не рассказывать.
— Ну вот и не расскажу! Хотя… Знаешь, я скажу.
— Наконец ты ведёшь себя как взрослый дракон. Говори, я весь во внимании.
— Я скажу, сейчас, — она привстала, решив принять позу поудобней.
— Ну?
— Ты мой самый любимый братик!
В который раз сестра преисполнилась чрезмерной гнусностью и подлостью. Радостно взвизгнув, она накинулась на меня, придавив к полу, лишила шанса к отступлению стала неугомонно тереться носом об мою голову.
— Калиса, отстань! — я попытался выбраться из-под внезапно привалившего счастья в виде пресса из тушки немаленького изумрудного дракончика.
— Нет! — сестра смеялась и перебирая в воздухе лапками.
— Чего ты как маленькая?
— Я большая! Это ты мой маленький братик!
Решив подтвердить свои слова, Калиса легонько цапнула меня за шею. Боли не было, она просто решила показать свои чувства через «кусь», но этого было достаточно — от неожиданности я чуть не заорал как маленькая девочка при виде любимого кумира.
— Калиса, не ешь меня! Я невкусный!
— Ещё какой вкусный, — она стала покусывать меня очень-очень быстро.
— Прекрати! Мне неприятно!
Я врал. Эти укусы ощущались как эдакий массаж и лёгкое почёсывание.
— А вот и не прекращу!
— Ах, так? Мама! Мама! Меня Калиса ест!
— Так нечестно!
— Дочь моя, — мама отозвалась в общем канале мыслеречи, — Сиалу ещё предстоит обучиться полёту. Оставь его в целости.
— Сиал врёт! Я не ем его, а грызу. За шею. Чуть-чуть и осторожно.
— Тогда продолжай, — мама легонько прыснула и замолчала.
Э? Это что за бунт на корабле? Что значит, продолжай? Её сына сейчас используют как подушку-обнимашку-зубыпочесушку, а она ухахатывается с этого? Нет, эту ситуацию на самотёк пускать нельзя. Девять из десяти драконов рекомендуют возглавить драконий прайд, иначе прайд возглавит тебя.
— Калиса, слезь.
— Нет!
— Или ты слезаешь, или я покусаю тебя за хвост!
— Ой, напугал. На, кусай.
Презрев всякую наглость, она чуть ли не щёлкнула мне по носу кончиком хвоста. Мне ничего не оставалось, как сделать «кусь» в отместку.
— Нет! — закричала Калиса. — Отпусти мой хвостик!
— А вот и не отпущу.
— Отпусти!
— Нет.
— Ах, так? Мама! Меня Сиал ест!
— Э-э?
— Сын мой, — маме едва сдерживала смех, — Калисе надо учиться полёту. Оставь её в целости.
— Я не ем всю сестру! Только хвост.
— Воздержись, ибо хвост важен для полёта.
— Даже кончик?
— Кончик? Тогда продолжай, — мама засмеялась, не сдержав в себе эмоции.
— Мама⁈ — сестра опешила от столь неожиданного предательства.
— Играйтесь, ибо время у вас ещё есть, Изулиса вернётся через неделю. А сейчас постарайтесь меня не отвлекать. Мне нужно заняться припасами.
Мама замолчала. Под конец её голос вновь стал строгим, но в нём отчётливо улавливались радостные нотки.
— Б-братик, отпусти. М-мне неприятно, — очень тихо и сдавленно произнесла сестра.
— Вот так неприятно? — я чуть-чуть прикусил самый кончик хвоста.
— Д-да!
— И даже так неприятно? — теперь я прикусил подальше от кончика.
— Т-так т-тоже!
— А так?
— Прекрати, щекотно! — сестра чуть не вырвалась. Но моя хватка оказалась сильней.
Что ж, я поздравляю себя с тем, что только что нашёл слабое место сестры. Настолько слабое, что теперь она как миленькая будет ходить по струнке на задних лапках с раскрытыми крылышками.
А сейчас, если сестрёнка не любит, когда её кусают за хвост — то, мои дальнейшие действия напрашиваются сами собой.
— Ты что делаешь? — взмолилась сестра, видя, как я опустил голову на лапы. Но её хвост свободу и не получил.
— А ты как думаешь? Отдыхать буду. И ты отдохни, а заодно можешь мне спинку почесать.
— Хвостик отпу…
Не дав ей договорить, я вновь сжал челюсти.
— Б-братик!