Страница 53 из 94
Глава 18
Глава 18
— Тшшшш! — вырывается пар из-под паровоза, когда я наконец ступаю на перрон столичного вокзала. Вокруг суета сует, торопливо семенят носильщики багажа, доносятся обрывки фраз, выхваченные ветром, из вагонов выходят пассажиры, их встречают на перроне, пожимают руки, обнимаются, тут же кричат мальчишки, разносящие газеты, горячие пирожки и сбитень, в воздухе стоит отчетливый запах не то дегтя, не то угольного дыма…
Я озираюсь по сторонам, понимая, что гвардии лейтенанта Уварова со всем его скарбом и домочадцами никто не ждет в столице. Кроме разве что столичного подразделения Службы Имперской Безопасности. Новенький мундир слегка жмет под мышками, но жаловаться не приходится, это просто чудо, что Пахом смог где-то выцыганить и мундир, и сапоги с шинелью, учитывая как все это добро «горит» на мне, плечом что-то задел и порвалось. А уж сапоги и вовсе…
— Ваше благородие — протискивается ко мне Пахом: — нам вон туда. В казармы…
— Вот еще — фыркает полковник Мещерская, которая становится рядом: — у меня есть квартирка в городе. Да, не особняк, но все же. Остатки родового имущества, не все отобрали… маленькая, правда, но все лучше чем в казарме, там и…
— Вовка! — на меня налетает белый вихрь и сметает, погребает под объятиями и поцелуями: — Вовка! Ах ты… приехал! Приехал! Как здорово! Дай на тебя посмотреть! Вырос! Какой красавец стал! — ослеплённый и ошеломлённый я пытаюсь выбраться из эпицентра объятий и поцелуев, но не тут-то было! Меня тискают и обнимают, щекочут и смеются в ухо.
— Вовка! Ты чего такой чугунный? Это же я, Гуля!
— Гуля?
— Ну! Вовка! Как я соскучилась! — вихрь наконец чуточку замедляется, и я могу рассмотреть, что это за стихийное бедствие. Как и положено любому урагану — это женщина. Вернее — молодая девушка. Смеющееся лицо, чуть полноватые губы растянуты в улыбке, темные глаза, черные как смоль волосы, алебастрово-белая кожа, воротник из песца, меховая шапочка…
— Царица небесная! — охает за спиной Пахом: — княжна Ай-Гуль! Никак сами решили Владимира Григорьевича встретить?
— Пахом! И ты тут! — улыбается Ай-Гуль, чуть отступив от меня: — как Сибирь? Не застудил себе спину? Не скучно ли там было?
— Дык разве ж с Владимиром Григорьевичем заскучаешь… — замечает тот, ломая в руках шапку и кланяясь в пояс: — Ваше Высочество.
— И то верно! — сверкает белозубой улыбкой княжна и снова обнимает меня: — Вовка! Поехали ко мне! Я тебе столько рассказать хочу! Ты представляешь, Наташка Разумовская замуж выходит! Серьезно! За чиновника! Пятого ранга, молодой такой парень, высокий, но голова уже вся седая! Симпатичный, нет, я серьезно. Всегда думала, что Наташка позже меня выйдет, не будь мы двоюродными это даже неприлично было бы, младшая сестра и раньше старшей, но если кузины, то это нормально. Chaque perso
- Нравишься! То есть… нравитесь! — на эту фразу я совершенно точно знал ответ. Ай Гуль мне действительно очень понравилась. Детская непосредственность и энергия, энтузиазм, который бил из нее ключом, открытая улыбка и уверенность в себе — вот первые впечатления от Ледяной Княжны. И еще… в этом мире я еще не встречал никого, кто бы был бы так рад появлению гвардии лейтенанта Уварова… из тех, кто знал его прежде. Она знала меня еще до того, как всадники Восточной Ся окрестили меня Неуязвимым Отшельником, а местные на КВЖД уважительно стали называть Тот Самый Уваров. И несмотря на то, что лейтенанта Уварова было очень трудно переваривать в личном общении — она испытывала к нему приязнь… если не сказать больше. Потому что прямо сейчас княжна Ай Гуль не просто взяла меня под руку, как положено в приличном обществе, нет. Она прямо прижалась к моей руке, да так, что мой локоть поневоле ощутил упругость ее тела… вернее определенной части ее тела. Она смеется, и я чувствую, каждую смешинку, которая попала к ней в рот…
— Боже мой, ты невыносим, Вовка! Что за холодная отстраненность! Твоя любимая кузина лично приехала встречать тебя на вокзал, причем не просто кузина, а… ты знаешь, что я теперь — куратор Его Императорского Величества балетной школы? Нет? И да, у меня уже девятый ранг! Еще немного и старики в Совете Академии подавятся своими бородами! Да, сама Ледяная Княжна лично прибыла, чтобы встретить своего брата, а ты… — она шлепает меня по плечу невесть откуда взявшимся веером: — невыносим! И…
— Прошу прощения, княжна Зубова! — к нам протискивается какая-то девица в простом пальто и шляпке, в руке у нее блокнот и карандаш, на лице — очки с толстыми линзами. Ай Гуль — закатывает глаза.
— Терпеть не могу, когда по фамилии обращаются — говорит она мне: — графский род из Священной Римской Империи… понимаю, но все же. У меня имя есть.
— Княжна Зубова! Ваше Высочество, как вы можете прокомментировать… — начинает девушка в очках, открыв блокнот и приготовив карандаш.
— Без комментариев, голубушка — отрезает Ай Гуль и тянет меня в сторону: — пошли, Вовка, пока эти стервятники не налетели, будут завтра газеты с заголовками что я с кем-то на вокзале обнималась, ну их…
— Мне в казармы нужно. И в Разбойничий Приказ.
— В Департамент Внутренних Дел? — хмурится она: — зачем? И никакой казармы, ты останавливаешься у меня.
— Мне надо награду за голову получить — поясняю я: — срочно надо, а то у меня потом неприятности с СИБ будут. И не только у меня…