Страница 26 из 81
Глава 22 Разбойники в пещере
— Тсс, парни, там кажется кто-то есть! -громким шепотом заявил гном.
— Что? Кто? Где? Расскажи! Пусти меня вперед! Я хочу посмотреть! — затараторил кто-то, но на любопытствующего быстро зашикали остальные.
Гном, дождавшись тишины, аккуратно подтянулся к краю пещеры на руках и взглянул внутрь. Осмотрелся. Опустившись, так же шепотом продолжил:
— Короче, мужики, там вроде точно двое. Лежат спят у костра. Может еще кто есть, в глубине пещеры темно и ничего не видно…
— Всего двое? Да быть не может! — раздался откуда-то недоуменный шепот. — Как они выжили тут? Как вообще оказались в этой пещере⁈
— Гы-гы-гы… Наверное, любовнички! Две бабы сто процентов тут не выжили бы! — проехидничал кто-то из разбойников.
— А чего они делают тут в пещере?.. — недоумевал здоровяк, который до этого восхищался урожаем на ягодных полянах в округе. — Нет, я в большом городе где-то слыхал, что молодым семьям обещают «доступное жильё», но не думал, что имеется ввиду именно это…
— А-а-а-а… Я понял! — сразу же оживился гном. — Фух… Какое облегчение, что всё встало на свои места… Короче, ребята, эти двое — заложники горькой, как вино из весенней пыжыжи, любви…
Вот если бы гном в этот момент мог увидеть лица своих друзей, он бы сразу же заткнулся. Но он не увидел… Поэтому продолжил:
— Их преступной любви не было места в обществе! Она — знатная замужняя дама в самом соку, не согретая ночами лаской старого мужа. Он — ее садовник, который, мучимый преступной страстью, однажды в лунную ночь залез к ней в окно и…
— Эй, Гирри, — обратился кто-то из разбойников к гному. — Ты бы это… Не читал вот эти вот книжонки больше… Ты наш главарь вроде, но в такие моменты даже не знаю…
Гном сразу же замолк. Матюкнулся. Фыркнул. Плюнул. Выдохнул:
— Так, народ. Ладно. Некогда болтать, развели тут Великий Омм знает что! Я первый полезу, а вы за мной. Окружаем парочку! Все внимание на них! Смотрите, чтобы они сюрприз какой не выкинули… Повяжем, разбудим, заберем своё!
С этими словами главарь разбойников резко потянулся к краю пещеры и мягким движением тихо впрыгнул внутрь.
За ним так же быстро у входа в пещеру стали появляться другие члены разбойничьего отряда. В тот же миг у сгорбленных фигур, явно старающихся вести себя как можно тише и незаметнее, стали в руках мелькать клинки.
Гирри — главарь разбойников — как только оказался у тлеющего костерка и спящих фигур, сразу выпрямился во весь рост и, гордый собой, навел лезвие сабли на горло спящего остроухого:
— Проснись, садовник! — пафосно начал он. — Пришел твой час испить сполна горькую чашу смерти… Отдавай чужое, и ты умрешь быстро…
— Гирри… — услышал за спиной гном подозрительно тихий испуганный шепот одного из своих саратников, но не остановился…
Не таковский он был гном, чтобы останавливаться во время прощальной речи у горла жертвы. Сам себе главарь разбойников, кстати, боялся признаться, что стремился к своему статусу в отряде не ради большей доли добычи, а как раз именно ради таких вот моментов…
— Что, садовник?.. — нарочито медленным раскатистым голосом продолжал гном, при этом повернув направленное на эльфа оружие таким образом, чтобы отблеск тлеющих углей отразился на лезвии. — Ты долго сражался за свою любовь, много слез выплакал, любуясь желанной тенью в силуэте штор вечернего окна… А когда же отведал тела ея… Белого, сладкого, сахарного… Когда с разбега запрыгнул в холодную, остужающую жаркий пыл, усладу…
— Гирри! — в нотках голоса говорящего за спиной отчетливо послышалась истерика.
Глаз главаря разбойников нервно дернулся. Это самое одергивающее резкое «Гирри» он до этого не единожды слышал от своих друзей в подобные моменты. Вот им что, жалко, что ли⁈
— Гирри, твою ж за ногу! Валим! — истеричные нотки за спиной сменились криком.
Скрежет. Странный. Громкий. Что это? Оглушающий рык.
«Ого! Не фига себе!» — успел подумать Гирри. Хотя вру… Не успел. Никто ничего не успел…
Парочка троллей и гоблин, которые в это время находились внизу на земле, услышали крики и рев. Потом сверху что-то упало. Один раз… Второй… Что-то похожее на голову укатилось в кусты.
Каменные гиганты были равнодушны к чужой смерти. Для камней ее созерцание за долгие века стало привычным и естественным, как восход и заход солнца.
Гоблин же, парализованный ужасом от криков друзей, как только ноздрей коснулся запах крови, рванул в густые заросли и, не останавливаясь, мчался куда глаза глядят. Спрятаться! Нужно спрятаться! Быстрее! Пока есть время! Пока ОНО не вышло из пещеры и не начало его искать.
Пелена застилала глаза. Сердце в груди то ли от страха, то ли от быстрого бега колотилось, как бешеное. Юркнув в густые заросли кустарника, чтобы собраться с мыслями и отдышаться, гоблин улегся спиной на землю и уставился в небо.
Огромный силуэт хищной птицы кружил в облаках, высматривая что-то внизу. Птица его ищет? Птица ли?
Когда крылатое нечто пролетело особенно низко над макушками деревьев, гоблин сжался от ужаса. Ах ты ж Великий Омм! Это же дракон! Откуда⁈ Это же все сказки! Срочно!.. Срочно нужно дойти в ближайшие деревни и предупредить! Разбойник он или кто — это все в прошлом, тем более друзья его уже мертвы, а тролли, оставленные без присмотра, наверняка уже ушли в горы к камням.
Чудовище не должно просто так разгуливать по Пангее! Монстр должен умереть!
Дождавшись спасительной ночной темноты, гоблин решительно направился в ту сторону, где, как он помнил, была ближайшая деревенька.