Страница 27 из 56
— Ваня, Ванюша, помоги-и-и, — продолжила концерт потусторонняя особа, стоящая на должности геперпространственного привода.
— Уже Ванюша? — ревниво нахмурился капитан, а потом повысил голос: — Так! Попозже отдохнёшь! Сейчас маленький прыжочек.
— Петрович, подожди, — вставил слово княжич. — Нулька, а почему ты так боишься навсегда остаться в гипере?
— Как почему? Ты же видел того червя? Скажи же, страшный. А я давно отвыкла от гипера, меня сразу сожрут. Это ж то же самое, что тебя выкинуть в дикий лес. Ты же там ни разу не бывал. На Земле и лесов-то почти не осталось.
— Удивлю, лесов на Земле ещё много, — пробурчал Иван, но его перебили.
— Княже, не отвлекай Нульку от работы. А ты живо на разогрев и с низкого старта! — рявкнул капитан, ткнув пальцем в сторону богиньки, отчего та надулась, как золотистый хомячок с орешками за щеками, и скрестила руки на груди.
— Хорошо, — пробурчала она и закрыла глаза.
Витающий у двери навигатор быстро схватил планшет и принялся вводить данные.
— Готово. Утверждаешь прыжок?
Капитан кивнул:
— Птиц, всё по протоколу. Три. Два. Один. Пуск.
Вспышка гиперпрыжка ничем не отличалась от остальных, она была не дольше, не короче, просто была. Зато в иллюминаторе словно поменяли слайд. Глубокий космос даже не дёрнулся, так как отличия в расстояниях были минимальны, зато возник большой белый с оранжевым отливом шар планеты, очень отдалённо похожей на Землю. Сперва казалось, небесное тело покрыто густым слоем облаков. Но на самом деле это сплошной снежный покров. Лишь вдоль экватора тянулась узкая полоса чёрной земли.
— Кегля-це, третья планета звезды Кегля, — буднично произнёс капитан, а с потолка раздался голос искина:
— Запрос на идентификацию.
— Ответь и скажи, что будем садиться. Рассчитай выход на низкую орбиту.
Только сейчас Петрович смог спокойно выдохнуть. Все эти недолёты-перелёты хоть и привычная вещь, но Нулька действительно устала, и потому стали происходить чаще. Сейчас она похожа на ездовую собаку, которую постоянно подгоняют: язык на плече, перед собой плохо видит, вся дрожит и скулит. Нет, конечно, богинька не собака, но ощущения от неё исходят такие же. То серая, то слишком яркая. И капризничает, как маленький ребёнок, который нагулялся и хочет спать. Потому Михаил и уговаривает вместо строгости.
Княжич по неопытности не замечает деталей, но, когда даже ему станет видно невооружённым взглядом, дело будет совсем плохо.
Иван повернулся, почувствовал, что на него пристально смотрят, и тут же произнёс:
— Что-то пустоват мирок. Гиперретранслятор в этой системе есть?
— На орбите планеты. А колония — да, не густонаселённая. Всего сто тысяч жителей.
— Начинаю манёвр, — известил искин.
Звездолёт немного дрогнул, а потом возникла сила тяжести, прижавшая к задней стенке. Давило не сильно, и княжич встал и выпрямился, прислушиваясь к воплям Фёклы:
— Опять⁈ Да вы издеваетесь!
Сверху из проёма упала расчёска, и раздался новый ор негодования.
— Да когда же она угомонится? — пробурчал Иван, глянув вверх, в освещённый тусклыми дежурными лампами коридор.
— А никогда, — усмехнулся Петрович, тоже встав и размяв ноги. Он подошёл к поручням и принялся подниматься по ним, как по пожарной лестнице. — У нас есть пара часиков, чтоб вздремнуть, советую воспользоваться, — выдал он напоследок и исчез в своей каюте.
Вдогонку с удручённым видом полез навигатор.
Иван тоже забрался в каюту. Как оказалось, кровать, совмещённая с антиперегрузочным креслом, могла вращаться вокруг оси, подстраиваясь под вектор силы тяжести или инерции при ускорении. Было два режима: ручная фиксация, которую применяли, в том числе для удобства в невесомости, и автоматическая регулировка. Тогда кровать качалась как гамак.
Но сон к парню не шёл. Вместо этого княжич вывел данные с планшета на большой настенный экран и лёжа кликал пальцами друг о друга. Закладки меню и строки, попавшие под взгляд, быстро перещёлкивались между собой. И говорят, раньше нужно было отдельное устройство, чтоб курсором управлять. Оно называлось толи крысой, то ли хомяком. Сейчас даже простейший искин операционки понимает, что хочет пользователь. Можно управлять по взгляду, можно по старинке нажимать на экран, можно водить и стучать по столу пальцем.
— Бли-и-ин, — протянул Иван, увидев возникшее извещение о заданиях с универа. Но зато появилась связь. А ещё посыпались сообщения в чатах.
Наверное, вошли в зону действия спутника-ретранслятора. И хотя галанет тупил по жести, в нём можно было ковыряться.
Быстро открыв соцку, княжич отписался друзьям, что всё круто и по приколу. Потом немного подумал, нашёл чат с отцом и начал почти без предисловия:
«Привет. Что делал монстр на твоей станции?»
Ответ пришёл практически сразу:
«Он вырвался? Ты цел? Доложи через кабинет».
Вот и всё. Как всегда, лаконично и без пояснений. Ох, много чего папа не договаривает. И монстр из гипера на станции оказался неспроста.
Иван вздохнул, отложив задачку на более удобное время, и запустил личный кабинет инквизитора. В меню «обратная связь» описал события. Почти тут же возникла пометка «принято к исполнению», следом появилась задание «доклад о происшествии с таким-то номером от такого-то числа», сразу же отмеченное как выполненное.
— Ого, один балл доверия. Негусто, но в копилке не помешает, — улыбнулся княжич и пробежался по списку доступного для халявного приобретения. Но на имеющуюся сумму можно приобрести разве что простой револьвер. Пусть он с лазерной указкой и индикатором патронов, но всё равно докосмический. Причём стоит дурацкая пометка «рекомендуется».
— Кем и почему рекомендуется? — недовольно пробурчал парень. — Это оружие даже неавтоматическое.
Княжич скривился и перешёл к домашним заданиям, сразу взявшись за простенький тест по истории.
Исследование космоса сперва была уделом только науки. Но с открытием умения потусторонних сущностей протаскивать материальные объекты через изнанку пространства, освоение галактики зашагало семимильными шагами. Оказалось экономически более выгодно основывать колонии на землеподобных планетах и добывать ресурсы привычным способом, вместо основания рудников на астероидах. Зачастую после очистки сырья организовывается мелкосерийное производство изделий, основанных на этом же сырье. Сему способствовало массовое строительство космических кораблей несложной конструкции.
В дальний космос по лицензии государств устремились многочисленные корпорации, религиозные общины, а после контакта и первых стычек с чужими, и военные базы, образовывая поселения разной степени автономности. Зачастую такие структуры имели собственную внутреннюю валюту.
— Мутотень, — пробурчал княжич и свернул учебник, даже не дочитав до конца. Он и так знал историю покорения космоса.
Иван взмахнул рукой, выключая экран. Ещё успеет выполнить задания.
Отрегулировав прозрачность иллюминатора, княжич уставился на планету. Такие, как эта, назвались марсоподобными. Легче Земли. Холоднее. Атмосфера меньшей плотности. При остывании, не имеющая континентальных плит кора трескалась в одном или двух местах, образуя широкие и очень длинные каньоны, как Маринер на Марсе.
Обычно в таких каньонах люди и селятся.
Трещина в коре Кегли из-за большой глубины, как и полагается в этом случае, имела собственный климат, потому всю её застилала плотная белая дымка, тогда как вне пределов гигантской расселины облака были едва заметны.
Пиликнуло.
Иван быстро схватил планшет и посмотрел сообщения. Те были в личном кабинете.
Первое требовало прибыть в храм местного хранителя и назваться стажёром. Выдадут корочки. Запрос уже передан. В приписке значилось, что это ознакомительная задача.
Второе было интереснее: проверить дрейфующий в световом годе отсюда клипер. Сигнала бедствия не поступало, но судно не отвечает на запросы. Пометка тоже имелась: «Задание обычное. Но осторожность не помешает». И награда за него побольше. Целых два очка доверия.