Страница 23 из 44
Дворец походил на огромный муравейник с комнатами, втиснутыми среди корней и скал, и тропками, протоптанными в каменном полу бесчисленными шагами множества поколений обитателей. Они слышали отдалённый гомон голосов, но не видели ни единой живой души, пока сенешаль вёл их вглубь дворца. Их покои состояли из нескольких скромных опочивален человеческих размеров, расположенных вокруг припорошенного снегом внутреннего дворика, и прилегающей к ним гостиной с ярко пылающим очагом.
После купания их проводили в зал аудиенций. Король Йорво дожидался их в одиночестве. Даже сидя он возвышался над своими гостями. Одним ударом ладони он мог бы запросто переломать их хлипкие тела. Но он развёл руки в приветствии и встретил их появление радушной улыбкой.
— Уилл и Роуэн! В эту мрачную пору вы озарили Гаренбриг светом. Как поживает ваша матушка? Если я хорошо её знаю, а так оно и есть, она наверняка выбивается из сил, чтобы содержать Королевство в порядке в это неблагополучное время. Но в этом вся Линден, не правда ли? Всегда обращает свою немалую силу на благо других, даже если ей самой приходится платить за это высокую цену.
— Платить высокую цену? — переспросил Уилл, обменявшись недоумевающими взглядами с Роуэн.
— Ах, — Йорво на миг замолчал, а затем широко улыбнулся, словно желал поскорее увести разговор от «высокой цены», что бы это ни значило. — Мне не следует так сильно превозносить Линден. Если бы она только слышала, как я её тут нахваливаю, то непременно выгнула бы бровь и предложила сменить тему на что-нибудь полезное вроде перестройки оросительных каналов или защиты от полчищ плотоядных лягушек. Так что же привело вас сюда, дети?
— Индрелон послал нам видение, зацепку для поисков Отца, — возбуждённо ответила Роуэн. — Мы охотимся за оленем, которого видели стоящим у подножия кургана на рассвете, когда солнце поднималось между двух белоснежных обелисков позади него.
— Лучше вам будет помалкивать о вашем видении за пределами этих покоев, — великан покосился на запертые двери, словно подозревал, что их подслушивают. — Что я могу сделать, чтобы помочь вам?
— Мы хотим войти в Дебри через портал, — сказал Уилл.
— Опасная затея. Однако вы уже достаточно взрослые, поэтому я помогу вам. Но ответь мне, Уилл. Вы можете скитаться в Дебрях годами, так и не найдя указанного зверя. Как вы намерены выследить оленя?
— Судя по описанию, — вмешалась Эловен, — я знаю, где и когда должен открыться портал.
Йорво перевёл на неё взгляд и медленно моргнул, как будто плохо её расслышал и теперь пытался догадаться, о чём она говорила.
К немалому удивлению Уилла, Эловен добавила: — Я прошу прощения за бестактность, король Йорво. Но уверена, вы согласитесь, что дело не терпит отлагательств.
— Боюсь, это правда. Вам нужно передвинуть камни в определённое положение.
— Да. Для вас ведь подобное испытание силы должно быть сродни детской забаве, король Йорво.
— Детские забавы — нешуточное дело, сказительница. Но да, я довольно легко с этим справлюсь. Однако День солнцеворота — не самое благоприятное время для похода в Дебри.
— Сказал, словно это не я самая знающая сказительница Вантресса, — пробормотала Эловен. Она уставилась в пол и вздохнула, как будто всеми силами пыталась удержаться от дальнейших саркастичных реплик. Наконец она подняла взгляд. — Как вы видите, положение тяжёлое. Мы располагаем лишь видением, чтобы направлять наши шаги. Мне известен курган в Дебрях с двумя обелисками на вершине, который подходит под описание, данное двойняшками. Солнце встаёт точно между двух обелисков только на рассвете Дня зимнего солнцестояния. Следовательно, олень будет на поляне завтра утром. Лишь портал может доставить нас туда вовремя.
Йорво вновь покосился на запертые двери. Нахмурившись, он почесал бороду, и, немного погодя, окинул сначала Роуэн, а затем и Уилла озабоченным взглядом, от которого у Уилла в голове тут же начали роиться вопросы.
— Так тому и быть. Я не смею сомневаться в мудрости Индрелона. Завтра утром стойте наготове у ворот кромлеха, но не входите туда до рассвета. А сейчас прошу вас присутствовать на моём пиру. Дети, вы будете сидеть одесную от меня.
Он встал, пугая своей высотой и дородностью, но вселяя уверенность доброй улыбкой. Двери распахнулись, явив бражный зал — пещеру, наполненную светом, песнями и весельем. Музыканты грянули резвую мелодию, едва король Йорво вошёл в зал. Празднующие приветствовали Уилла, Роуэн и их спутников песней. Гости из Локтвейна поглядывали на вновь прибывших, перешёптываясь между собой. Уилл не мог оторвать глаз от их замысловатых головных уборов и изысканных нарядов.
Королева Айяра уже восседала во главе стола, слева от тяжёлого кресла Йорво. На ней было великолепное чёрное платье с фиолетовым корсажем, отороченным миниатюрными золотыми кубками по локтвейнской моде. Чёрная газовая вуаль наполовину скрывала её лицо, но её красота и гордая сила были очевидны всем. Её тёмные глаза внимательно изучали вновь прибывших с выражением, столь же непостижимым, сколь и пугающим.
Уилл и Роуэн произнесли свои самые любезные приветствия, достойные правительницы одного из пяти дворов. Уиллу всегда казалось, что матушка непременно узнает, если он не будет вести себя так, как велит ему воспитание.
Айяра подняла кубок в знак признательности, выпила в их честь, и за весь оставшийся праздник не проронила ни слова. От её молчания у Уилла по спине бегали мурашки, хотя она вовсе не выглядела враждебной. Возможно, она просто была очень сдержанной, хотя скорее казалась поглощённой какими-то своими мыслями. Время от времени её загадочный взгляд скользил по всему залу, словно она искала кого-то и никак не могла найти. В правой руке она рассеянно вертела свой не пустеющий кубок. Порой Йорво обращался к ней с каким-нибудь пустяком, но в основном он посвятил себя двойняшкам, расспрашивая их о жизни, будто их добрый дядюшка. Роуэн раскрепостилась настолько, что принялась трещать без умолку, самозабвенно описывая утомительные подробности их тренировок с оружием. Уилл с удовольствием понаблюдал за тем, как Йорво гоняет её по всем приёмам боя на топорах и полэксах. Но при этом он не находил себе места. Праздничный вечер тянулся невыносимо долго. Ему просто хотелось, чтобы всё поскорее закончилось. Он не мог дождаться рассвета.
10.
В предрассветных сумерках Уилл, Роуэн и остальные четверо стояли у ворот кромлеха, сгорая от нетерпения. Постепенно Уилла начала охватывать тревога. Что, если они упустили свой шанс? Как тогда им искать оленя?
— Когда же придёт король Йорво? — прошептал он.
Эловен прислонилась к воротам, вжавшись затылком в обитые железом доски. — Полагаю, он уже внутри. Портал пробудился и работает. Это странно. Очень странно. Настолько странно, что лучше держать ухо востро.
Зыбкое искристое сияние заиграло в небе, а затем угасло. Из-за ворот донёсся рокочущий звук трущихся друг о друга камней. Когда он стих, послышались тяжёлые шаги. Ворота распахнулись настежь, вынудив всех спешно отпрянуть. Король Йорво походил на огромный каменный менгир, виднеющийся на фоне тёмного неба.
— Я уже расставил камни в нужное вам положение, — объявил он.
Эловен открыла рот, собираясь задать какой-то вопрос, но великан наградил её долгим осуждающим взглядом, и она, недовольно вздохнув, прикусила язык.
— У нас совсем немного времени, — добавил он. — Поторопитесь.
Портал находился в самом центре Великого Кромлеха: грубое каменное кольцо с крупным стоячим камнем посередине, который оплетали корни и ветки векового тиса. Солнце уже показалось из-за холмов на востоке. В узоре его лучей тени от камней кромлеха легли на портальный камень собственным характерным узором.
— Вы уверены, что он доставит нас к обелискам? — как обычно, без обиняков спросила Роуэн.
— Почему ты во мне сомневаешься? — Эловен казалась уязвлённой. — Я провела в Дебрях больше лет, чем ты живёшь на свете, юная Роуэн. И даже я, самая знающая из сказителей…