Страница 16 из 21
Глава 4
Ремонт моего офиса строительная компания Хоримия закончила в кратчайшие сроки. Всё было сделано качественно и аккуратно. Рабочие даже завезли и установили мебель с офисной техникой, по поводу которой я несколько раз консультировался с Тамаки. На этом самая лёгкая часть была завершена и начались «пляски с бубном». Я поучаствовал в процессе трудоустройства, только теперь играя за другую команду. Помня, что театр начинается с вешалки, повторил весь тот путь, который когда-то проходил сам. Преемственность традиций — это важно.
Сперва создал сайт компании «Мацумото и партнёры», договорившись с айтишниками Мацудара, с которыми меня познакомил Икеда. Отобрав несколько десятков приглянувшихся мне резюме, распечатал их на принтере. Выслал на электронную почту всем заинтересовавшим меня соискателям работы просьбу прислать своё резюме. Если они захотят поучаствовать в отборе сотрудников в «Мацумото и партнёры», то пришлют его. Возможно, что-то в своей анкете подправив, сделав её более целевой, подогнанной под мои нужды. Получив желаемое, далее я отправил отозвавшимся людям СМС сообщения с просьбой прийти на первое собеседование.
Казалось бы, зачем всё усложнять, я же не в крупную компанию зову их работать, однако не всё так просто. Они-то этого не знают. На сайте указано, что моя компания находится в здании Мацудара-корп и эта корпорация уже указана в списке её партнёров.
Пользуясь сохранившимися связями, кое-кого подкупив сладостями и вином, по совету Тамаки договорился, что мне на часик выделят специальное помещение для проведения собеседований. Собрал представительную комиссию, состоящую из экспертов, консультантов и ответственных лиц. То есть, из Рурико, Тамаки и Ёсиды. Последнему поручили сидеть молча, с грозным, недовольным видом, надувать щёки, пить бесплатные напитки и подражать «Гиганту мысли, отцу русской демократии и особе, приближенной к императору». Если соискатели работы не смогут пройти этот лёгкий тест на психологическую устойчивость и коммуникабельность, то в «Мацумото и партнёры» им делать него.
В назначенный час, собрав всю приёмную комиссию за столом, в просторной комнате, напротив шести одинаковых стульев, выставленных в ряд, кивнул Тамаки. Та продублировала сигнал молоденькой девушке с бейджиком, которая вышла в коридор за первой партией соискателей работы. Помощницу себе Тамаки отыскала быстро. Эта девушка имела несчастье сообщить секретарю отдела инспекций непроверенные данные. Теперь отрабатывала провинность, согласившись оказать ей одну мелкую услугу.
Цифра шесть была выбрана не случайно. В Японии это число считается счастливым, так же, как и восемь. Позже к ним ещё и семёрку добавили. Несчастливыми здесь являются цифры четыре и девять. Причём четвёрка — худший вариант из возможных. Её иероглиф читается так же, как и иероглиф, обозначающий слово «смерть». Поэтому во многих японских гостиницах, больницах, государственных учреждениях нет комнат с номером четыре. Даже в лифтах за третьим этажом в некоторых зданиях сразу следует пятый. Девятка же у японцев ассоциируется с иероглифом «мучение», «боль». Вместе же они создают сочетание — мучительная смерть. Вот такая занимательная нумерология.
Когда шесть человек, с большими номерными бейджиками, в одинаковых, строгих деловых костюмах заняли свои места, мы приступили к опросу. Первое собеседование в Японии, да и в других странах Азии проводится в основном затем, чтобы узнать характер человека. Проверить его логическое мышление, уверенность в себе, узнать его цели. Образно говоря выяснить, что он может предложить этой компании и на что ради неё готов пойти. Заодно собеседование помогало выявить наглых, эгоистичных, высокомерных особ, от которых лучше избавиться сразу.
Когда пришла пора коснуться профессиональных вопросов, чтобы узнать уровень подготовки претендентов, Тамаки принялась экзаменовать секретарей и бухгалтеров. Рурико взяла на себя проверку менеджеров. Я немного поспрашивал юристов, делая вид, будто что-то в их профессии понимаю, а не начитался перед интервью советов для руководителей юридических фирм.
Поблагодарив всех пришедших за участие в собеседовании, попрощавшись с ними, члены комиссии ещё долго совещались. Я не хотел, чтобы моё предвзятое мнение повлияло на объективную оценку будущих сотрудников «Мацумото и партнёры». Нужен был свежий взгляд со стороны от тех, кому я доверяю, и кто разбирается в некоторых вопросах больше меня. Могло показаться, что это признак несамостоятельности, но мне хотелось принять взвешенное решение, а не потешить своё чувство мнимого величия.
Выслушав советы друзей, их позицию, аргументы, отправился думать. На следующий день вызвал на второе собеседование тех, с кем захотелось пообщаться предметно. Уточнить некоторые вопросы. Это я их ещё недолго «мариновал». У меня одного знакомого позвали на второе собеседование только через месяц после первого, когда он уже нашёл другую работу.
Второе собеседование я проводил в индивидуальном порядке. Состязательный элемент и показное рвение на нём демонстрировать уже не требовалось. Если спросить, было ли на нём что-то, что сумело меня удивить, то ответ — да!
Начнём с секретаря. Цукуда Массаши, двадцать пять лет, неженатый мужчина. Улыбчивый, энергичный японец, способный заболтать кого угодно. На собеседовании я отметил его находчивость и внимательность. Этот улыбчивый дьявол сумел убедить даже МЕНЯ в том, что он лучше длинноногой блондинки, иностранки, обладательницы диплома Гарварда. Он очень, ОЧЕНЬ хотел устроиться на работу в место, от которого пахло большими деньгами и серьёзными делами. Цукуда готов был решительно переступить через стыд, страх и отказы. При этом я бы не назвал его бесстыдным, скорее целеустремлённым. Было заметно, что он очень волновался, оговаривался, но всё же уверенно шёл к своей цели.