Страница 14 из 21
— Наоборот. Директор Хоримии этим ходом грамотно обыграла оппонентов, обернув их нападки против них же, — похвалил Дайичи, поделившись своим мнением. — Публично предложив Мацумото встречаться, она превратила беспорядочные связи в нормальные отношения, любовника, в официального парня, а образ распутного директора сменила на образ целеустремлённой и верной женщины. Теперь ни о каком принуждении или использовании служебного положения не идёт и речи. Молодец. Пусть даже они через неделю расстанутся, это уже никого не будет волновать. По крайней мере, в нашей компании.
Аямэ, держа в руках бутылку с минеральной водой, из которой уже успела сделать пару глотков, стиснула её, прикладывая больше усилий, чем требовалось. Девушка почувствовала себя в этот момент так, будто её чем-то мелким поцарапали. Вроде, не больно, не особо заметно, но всё равно раздражающе и будто бы хочется почесаться, избавляясь от неприятного зуда. То, что раньше воспринималось забавной игрой, поводом утолить любопытство, скрасить скуку, незаметно стало трансформироваться во что-то большее. И опять же, Мацумото вновь смог её удивить, чем и привлекал. Загадочно исчез? Появился с кучей денег, невероятной историей и необычным предложением, да ещё в новом качестве? Ах ты ж искуситель, Мацумото!
— Всё равно, мне это не нравится. Не люблю того, чего не понимаю, — заявил Тацуми. — Попрошу Тагаву и Хироши приглядывать за Мацумото.
— Пожалуйста. Не возражаю, — улыбнулся Дайичи.
— Хочешь я тебя удивлю? — с улыбкой спросил агент Табатта у напарника, сидящего за своим столом.
Со стороны они выглядели двумя обычными офисными клерками, работающими в какой-нибудь никому не интересной торговой компании. Типовая мебель, офисная техника, не самая дорогая, неброская отделка помещения, рабочие места как в операционной зоне.
— Давай, — согласился агент Удоу.
— Знаешь, что меня удивило в нашем новом знакомом Мацумото? Его возраст. Я тут немного покопался в документах и вышел на одного интересного человека, имеющего отношения к службе снабжения военной разведки. Не стану утомлять деталями, как я его находил и убалтывал, но он поделился информацией, неофициально, естественно, что никаких пятнадцатилетних суперагентов в отряде 12–31 дзё хо хомбу не было. Там служили ребята, не младше двадцати пяти лет, с соответствующим этому возрасту телосложением, под которое им заказывали форму, обмундирование, снаряжение, оружие. Никаких подростков в нём не было.
— Тогда почему, по документам он относится к этому подразделению? — сильно удивился Удоу, недоуменно посмотрев на хитро улыбающегося напарника.
— По каким? По тем, что сплошь закрашены чернилами? Может это сочинение ученика младшей школы, а не его личное дело. Откуда ты знаешь? По словам министра, который и сам получил его из третьих рук?
— Тогда почему дзё хо хомбу его прикрывает? — не понял Удоу.
— Потому что, если верить словам моего информатора, этот отряд во время выполнения сверхсекретного задания выпросил себе сторонних специалистов у кого-то, кто ещё более засекречен, чем они. Посредником и ответственным лицом выступал полковник Кудоу, скончавшийся от сердечного приступа в своей машине незадолго до автоаварии, в которой Мацумото потерял память. Вот это-то как раз правда. С тех пор парня, прикрыв его таким грифом секретности, что волосы на заднице дыбом становятся, оставили в покое. Как по мне, просто бросив на произвол судьбы с теми документами, какие у него были на руках на тот момент, и теперь панически боятся ворошить это дело. Подключить министра, как оказалось недостаточно, чтобы пролить свет на темную историю его прошлого. Я так и не понял, кого там на самом верху бояться больше, того, у кого занимали, и кому не смогли вернуть взятое в рабочем состоянии. Сам «сломанный» объект сделки, или того, кто позаботился о расформировании отряда 12–31.
— Занятная история, — почесал голову агент Удоу, впечатлённый размахом и закрученностью сюжета. — И? Что будем делать? Скажем Мацумото?
— Нет конечно. Пусть всё идёт своим чередом. Я, знаешь ли, не хочу случайно поскользнуться в ванной и убиться об её угол. Мы люди маленькие, делаем своё дело и в чужие не лезим. Любопытно, не без этого, но пенсия за выслугу лет для меня предпочтительнее траурного венка. К тому же, может этот человек и не Мацумото, и не двадцати трёх лет, и не уроженец Фукуоки, и не парень, — ухмыльнулся Табатта, забавляясь. — Впрочем, нам-то какая разница. Кстати, ты в службе доставки что заказал на ужин?
— Ну и как это понимать? — с «кислым» выражением лица спросила Амамия у Киоко, когда та вернулась домой, специально поджидая её в просторной гостиной, сидя за столом.
— Мам, давай не будем ругаться. Я устала, — попросила Киоко. — Как взрослая женщина я имею право самостоятельно устраивать свою личную жизнь. Так, как того хочется мне. Я же в вашу с отцом не вмешиваюсь.
Амамия недовольно поджала губы, но комментировать слова дочери не стала, видя, что та сейчас не в настроении. Чтобы избежать ссоры и не получить обратный результат, из желания сделать всё «назло маме», к этому вопросу можно вернуться позже. Раньше Киоко так вызывающе себя не вела, что давало ещё один повод задуматься.