Страница 61 из 99
Идти некуда, а Эймори отняла у нее деньги.
***
Следующие четыре дня Влора ночевала на крышах над бульваром Хруша.
Днем было хорошо, но по ночам холодало, и Влора знала, что всего через несколько месяцев наступит зима. Она замерзнет насмерть, если не найдет убежище.
Мысль о возвращении к Эймори она решительно отмела. Лучше умереть среди снега и льда.
Влора голодала, оставшись без хлеба, который привыкла получать в монастыре. Она знала, каково не есть целый день – Эймори часто ее так наказывала, – но на второй день желудок свело от голода, а на третий она уже шаталась от слабости.
К вечеру третьего дня на бульваре перевернулась телега с яблоками. Влора успела добраться до нее раньше Близнецов-Бульдогов, схватить несколько больших красных яблок и унести в подоле юбки в свое укрытие.
На пятый день она увидела на улице Таниэля. Он бродил в своей школьной форме и заглядывал в бочки и под телеги, будто что-то искал.
Влора осмотрела окрестности: нет ли поблизости Близнецов-Бульдогов, но их нигде не было видно. Только она собралась позвать Таниэля, как ее внимание привлек кое-кто другой, и она пригнулась.
Тот самый господин с холодными глазами. Тот, что хотел купить ее у Эймори.
Он негромко беседовал с мастером у двери оружейной мастерской: спина прямая, руки сцеплены. И одет он был не так, как две недели назад, а в строгий темно-синий мундир с серебряными галунами – офицерскую форму адроанской армии. Слева на боку висела шпага, из-за пояса торчал пистолет.
Влора осторожно высунула голову. До Таниэля было дальше, чем до господина, но тот стоял спиной к ней... Она помешкала. Офицер вдруг кивнул мастеру и направился дальше по улице, прочь от ее укрытия.
Она подождала, пока он зайдет в другой магазин, и позвала Таниэля.
Тот в замешательстве огляделся, затем посмотрел вверх и помахал ей рукой.
Влора спустилась по водосточной трубе и замерла, внезапно осознав свой жалкий вид: грязная и изорванная одежда, четыре дня не мытое лицо и дрожащие от голода руки.
Нельзя, чтобы Таниэль увидел ее такой! Она же сказала ему, что не бездомная...
Но было слишком поздно. Таниэль появился в переулке и улыбнулся ей.
− Привет, Влора.
− Привет.
Улыбка смотрелась забавно на его обычно серьезном лице. Влора поняла, что грязная одежда Таниэля не волнует, и повеселела.
− Ищешь кого-то? – поинтересовалась она.
− О да. Бо где-то прячется. Он сказал, что если я найду его до того, как он прикончит фруктовый пирог, то он со мной поделится. – Похоже, Таниэль сомневался, что ему это удастся. – Только он ест очень быстро.
− Я могу помочь, – сказала Влора.
− Если найдешь Бо, я и тебе дам кусочек, – пообещал Таниэль.
Влора кивнула, стараясь не выдать своего нетерпения.
Они бросились на бульвар, проверяя все места, где можно спрятаться. Влора знала все лучшие укрытия – ведь ей частенько приходилось убегать от Близнецов-Бульдогов. Она заглянула в старую винную бочку в третьем переулке и под крыльцо перед оружейной Дарна. Даже вернулась и проверила крыши.
Оба следили, не появятся ли Близнецы-Бульдоги, а Влора внимательно высматривала еще и господина с холодными глазами. Раз она увидела его, но он шагал прочь от бульвара Хруша, и она не слишком встревожилась.
В конце концов Таниэль уселся на тротуаре, подперев подбородок ладонью.
− Вот зараза. Обычно я его нахожу. Наверное, жульничает. – Он кивнул Влоре, будто так оно и есть. – Бо любит жульничать. Говорит, что те, кто играет честно, всегда проигрывают.
Влора кивнула в ответ, но ее замутило. Беготня напомнила ей, насколько она голодна. Обещание фруктового пирога вселило надежду.
Неожиданно сдавило грудь, и к глазам подступили слезы. Она поняла, что придется вернуться к Эймори.
Придется вытерпеть наказание: целых два месяца просидеть в темном подвале. Эймори может даже продать ее господину с холодными глазами.
Но, по крайней мере, ее будут кормить.
− Все нормально? – спросил Таниэль.
Влора вытерла нос рукавом.
− Я в порядке.
− Ты уверена?
− Да.
Она не собиралась показывать Таниэлю свою слабость. Никто не любит слабаков.
− Ты голодная? – спросил Таниэль.
Влоре захотелось вскочить и прокричать «да», но она лишь пожала плечами.
− Немножко.
− За углом продают мясные пироги. Я могу сходить взять денег у папы, и мы съедим пирог напополам.
Влора обхватила себя руками. Он что, читает ее мысли? Как он понял, что она настолько голодная? Неужели это так очевидно?
Они пошли к концу бульвара Хруша, но Таниэль внезапно остановился и метнулся в сторону.
− Близнецы-Бульдоги? – спросила Влора, прижавшись рядом с ним к двери мастерской.
− Нет, – ответил Таниэль. – Барон Фендамер. Видишь? Его экипаж.
В конце бульвара ждал одноконный экипаж – черный с золотой отделкой, с подножками по обеим сторонам. На козлах восседал кучер в алой ливрее. В окне торчало изрытое оспинами лицо барона Фендамера. Мастер вынес длинный коричневый сверток, перевязанный белой веревкой, и принялся закреплять его на крыше экипажа.
− Хочешь, разберемся с ним? – спросил Таниэль.
− Может, сначала разберемся с пирогом?
Рука Влоры почти зажила, остался лишь широкий розовый шрам на тыльной стороне. Да, с бароном хотелось свести счеты, но есть хотелось больше.
− Подожди здесь, – сказал Таниэль.
Мгновение спустя он вернулся с длинным стальным стержнем, сгибаясь под его весом, но с озорной ухмылкой на лице. Влора видела через окна мастерских, как такие стержни оружейники используют для изготовления стволов к мушкетам.
− А теперь смотри, – добавил он.
Экипаж барона тронулся с места и двигался в их сторону. Таниэль выскочил на проезжую часть и, как только экипаж проехал мимо, сунул стальной стержень в спицы заднего колеса.
Колесо застопорилось, несколько спиц с треском переломились, экипаж дернулся вперед и резко остановился, когда кучер натянул поводья. Дверца распахнулась, и из экипажа вывалился побагровевший от гнева барон Фендамер.
Таниэль во всю прыть припустил по улице.
Влора бежала всего в трех шагах позади него. Вдруг ее схватили за волосы и грубо дернули назад, земля ушла из-под ног.
Она подняла взгляд на барона, в глазах которого горело обещание расправы, и попыталась вырваться, но он крепко держал ее за волосы.
От него несло потом и резкими духами.
− Попалась, – прошипел барон.
Он швырнул ее на землю и придавил сапогом шею. Ее лицо прижалось к горячим булыжникам, из горла вырвался жалобный стон. Таниэль обернулся и теперь стоял, разинув рот.
− Ты следующий, мальчишка, – крикнул барон.
Таниэль побежал.
− Найди другой экипаж, – обратился барон к кучеру. – Да поживее. Реквизируй, если придется, я не собираюсь торчать на улице с этим сбродом.
Влора почувствовала, как сапог надавил на шею сильнее, а затем исчез, и барон вздернул ее на ноги.
− Не думай, что я тебя не помню, девчонка. – Он крепче сжал ее руку, на которой еще оставался шрам от хлыста. – Сначала ты напугала мою лошадь, потом бросалась в меня дерьмом, а теперь еще и экипаж сломала...
Влора закричала и укусила его за запястье.
Барон выпустил ее только затем, чтобы ударить наотмашь по лицу тыльной стороной руки.
− Кричи сколько хочешь, девчонка. Никто тебе не поможет. – Он наклонился так близко, что дохнул на нее винным перегаром. – Мои собаки отлично с тобой позабавятся. Завтра отправимся за город и посмотрим, как они порвут тебя на куски.
По мостовой загрохотал экипаж, кучер орал на зазевавшихся прохожих. Он остановился рядом со сломанным экипажем, спрыгнул с козел и открыл дверь для барона.
Барон Фендамер схватил Влору за шкирку и со злостью швырнул внутрь. Она тут же метнулась к противоположной двери и попыталась нащупать задвижку, но барон заскочил следом и толкнул ее на скамью.
− А ты с характером. Моим собакам придется за тобой побегать. – Он ударил кулаком в потолок. – Пожалуй, я отрежу тебе одну ногу и посмотрю, как ты будешь прыгать по полю, когда они за тобой погонятся.