Страница 18 из 18
Впрочем, недолго. Довольно скоро девочка отпрянула, вновь укрывшись в проулке. Потому что по Медной аллее, громко бренча пиками на плечах и поднимая клубы пыли, пронесся очередной патруль из восьмерых гвардейцев, возглавляемый тощим лейтенантом.
— Не нравится мне это выражение лица, — хмуро сказал Ерикан, когда звук сапогов стал затихать. — Чересчур довольное и самоуверенное. Обычно оно значит, что ты что-то задумала.
— Разве это всегда плохо? — пожала плечами Юти.
— Смотря как на подобное взглянуть. В конце концов, чья-то смерть — это тоже благо. Она дает возможность заработать копателям могил, ткачам саванов, похоронным домам.
— Неужели так трудно просто поверить в меня? — насупилась Юти. — Я вроде не так часто это прошу.
— Если бы я не верил в тебя, то ты бы сейчас лежала в песках Шестого Предела с размозженной головой. Ну, так что ты придумала?
— Долго объяснять, — отмахнулась Юти. — А времени для этого у нас нет совершенно.
Одаренная выглянула вновь, осмотрев редкую для этой поры, безлюдную Медную аллею, и бросилась к выбранному дому. Она обернулась лишь на мгновение, удостовериться, что Ерикан, подобно хищному коршуну, который сосредоточенно преследует свою жертву, бежит следом.
На небольшое крыльцо, всего в три ступени, они не поднялись, влетели, перемахнув сразу через все преграды. И тут же Юти, боясь очередного появления солдат, рванула дверь на себя.
В носу защекотало от запаха пыли, старой мешковины, свечного парафина и бумаги. А где-то над головой тревожно зазвенел колокольчик. Помещение, несмотря на высокий потолок и широкие окна, которые оказались глухо зашторены, было потеряно в сумраке. И будто бы даже находилось вне времени, как чертоги проклятого бога на дне вулкана Ишрах. В любом случае, Юти почувствовала себя здесь крайне неуютно.
— Приветствую Вас, — неожиданно звонким, полным жизни голосом, выдвинулся им навстречу хозяин дома.
В нем Юти узнала того самого старичка, изображенного на изваянии снаружи — жидкие волосы по бокам, круглая шапочка на затылке, крючковатый нос и иссушенные возрастом и страхом за свое состояние руки. Одет хозяин оказался богато, но как-то неряшливо, вдобавок полы его платья были испачканы чем-то промасленным. Может, северной красной рыбой, которую коптили и везли три дня, а, может, кондитерским кремом.
Впрочем, интересовало Юти сейчас совершенно другое. Больше всего девочка боялась как раз реакции старичка относительно собственного внешнего вида. И она, и Ерикан выглядели как самые обычные бродяги.
Впрочем, Агор Амрини, о чем свидетельствовала вывеска на его доме, был одним из наиболее опытных ростовщиков Империи. И привык к тому, что нельзя судить по внешнему облику о благосостоянии человека. Да и порой даже у самого последнего нищего найдется кое-что ценное. Его задача — это увидеть и купить. По возможности, за бесценок.
— Чем могу быть полезен? — спросил он, предложив перейти непосредственно к делу. Как человек звонкой монеты, Агор Амрини знал цену своему времени.
— Меня зовут Юти. Вчера я спасла вашу дочь от горстки островитян и…
Про предложение высказанное молодой госпожой Фламель Амрини относительно помощи в трудную минуту, Одаренная договорить она не успела. Потому что услышав слова девочки, намек на доброжелательность покинул взгляд ростовщика. Тот неожиданно выпрямился, а голос, доселе и без того отличавшийся пронзительной звонкостью, стал походить на трубу, которой легионеров призывают в атаку. Агор закричал так, что Юти, скитавшаяся по Пустоши, сражавшаяся с Всадниками и пережившая утрату близких, не на шутку испугалась.
Конец ознакомительного фрагмента.