Страница 71 из 106
Секретарь ЦК побледнел. Особенно это стало заметно на фоне успевшего загореть Генсека.
— Оставим на усмотрение съезда. Пора заканчивать с прошлой кулуарностью. Ни к чему хорошему это не приводит.
Брежнев опешил.
— Смелый ход! Не ожидал.
— Так и в самом деле, Ильич, пора заканчивать со всем этим дерьмом. Я там такого начитался…
— Расскажешь?
— Тебе не понравится.
— Я тебе не девица кисейная. Ладно, вечером поговорим, — Брежнев снова стал Генсеком и действовал по-партийному. — Мое решение озвучим на ближайшем собрании Политбюро. Нам надо подготовить товарищей.
— Гришина я возьму на себя. С Кулаковым также найдем общий язык, — тут же вклинился Кириленко, затем повернулся к Соломенцеву. — Сможешь поговорить с Подгорным?
— Да. Может, и с Пельше успею.
Брежнев скривился. Понабрали в Политбюро стариков-мудаков! Затем внезапно поймал себя на мысли, что уже начинает думать по-иному. С учетом послезнания. Может, тогда рано уходить? Ладно, есть еще время для решения. Съезд же не завтра?
— Я вызову в Крым Кунаева, а позже товарищей с Закавказья. С Устиновым также быстро общий язык найду. За ним армия стоит.
Вмешался деловитый Мазуров.
— Тогда круг посвященных здорово расширится.
— Ну а как ты думал? Секретари ЦК и Политбюро должны быть в курсе событий. Кстати, что у нас Андропов, так и молчит?
Генсек уставился на молчавшего до сей поры Ивашутина. Огаркова он подчеркнуто игнорировал, считал, что тот сделал неправильно, приехав, не посоветовавшись с непосредственным руководством. Начальник ГРУ принял деловую позу докладчика:
— Об этом я хотел поговорить с вами, товарищи. У меня появились новые и весьма неожиданные факты. Прошу присесть, товарищи.
Уговаривать никого не пришлось. Легкий бриз бил всем в лицо, солнце ярко светило, согревая замерзшие души, думать о плохом не хотелось. Но приходилось.
— Мы постарались выйти на товарища Андропова, его молчание слишком затянулось. Ответа мы пока не получили, но зато нашли интересные факты о прослушке и слежке за членами Политбюро.
— Есть доказательства?
— В здании мы сможем показать вам весьма занимательный фильм. Я его привез с собой. Похоже, что внутри КГБ было создано секретное управление для политического сыска.
Брежнев насупился. Эта гнида «Ювелир» слишком много себе позволил! Давал же себе зарок не пускать евреев к кормушке! На всех, видать, проклятый гэбист собирал компромат.
— Мы обязательно вынесем это на собрание Политбюро. И попросим ответить на вопросы.
В среде «обновленцев» пробежала тень одобрения. За такое нарушение так накажут, что мало не покажется.
— Есть еще, я бы так сказал, сногсшибательные новости. После знакомства с «Оракулом» мы совместно с МВД предприняли некоторые поисковые действия и обнаружили, что в течении последних месяцев в Союзе в поле зрение милиции попадались некоторые темные личности, утверждающие, что они из будущего.
Все замерили и с открытыми ртами уставились на Ивашутина.
— Что-что?
— Мы тут же по своим каналам начали их немедленный розыск. И он дал ряд занятных фактов. Один из них таков — поиском попаданцев занимается и КГБ. Кого-то из людей будущих они загребли к себе, но никому об этом не сказали.
Мнение всех громогласно выразил «партизан» Мазуров:
— Товарищ, это уже выступление против партии!
Все переглянулись. Баланс сил резко поменялся, и нужны были срочные действия. Брежнев снова оказался на коне, громко скомандовав:
— К берегу, быстро! — затем он неожиданно для всех улыбнулся. — Вот черти, выпить не дают спокойно! Товарищи, медлить не будем. Когда назначать внеочередное заседание Политбюро?