Страница 34 из 106
— Садату деваться некуда, он обещал народу смыть позор прошлой войны. Не зря столько лет вооружался. Но инициатором подготовки по нашей версии является президент Сирии Хафез Асад. У нас имеются сведения, что сирийцы и египтяне хотят летом встретиться на уровне высшего военного руководства. А это неспроста.
— Это же война! — воскликнул кто-то, не удержавшись.
Ивашутин поморщился. Он сам был человеком спокойным и выдержанным. Считал, что для разведчика это лучшие качества.
— Соберите мне все факты отдельно, доложу Генсеку. МИД сейчас больше Америкой занят.
— Леонид Ильич недооценивает арабов, путает их с европейцами. А это Восток, и как мы все хорошо знаем, дело тонкое.
— Ввяжутся эти ухари в войну, а нам потом разгребать.
— Во всяком случае, — подвел итоги Ивашутин, — решать все равно политическому руководству. А нам пока следует пристально отслеживать ход событий и докладывать наверх.
В конце совещания, когда все уже собирались, Петр Иванович остановил Толоконникова:
— Лев Сергеевич, останься ненадолго.
— Слушаюсь.
Они уселись друг против друга. Ивашутин по-дружески спросил:
— Еще не передумал насчет перехода в Академию?
— Никак нет. В сентябре начну там работу. Потихоньку дела сдаю преемнику.
— Хорошо. Ты много поработал, пора и другим постараться. Будешь передавать свой опыт новому поколению. Но мне показалось, что в последние дни ты чем-то встревожен.
Первый зам настороженно блеснул глазами:
— Все равно хотел вам доложить. Ко мне на днях обратился давний знакомый полковник Стаханов. Преподаватель Военной Академии. У его учеников сложилась какая-то острая ситуация, и он попросил меня помочь спрятать их на время и послать несколько специалистов, чтобы разобраться на месте.
— Интересно. И где они сейчас?
— На объекте в Солнечногорске 2.
Ивашутин немигающе уставился на своего заместителя.
— Так в чем там дело?
— Пока не знаю. Но Стаханов просит меня незамедлительно прибыть туда и ознакомиться с чем-то невероятно важным для безопасности Советского Союза.
— Хм, любопытно.
— Вот информация на него.
Начальнику ГРУ быстро пробежал по страницам в предложенной ему папке.
— Человек достойный. Я его помню. Ну что же. Раз просит, Лев Сергеевич, тогда поезжай. Вдруг и в самом деле нечто важное. Проклятые мельницы.
Толоконников уже на выходе из кабинета резко обернулся и странно посмотрел на своего шефа. Где он уже слышал недавно эту фразу?