Страница 26 из 106
— Я же бывший журналист и преподаватель истории. Интересуюсь всяким-разным, — Ракитин вздохнул. — Правда, руки до всего не доходят. Вот и тут не могу сообразить, как до вас все донести правильно. Кстати, скажу сразу — хоть техника в будущем относительно надежная, но все материалы из этого ноутбука лучше каким-то образом скопировать. Сильно сомневаюсь, что удастся перенести байты информации на ваши электронные носители или распечатать. Так что нужны грамотные специалисты с фото и кинотехникой. Можно ведь снять все прямо с экрана.
Полковник с интересом глянул на пришельца из будущего. Было заметно, что его рейтинг в его глазах вырос разом на несколько пунктов.
— Давай дальше и будем думать.
Пошли документы и видеохроника последних лет Союза. Конфликты на национальных окраинах страны, манифестации, выступления на Съездах и собраниях. Если Стаханов хранил молчание, то два более молодых офицера то и дело вставляли междометия и слова.
— Да как это?
— Почему сразу не разогнали?
— Где была армия?
— КГБ почему проспало?
Семен не выдержал и сообщил:
— Товарищи, представляете, и в двадцать первом году на многие ваши вопросы нет точного ответа.
Полковник странно взглянул на Ракитина, но промолчал. Его лицо чем дальше, тем более омрачалось.
— Это в Москве происходит?
ГРУшники с оцепенением рассматривали кадры с расстрелом Белого дома в девяносто третьем. Самой позорной страницей новой России. Преступление, за которое потом никто так и не ответил.
— Да. Расстрел последнего независимого парламента.
— А кто стреляет по нему? Зачем ввели танки в город?
— Армия, — пожал плечами Семен. — Был конфликт между первым российским президентом и Верховным Советом. В итоге вместо переговоров президент, кстати, бывший коммунист и высокопоставленный номенклатурщик ввел в столицу войска и начал военно-полицейскую операцию.
— А как, вообще, можно стрелять в гражданских из пушек? Кто там в танках? — не унимался Рашид.
— Обычные русские офицеры. Воевали за деньги.
— Офицеры⁈
— Да. А чему вы удивляетесь? Они обучались в советских училищах, служили в привилегированном соединении. Вот такая у нас в будущем будет армия. И такие офицеры.
— Ну, ты говори да не заговаривайся! Советский офицер свою честь никогда не замарает!
Рашид вскочил с места и забегал по комнате. Семен также не утерпел и в ответ вскипел:
— А когда армию вводили в Чечню в девяносто четвертом, знаете, сколько было предателей? Откуда они взялись? Мы кишки на кулак наматывали, а эти твари продавали месторасположение наших ребят, загоняли по хорошей цене оружие бандитам, или отсиживались в тылу. Ссучилась страна, потому и погибла!
— Врешь, молодец!
— Так, товарищи офицеры, — командный голос полковника остановил обоих крикунов, — возьмите себя в руки! Семен Степанович, извините, все забываем сколько вам на самом деле лет. Вот и не верь в чудеса! А вы, получается, воевали?
— Два месяца перед дембелем в Грозном в первую чеченскую кампанию. Потом остатки нашего батальона вывели под Ростов. Так что возвращался я домой не из своей части. Там же и встретил при трагическим обстоятельствах полковника Мясникова.
Стаханов и Феткулин пристально уставились на товарища. Тот пожал плечами:
— А что я вам мог сказать? Вы бы поверили? Сам в ахере.
Полковник повернулся к Семену:
— Тогда нам будет проще общаться с человеком, прошедшим войну и пережившим катарсис.
Ракитин внимательно посмотрел на Стаханова. Тому на вид меньше пятидесяти. В Великую Отечественную воевать он никак не мог.
— Горячие точки?
Полковник наморщил лоб, затем кивнул. Видимо, они между собой боевые выезды называли как-то иначе. А ГРУ много где и чем за историю своей конторы поучаствовало. Земля большая, и очень далеко распространяются интересы второй сверхдержавы мира.
— Тогда продолжим. Дальше как раз о Первой чеченской войне.
Мясников дернулся:
— А что, была еще и вторая?
— И вторая, и война с Грузией, и на украинском Донбассе гражданская.
Глаза у ГРУшников сверкнули, но они дисциплинированно молчали, пока шла презентация. Уровень заряда еще позволял, и Ракитин показал собранное в полном объеме. Затянулось все на два с половиной часа. И все участники просмотра к концу показа находились не в самом лучшем состоянии. Потому Семен загодя ушел на кухню подогреть чайник. Затем к нему присоединились остальные.
Офицеры больше помалкивали, переваривая увиденное на экране ноутбука. Если раньше у них были сомнения в честности Ракитина, то сейчас противопоставить подобному фактору оказалось нечего. Разве что объявить Семена инопланетянином, сбивающим землян с панталыку.
— Пожалуй, нам это сейчас необходимо, — протянул полковник и начал открывать свой портфель, достав оттуда бутылку коньяка. — Как знал, с собой прихватил. Правда, для другого случая. Но все к лучшему!
Мясников тут же полез на полки, а Семен в холодильник.