Страница 17 из 50
Щегловы вообще не поняли, зачем я им звоню. У этой семьи небывалое по нашим меркам количество детей — пятеро. И отсутствие одного пропустили. Отец Павла даже не знал, что сын куда-то уехал и его задержка ничуть не опечалила. Так же без особых эмоций ответили почти все родители парней. Маму Лизы уже успела взбаламутить Шишкина. На меня накинулись с обвинениями и непонятными требованиями. Отнекивался как мог. В самом деле, что за бред: «Седлай свой мопед и ищи девочек»?
Последней в списке была Ирида. Её данных у меня не было, а Вовка не отвечал. Впрочем, как и куратор. У того точно должны быть данные всех ребят из нашей группы. Но, по словам Ильи Валерьяновича, он где-то за пределами Москвы.
Больше в этот день ничего существенного не случилось. Я спокойно приготовил ужин и пораньше ушёл спать. Правильно поступил, между прочим. Тревожить звонками меня начали с шести утра.
Сопоставив оба события: похищения и пропажи группы, правоохранительные органы засуетились. Вообще-то мне показалось, что их больше обеспокоила пропажа дирижабля, а не людей. В любом случае городские правоохранительные службы и СБ Центра объединили усилия и потребовали к себе свидетелей.
Мама деловито рассовала по карманам и кобурам пистолеты. С сожалением посмотрела на автомат и прихватила ещё несколько снаряжённых магазинов. Неон на эти сборы посмотрел скептически и взял всего один пистолет, впрочем, как и я. Чего нам опасаться в управлении правопорядка, никто сказать не мог, но пусть будет иллюзия защиты.
По пути Неон выцепил своего напарника, и они прилетели к зданию вдвоём на одном вертолёте. Протон Воробьев был посвящён братом в проблемы ещё предыдущим вечером и вводить в курс дела его не потребовалось. Напарник Неона, по сути, и не нужен был, но расследование и поиск обязательно организуют, и по этой причине Протону нужно всё знать.
Ничего нового из того, что мы сообщили в Туле, не добавили. Данные из лаборатории по топливу из вездехода были неоднозначными. Точно можно сказать, что это не из княжеских земель и не Каспийское.
Эсбэшников Центра ожидаемо интересовал дирижабль. Потеря транспорта такого размера — это серьёзный проступок. Я под это дело выпросил список членов экипажа. Заранее подозревать Ириду и её отца не стал, как и не стал говорить об этом с кем-либо из службистов.
Фамилии в списке оказались совершенно незнакомыми. Отца Ириды Ивановой в них не было. Девушка заходила в кабину к пилотам, но скорее всего это связано с её практикой и желанием покрасоваться перед одногруппниками своими умениями. Эти выкладки я и озвучил.
— Иванову срочно допросить, — заявил эсбэшник.
— Пропала, на связь не выходит, — поспешно сообщил я, добавив информацию о других участниках похода.
Провели мы в управлении несколько часов. Зачем столько — я не понял. Суть решения вопроса в трёх словах — группу нужно искать.
Небывалое событие всколыхнуло всю СБ Москвы. Давненько ничего подобного не случалось. Поиски затевались крупномасштабные, вертолёты организуют из Тулы. Долгих сборов не предполагалось. Когда Центром было принято решение, всё закрутилось с бешеной скоростью. Мама слетала домой за вещами и оружием. Я успел прикупить кое-чего съедобного в автомате, поскольку насчёт пайков имел большие сомнения. Неон согласовывал действия поисковиков, старшим у которых был назначен Святослав Корнилов.
Он не только за безопасностью на заводе следит, но и является центровым безопасником Синего сектора. Его напарник Юрий Гора успел к нам присоединиться в последний момент. Мы уже загружались в вездеходы, когда приземлился вертолёт этого мужчины.
Кстати, о вездеходах. Мы с братом обменялись многозначительными взглядами, стоило нам увидеть эту технику. Мама пожала плечами и сообщила, что это резервный фонд.
Уж не знаю, что там за резерв такой, но воруют, похоже, не только дирижабли, но и прочую технику. Эти пять штук были близнецами того, что остался в Туле.
— Зачем лабораторные исследования топлива делали? И без этого всё понятно, — со злостью попинал Неон гусеницы выделенного нам вездехода.
Об участии мамы в походе ничего сказано не было. Пользуясь тем, что никто не огласил общий список, мама сообщила, что поведёт наш транспорт.
Неон получил на складе две палатки, это помимо тех спальников, что мы взяли из дома. Сухпайки и канистры с горючим нам также выдали как участникам поисковой операции. Оружие предполагалось у каждого своё.
С маршрутом движения получилось не всё однозначно. Тот Юрий, что назывался Гора, а на вид мог претендовать на звание «холмика» (мелкий и тщедушный), заявил, что лучше всего соблюдать точность движения. И для этого нужно обогнуть трассу по большой дуге, чтобы точно не попасть на предполагаемый маршрут и уже в Туле «идти по следу». Откуда там появится след?
— А если ребятам нужна помощь? А мы ещё больше затянем их поиск? — возразил я такому долгому путешествию до начала старта.
Мнения разделились. Корнилов и Гора хотели скрупулёзно повторить путь группы. Мы вчетвером были против. Водитель третьего вездехода с прицепом своей точки зрения не имел и воздержался от заявлений. Отправлялись мы на трёх машинах. Оставшиеся два вездехода двинутся искать дирижабль. Им выдали специальную рацию для передачи сообщений на дальние расстояния, и вездеходы рванули своим ходом в Орёл.
— Как старший по званию… — начал продавливать своё мнение силовым методом Корнилов.
— Если кто-то из детей за это время умрёт, я тебя пристрелю, — пообещала мама, чем решила спор в свою пользу.
— Жека, скинь всем ваш предполагаемый маршрут, но в обратном порядке, — попросил брат.
— Через Белый сектор в Жёлтый, два Серых сектора, свалка в Бутово и прямо до Подольска… — начал я перечислять наш путь с конца.
И, собственно, так мы и поехали, понадеявшись, что группа не отклонилась от запланированного маршрута.
К моему удивлению, дорога до Подольска порадовала своей лёгкостью. На такое расстояние наверняка ездили без проблем даже на электромобилях. Зимой здесь вряд ли чистили дорогу, но летом не раз проезжали охотники за мясом оленей и работники с ретрансляторов.
Насколько я помнил, постоянно в Подольске никто не проживал. Смысла не было. Москва с её комфортом рядом. Для рабочих в этом посёлке постоянно поддерживали удобства в домах рядом с трассой. Там мы и остановились на ночёвку.
Неон с напарником быстро нашли на базе электромобиль, проверили заправку и прокатились по доступным для проезда местам, чтобы убедиться в отсутствии людей. Мама же исследовала базу на надёжность и защищённость. Меня по умолчанию поставили на готовку ужина.
— Сетка высокая. Никто из зверья не проберётся. На ночь хватит системы сигнализации, — первой отчиталась мама старшему группы — Корнилову.
— Людей нет, и были ли ваши, спросить не у кого, — поведал Неон.
— Мопеды не заметили, — дополнил Юрий Гора.
Это он просмотрел по камерам. Запись видео на базе не велась, но в режиме реального времени можно было просмотреть весь периметр. Для отчётности позвонили по всем абонентам. Убедились что по-прежнему никто не отвечает, и, собственно, на этом первый день поисков завершился.
Я же укладывался в спальник, когда на связь вышел Вовка, а узнав, что я отправился искать группу, в очередной раз устроил скандал.
— И как бы я объяснил твоё присутствие? — не понял я сути претензий.
— Я же психолог, обязан быть с вами!
— Антонов, ты сам себе противоречишь. Вначале оставляешь ребят, а после заявляешь, что обязан быть рядом, — заметил я. — Подумай над тем, чтобы пройти повторную аттестацию. Возможно, психология не твоё.
— Да как ты смеешь⁈ — начал возмущённо Вовка и сам же первым отключил браслет. Неон, сидевший рядом, от которого не укрылась наша беседа, заметил:
— Кажется, у тебя больше нет ни друга, ни психолога.
— Посмотрим, — не стал я обрывать концы многолетней дружбы.
Как ни крути, но с Антоновым мы почти десять лет вместе. Нужно принимать людей с их ошибками и недостатками. Хм… это я в статейках по психологии прочитал. А Вовка, похоже, до них не добрался.