Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 99 из 576

— Мисс, Господин сказал мне заехать за Вами, выходите.

— Я устала, — равнодушно произнесла Мила.

Сегодня была пятница, а еще она даже не успела забрать Дениску. Другие дети на выходных возвращались домой, а у нее же, однако, не было возможности забрать своего сына. Плюс ко всему Леонид Платонович ей только что так много всего наговорил, из-за чего она почувствовала невообразимую усталость!

— Мисс, Господин передал, что если Вы не пойдете, то только на свой страх и риск.

— Поняла, — Милана горько дернула уголками губ. Черт возьми, то, что должно произойти, обязательно произойдет!

***

— Не виделись пару дней, а ты, похоже, уже и не так рада видеть меня? — Господин Лис на удивление переоделся в белый повседневный костюм и, зажав между пальцами сигарету, уселся на белом диване.

После той ночи, после того как она впервые увидела его, сердце Миланы пронзило болью. Хоть он и она зачли ребенка, однако, мужчина так и не являлся ей ни любовником, ни мужем. Между ними просто была равнодушная сделка. Какие же все-таки странные эти отношения!

— Я просто лишь хочу увидеть своего ребенка. Просто лишь хочу побыстрее сделать это! — она чувствовала, что вот-вот не выдержит.

Тогда мужчина обратился в ее сторону:

— Иди сюда. Давай, иди же.

Милана, повесив голову, казалось, не слышала оклика Господина Лиса.

— Иди сюда, — его интонация стала тяжелее, а высокое тело слегка покачнулось. В голосе так и слышалось нетерпение.

Тогда девушка медленно прошла вперед и встала прямо перед Господином Лисом.

Лис, подняв глаза, посмотрел на Милу. Она стояла прямо перед ним, из-за чего его голова находилась на уровне ее груди. И с каким же он благоговением смотрел на ее приподнятую грудь, которая при каждом вздохе поднималась, а потом заново опускалась.

И вдруг Господин Лис резко обхватил девушку руками и глубоко зарылся своим лицом в мягкие долины ее грудей! Мужчина обнимал Милу с такой силой, что она не могла унять дрожь во всем теле. Ее кошмар вот-вот должен был повториться вновь.

Он обхватил руками стройную талию девушки и втянул теплый аромат ее тела. Его обжигающее дыхание проникало сквозь бортик одежды Миланы и опадало прямо на голую, прохладную и гладкую кожу, из-за чего все чувствительное тело женщины затрепетало.

Она положила руки на плечи мужчины напротив и откинулась назад, подсознательно пытаясь избежать близости с ним. А ее мысли в это же время были заняты тем, как стянуть маску с его лица. Рука девушки медленно перемещалась за его ухо, пытаясь найти ленту, что была сзади.

И как только она провела рукой, рука мужчины внезапно сжала ее:

— Не смей снимать. Иначе не увидишь своего сына.

— Стыдно показаться на глаза?! — она стиснула зубы.

— Да! — он же поджал губы.

И тогда, потянув ее за плечи, Лис с силой дернул Милу, и она, споткнувшись, не удержалась и упала на его колени.

Запах алкоголя! Да он же был пьян!

Мужчина взял ее на руки, и его горячее дыхание оглаживало красивое личико Миланы, из-за чего ей пришлось отвернуть лицо. Он выдыхал настолько сильными алкогольными парами, что даже сама девушка немного опьянела от этого.

— Будешь вино? — он задал вопрос.

А затем Лис опустил ее на диван. Он встал, подошел к винному шкафу и налил два бокала красного вина. Стоя и глядя на нее сверху вниз, мужчина протянул ей один из них:

— На, выпей. Сегодня ты выглядишь довольно уставшей, вино поможет тебе расслабиться.

Но девушка, однако, не стала брать его:

— Я... я не пью. — Пробормотала что-то невнятное Милана.

Но если же действительно можно напиться и унять свои печали, то она готова пойти на это.

Господин Лис долгое время смотрел на Милану. Его взгляд блуждал по ее длинным темным волосам и перемещался на ее тело.

Бледное, красивое лицо девушки покрылось слабым румянцем от его взора. Она прикусила своими белоснежными зубками блестящие губы, а ее вид так и кричал о робости и застенчивости.

— Не будешь пить? — Господин Лис прочистил свое горло, чувствуя хрипоту. Все его тело снова воспламенилось.

Он опустил голову. Таким образом мужчина скрыл уголки рта, что несдержанно изогнулись. После Лис поднял свой бокал и, сделав большой глоток, резко схватил Милану и прильнул к ее губам!

И в этот шокированный для нее миг вино из его рта перелилось в рот девушки. И горький вкус тут же, словно огонь, скользнул по горлу Милы и попал ей в желудок.

— Кхе-кхе-кхе... — Милане было до ужаса тяжко. — Кхе-кхе-кхе...

И тогда, подавившись горьковатым вином, девушка неудержимо закашляла, а ее красивое лицо окрасилось в красный. Она подняла свои слезящиеся от удушья глаза и сердито зыркнула на Господина Лиса, который намеренно совершил эту грубость.

А вот Господин же не мог не рассмеяться вслух над ее реакцией. Милана уставилась на его грудь, что от смеха ходила ходуном, прикусила губу и ничего не сказала.

— Не умеющие пить такие хрупенькие.

Мила упрямо закусила губу.

Лис же поднял свой бокал и сделал еще один глоток.

Девушка окинула его взглядом, а потом подошла, и, взяв второй бокал, решительно глотнула. Как же терпко! Как горько! У нее снова начался сильный кашель, но как только крепкое вино упало в ее желудок, голова девушки, наполненная горем и ненавистью, стала мутиться. Эти ощущения были настолько приятными, что Милана сделала еще один огромный глоток, не обращая внимания на ухмыляющийся взгляд Господина Лиса рядом.

Бутылка заканчивалась, а бледное личико красавицы постепенно краснело. Тело же медленно начало лениво наклоняться в сторону спинки дивана:

— Давай еще одну.

И вот так вот выяснилось, что алкоголь действительно может помочь забыть о своих бедах и горестях!

Господин Лис принес бутылку, и Милана сама взяла ее, не дожидаясь, пока он нальет. Девушка пила прямо из нее, а голова ее становилась все тяжелее и тяжелее по мере того, как напиток все убывал и убывал.

В конце концов, вышло так, что Господин Лис не выдержал и уже просто выхватил бутылку из ее рук. Чертова женщина, это же коньяк, а не простая вода! С самыми лучшими намерениями он хотел помочь ей облегчить ее заботы, но вот никак не ожидал, что она научится пить!

— А ну-ка отдай! — от крепкого алкоголя у Миланы уже кружилась голова.