Страница 559 из 576
Глава 334. Ты не можешь отказать мне
Когда Мария и Ярослав ругались, внезапно зазвонил телефон на ресепшене.
— Босс, к Вам приехал господин Матсуда, сказал, что хочет поговорить с Вами о сотрудничестве.
Ичиро Матсуда?
Улыбка на лице Миланы застыла, хотя мужчина и спас её, но с того дня, каждый раз встречая его, она машинально хотела избежать встречи с ним.
Услышав об Ичиро, Мария тут же потеряла желание продолжать спорить с Ярославом:
— Кстати, босс, этот господин Матсуда приходил все эти несколько дней и по непонятной причине говорил, что хочет обсудить сотрудничество с нашей редакцией, но приходя каждый раз и слыша, что Вас нет, этот господин тут же возвращался, говоря, что обсудит сотрудничество с Вами после Вашего возвращения.
— Обсудит со мной сотрудничество после моего возвращения? — Мила сильно нахмурилась, не осмеливаясь поверить в сказанное девушкой. Она уже была замужем, к тому же, у неё был милый и сообразительный ребёнок, Матсуда знал обо всём этом, но эти выходящие за рамки дружбы действия не могли не заставить Захарову задуматься.
— Маша верно говорит, — Ярослав сделал шаг вперёд и с суровым выражением лица продолжил, — Этот господин действительно так сказал, мне кажется, что Вам стоит хорошенько это обдумать, ведь это не какой-то пустяк, это известный журнал, если нам правда удастся посотрудничать с ними, то это принесёт нашему журналу только пользу, недостатков нет, но для обсуждения вопросов сотрудничества господин Матсуда непременно хочет встретиться с Вами, поэтому я едва ли могу не усомниться в его намерениях.
— Я поняла, будьте спокойны, я буду осторожнее, — Мила кивнула, а затем сказала на ресепшене позволить мужчине войти. Хотя она до конца и не понимала цели Ичиро, Захарова не могла оставить его за порогом.
Вскоре Матсуда вошёл с букетом свежих лилий в руках. Увидев Милану, он сразу приблизился к ней и протянул ей цветы:
— Мила, поздравляю тебя, ты наконец выписалась и сегодня отлично выглядишь.
— Спасибо, — Захарова с улыбкой взяла цветы так, словно в этом не было ничего удивительного, — Мои сотрудники сказали, что господин Матсуда эти несколько дней приходил в редакцию, чтобы обсудить со мной сотрудничество, на самом деле Вам не стоило так утруждаться, потому что большая часть рабочих мероприятий является обязанностью этих двух сотрудников.
Ичиро улыбнулся и не ответил Милане, напротив, многозначительно посмотрев на неё:
— Так или иначе ты не откажешь мне, верно, Мила?
После этого Милана от обращения «Мила» покрылась мурашками, неестественно засмеялась и отложила в сторону букет, который держала в руках:
— Разумеется, в рабочих вопросах у меня нет причин отказывать Вам.
Милана намекнула об остальном так, что они оба поняли и не продолжили мусолить эту тему:
— Тогда мы можем договориться об обеде, чтобы обсудить за столом конкретные детали нашего сотрудничества?
— Разумеется, можем, — Милана кивнула, — Я возьму с собой нашего главного редактора.
Улыбка на лице Ичиро на мгновение застыла, после этого он больше ничего не сказал. Они снова обменялись любезностями, после чего Милана первой попрощалась под предлогом возвращения домой.
По непонятной причине сегодня в особняке Коноваловых было особенно тихо и пусто, Захарова не увидела даже одного силуэта, не было никакого следа даже и от обычно встречающей её тёти Тины
— Как странно, — Мила слегка нахмурилась и огляделась по сторонам, — Куда все ушли, тётя Тина? Ты здесь?
После этого никто не откликнулся. Может быть, у всех одновременно появились дела, поэтому они вместе вышли? Милана опустила глаза и, положив сумочку на диван и сняв туфли на высоком каблуке, собралась подняться на второй этаж. Но когда Захарова переобувалась, сумочка с дивана внезапно исчезла. Милана моргнула и в оцепенении взглянула на диван, подумав, что ей показалось:
— А где… моя сумочка?
Именно в этот момент из-за лестницы внезапно раздался шорох, который в тишине казался особенно неожиданным. Вдруг Милана невольно насторожилась и покрылась вся мурашками, посмотрела по сторонам и, взяв ножницы для кустарников в саду, осторожно заглянула за лестницу.
— Кто там? Выходи.
В то мгновение, когда Мила наступила на лестницу, в воздухе снова раздался грохот, и словно бесчисленное количество фейерверков рассыпалось над головой женщины. Дениска в коротком серебряном пиджаке вышел из-за вазы, стоявшей за лестницей, а за ним размеренно последовал Леонид:
— Мамочка, удивлена? Сегодня 100 дней со дня вашей с папочкой свадьбы!
— 100 дней с нашей свадьбы? — Милана моргнула, будучи окончательно введённой в заблуждение сценой перед глазами.
— Да, Мила, — в руках Леонида был букет красных роз, он, как и Дениска, был одет в серебристо-белый костюм и с любовью смотрел на Захарову.
Он редко носил такие яркие цвета, возможно, из-за его стиля Мила видела Коновалова в чёрном, сером, тёмно-синем костюме, но ни разу в белом. В белоснежном цвете Леонид выглядел намного мягче, будучи похожим на принца на белом коне, собирающимся жениться на ней. Вот так в оцепенении Мила на него и смотрела.
На лестнице стояли тётя Тина и дворецкий, возле каждого из них был отряд слуг так, что они стояли в два ряда по обеим сторонам от входа на лестницу, держа в руках корзины с цветками и насосы и, прищурившись в улыбке, смотрели на Милану:
— Желаем господину и госпоже счастливых 100 дней со дня свадьбы, надеемся, что Вы будете жить в согласии веки вечные.
Это всё произошло чересчур неожиданно, отчего Захарова совершенно потеряла способность отреагировать должным образом:
— Спасибо вам, — Милана в оцепенении смотрела на сцену перед собой и механически всех поблагодарила.
Преподнеся поздравления, тётя Тина и дворецкий вместе со слугами весьма проницательно ушли, предоставив личное пространство трём членам семьи.
— Ну что, мамочка, ты была особенно удивлена? Очень рада? — Дениска вприпрыжку подошёл к матери и приподнял белоснежное и мягкое, как пирожок, личико, — Это всё неделю назад придумал папочка, в ту неделю, когда ты заболела и была в больнице, мы все были заняты этим, поэтому даже когда я очень хотел проведать тебя, я сдержался, чтобы сделать тебе сюрприз, — Дениска одновременно говорил и наклонил голову, трогая пальцами рот и серьёзно размышляя, — Кстати, папочка сказал, что это, как же это называется, а, точно — игра в кошки-мышки!
Услышав это, Милана обомлела и с любовью посмотрела на Леонида:
— Посмотри на себя, чему ты учишь нашего сына, что за кошки-мышки!