Игрушка в лапах судьбы

Глава 288. Милана, какая же ты лицемерка!

Прямо на глазах у шокированных коллег Татьяна чуть проползла вперед и ухватилась за ногу Миланы.

— Босс, я знаю, что совершила ошибку, умоляю, дай мне еще один шанс! Если ты позволишь мне остаться, я никогда больше не сделаю так снова, я понимаю, что моя работа никуда не годится, но я буду очень стараться, чтобы улучшить свои навыки, и больше не пойду нечестным путем.

Мила тоже опешила от такого неожиданного поступка девушки, однако слова Татьяны тронули ее, поэтому она вздохнула и, немного попятившись назад, сказала:

— Сейчас уже слишком поздно об этом говорить, ведь дело уже сделано, но ты должна хорошо потрудиться и тогда можно будет начать все сначала.

Татьяна не была глупой, она быстро поняла смысл этих слов, Милана не собиралась принимать ее обратно на работу. Она с ненавистью во взгляде посмотрела на своего босса, а потом поднялась с колен.

— Милана, какая же ты лицемерка! Так красиво говоришь, а что толку, ты все равно уволила меня и взвалила всю ответственность на мои плечи, поэтому не надо здесь притворяться великой спасительницей, меня уже тошнит от тебя!

Сказав это, девушка наконец почувствовала удовлетворение, но, оглядевшись по сторонам, она заметила, что взгляды всех сотрудников редакции устремлены на нее. На Татьяну смотрели так, будто она была каким-то клоуном, и это просто вывело ее из себя.

— Эй, а вы чего уставились? Рано или поздно это случится и с вами, думаете я ни на что не годна, думаете я такая бедненькая, а вы все намного выше меня? На самом деле, это не так, мы все одинаковы, просто я отчетливо вижу реальность, а вы нет.

— Где это мы одинаковы? — Шепотом возразил один практикант. — Мы никогда не допустим, чтобы с нами случился такой позор, ты совершила плагиат, да еще и все отрицала.

— Да, — хором поддержали практиканта остальные сотрудники. — Если бы изначально ты не украла статью, первый номер журнала не стал бы таким успешным, и мы получили премиальные, но теперь денег нам не видать и все из-за тебя. Плюс ко всему редакция понесла большие убытки, а ты даже не можешь достойно понести ответственность за то, что сама же и натворила.

Татьяна не ожидала, что все такого мнения о ней и пришла в ярость.

— Что все это значит? Вы обвиняете меня во всем? Да, что я снова сделала, да, я украла статью, но разве я не попросила прощения за это? Чего вы еще хотите?

Милана стояла и смотрела на девушку, как на какую-то ведьму, в ее взгляде читалось разочарование.

— Татьяна, просто уходи, не заставляй меня звать охрану, если ты уйдешь сейчас, возможно, между нами, еще останется хоть капля уваЯрославая друг к другу.

— УваЯрославае, зачем мне твое уваЯрославае, разве я смогу оплатить им счета?

На лице Татьяны появилась кривая ухмылка:

— Такая девушка, как ты, которая далека от реальных проблем и, которая думает только о прекрасном, не может понять нас, обычных людей. Конечно, у тебя же есть твой большой начальник, он не жалеет на тебя денег и души в тебе не чает, а у нас что? Кроме зарплаты у нас нет больше ничего, поэтому, какое право ты имеешь стоять здесь и учить нас жизни?

— Не говори за всех, говори только за себя.

Послышался голос Марии, которая только что вернулась в редакцию и застала эту сцену. Девушка стояла, нахмурившись, и недобро смотрела на Татьяну.

— Какого черта ты здесь устроила, неужели до тебя еще не дошло, что ты уволена? К тому же, ты прекрасно знаешь, за что тебя уволили, не надо строить из себя невинную овечку!

— Это я строю из себя невинную овечку? — злобно усмехнулась девушка, отошла назад и враждебно уставилась на Марию. — Раньше, когда мы работали вместе, я не нравилась тебе, и теперь ты навешиваешь на меня ярлыки? На мой взгляд, строишь из себя невинную овечку как раз ты, а не я, ведь если бы не ты, думаешь, все сотрудники объявили бы мне бойкот.

Мария поджала губы, она не хотела больше разговаривать с Татьяной, к тому же, девушка уже была без настроения из-за всей этой ситуации с журналом «Кусиро», поэтому она просто махнула рукой и позвала охрану.

— Прошу вас, уведите ее отсюда, она не работает в нашей редакции

Татьяна вытаращила глаза, она не могла поверить в то, что ее выгоняют с таким позором.

— Маша, кто дал тебе право так поступать?!

И тут наконец в их перепалку вмешалась Милана, она с каменным лицом посмотрела на девушку и сказала:

— Я дала ей это право, ты не из нашей редакции, а я уже поступила в высшей степени гуманно, выслушав все, что ты здесь наговорила. — Сказав это, Мила больше ни разу не взглянула на Татьяну, она развернулась и приказала охранникам увести ее.

— Милана, ты обязательно пожалеешь о том, что сделала сейчас!

— Босс, ты просто так отпустишь эту ненормальную? — Встревоженно спросила Мария, когда фигура Татьяны исчезла из поля зрения. — Если ты вот так отпустишь ее, бог знает, что она потом может натворить.

— Ничего, пусть идет.

Милану это совершенно не заботило.

— Так или иначе, вся шумиха уже улеглась, в редакции тоже все нормально, в будущем мы просто будем строже проверять статьи на плагиат, чтобы не возникало больше таких проблем. А что же касается Татьяны, она теперь не имеет никакого отношения к нашему журналу, поэтому пусть делает, что хочет.

— Ладно, но мы все равно должны сделать заявление в качестве доказательства, чтобы потом они не устроили скандал из-за этого дела, и мы снова не упали в грязь лицом. — Сказала Мария, затем подумала немного и добавила: — Сделаем так, я сейчас напишу в микроблоге что-нибудь расплывчатое обо всей этой ситуации, таким образом мы обезопасим себя от всяких скандалов и недопониманий.

— Хорошо.

Кивнула головой Милана, а потом опустила голову, взглянула на часы и поняла, что встреча со сценаристом, о которой она договорилась еще в тот день, вот-вот начнется. Девушка привела себя в порядок и, убедившись, что все нормально, взяла свою сумочку и направилась к выходу.

— Тогда, так и порешали, это дело я беру на себя. Ты занимайся своими делами, и я буду спокойна.

— Хорошо.

Мария проводила взглядом Милу, развернулась и уже хотела было пойти к своему рабочему месту, как тут вдруг ее остановил Ярослав. Девушка посмотрела на него и невольно нахмурилась.

— Директор, что такое?

— Кхэ. — Кашлянул Ярослав, как будто для того, чтобы смягчить неловкость.