Игрушка в лапах судьбы

Глава 205. Спасибо тебе и Миле

«Лёня, мисс Захарова:

Здравствуйте, когда вы увидите это письмо, меня уже не будет в городе H. Я знаю, что Лёня спросит меня, где ваш ребенок, он точно знает, что последние страницы дневника были вырваны мной, но там в самом деле не говорится о том, в каком месте ваше дите! Лёня, я знаю мы, две сестры, совершили тягчайший грех, и впредь буду молиться за вас каждый день, надеюсь, вы как можно скорее найдете своего ребенка! Извините! Скажу это снова — извините! —— Яна».

— Вот так просто? Она вот так просто исчезла? Но она знает того союзника! — удивился Коновалов Леонид, — Она знает и не сказала нам, куда она, в конце концов, ушла?

Абрамов Егор покачал головой:

— Не знаю, она оставила мне только это письмо.

Он горько улыбнулся, думая о письме Яны, написанном так решительно, сердце мужчины заболело, Егор подумал, что, должно быть, догадывался, куда она ушла, но если Яна действительно надеялась, что это ее прибежище, то он не позволит больше беспокоить ее!

Егор только взглянул на Леонида, а затем на Милу, сочувствуя им за то, что они не могли найти ребенка, но ничего не мог поделать. В голове мужчины всплыло то письмо Марковой, она сказала:

«Егор, в этой жизни я сожалею только о том, что не встретила тебя раньше! Ты такой солнечный, такой тактичный, такой выдающийся и стройный, а я такая подлая и гнусная, и в то же время такая грязная, как я могу соответствовать твоему благородству? Егор, прости, что я снова сбежала! Я ушла в место, где смогу получить спасение для своей души, не беспокойся, я не покончу с собой, не наврежу себе и не погублю себя! Я буду жить как следует, я буду молиться за твое счастье в том залитом солнечным светом пристанище, забудь меня, найди себе чистую и простую девушку, женись на ней и заведи детей, это именно то, что я хотела бы увидеть. Егор, я знаю, что я снова эгоистична, я бросила тебя, отправившись за успокоением души в одиночку, я снова начала думать только о себе, прости меня, все, о чем я знаю в этом мире, — это ты, тот, кто любил меня больше всех! Полюби еще раз, хорошо? Не ищи меня…»

Из церкви вдалеке донесся теплый звук пианино. Одна девушка в монашеской одежде сидела за пианино и играла детям веселую мелодию…

— Егор, ты правда не знаешь, куда уехала мисс Маркова? — Милана подумала, что Абрамов, должно быть, знает об этом.

— Я тоже не знаю, — Егор покачал головой, — Если бы она хотела, чтобы я знал, может, Яна бы и не уехала. Она хочет начать новую жизнь, думаю, если Яна и вправду все осознает, я уважаю ее выбор.

Если она чувствует себя счастливой и чувствует, что все хорошо, то и он чувствует счастье и радость.

— Леонид, что же делать с нашим ребенком? — тихим голосом спросила Мила. Она совершенно смешалась в этот момент, девушка думала, что Яна могла об этом знать, но она исчезла.

Лицо Коновалова было очень мрачным, но он решительно ответил:

— Я найду! Пойдем домой!

Милана кивнула и встала.

— Егор, береги себя, до свидания!

Абрамов открыл рот и наконец кивнул.

— Вы тоже берегите себя!

Леонид кивнул, взял жену за руку и вышел.

Буквально через несколько шагов Егор остановил их.

— Леонид, Мила, может быть, то есть, если я не ошибаюсь, может быть, Яна ушла в такое место, которое поможет ей не запутаться, и в этом месте, должно быть, можно спокойно раскаяться. Но я не уверен.

Коновалов опешил.

— Ты хочешь сказать, что она могла уйти в монастырь?

— Может быть, — кивнул Абрамов.

— Я дам тебе знать, если найду ее! — говоря это, Леонид сразу же позвонил и стал искать монастыри и храмы по всей стране.

***

Семья Андреевых.

«Тук-тук» — несколько раз прозвучал стук в дверь, Андреева Ольга знала, что это Тимур:

— Не раздражай меня, я хочу побыть одна.

— Оля, ты прячешься от меня весь день! С тех пор, как нашелся Сергей, и до нынешнего момента ты прячешься от меня, почему? Оля, открой дверь, давай поговорим! — раздался снаружи голос Тимура.

Девушка закусила губу и не знала, с каким настроением смотреть ему в глаза. Ей было не нужно, чтобы он был каком-то образом с ней из-за ответственности, и, если только из-за ответственности, ей этого никогда не будет не нужно.

— Открой дверь! — понизил голос Андреев, — Если ты не хочешь, чтобы я выломал эту дверь, открой ее!

— Я не хочу тебя видеть, хочешь ты ее выломать или нет.

— Я действительно выломаю!

— Можешь позволить мне побыть в тишине? — закричала Ольга, — Я сказала, что не хочу тебя видеть, значит не хочу

Теперь, когда ребенок найден, нет необходимости в том, чтобы рука об руку искать его, она только и хотела скорее найти ребенка Леонида и Милы, а затем постепенно сблизиться с Сергеем и вернуть его.

Ах! Вернуть? Действительно ли возможно вернуть? Согласится ли ребенок быть с ней? И, куда они пойдут, вернув его? Как папа с мамой согласятся отдать его ей? И как она сможет лишить ребенка отцовской любви? Подумав об этом, она почувствовала себя еще более подавленной.

— Оля, открой дверь! — все еще кричал мужчина снаружи.

Девушке ничего не оставалось, и она открыла дверь дверь.

Как только дверь открылась, они встретились взглядами, она увидела его усталое лицо, и в груди Ольги оборвалось, а затем она немного заволновалась и с тревогой сказала:

— Говори, что ты хотел сказать, говори, я выслушаю!

— Оля! — Тимур стоял у двери с серьезным выражением лица и выглядел необычайно спокойным, а потом сказал, — Оля, почему ты прячешься от меня?

— Ребенок нашелся! — сказала девушка, — Что еще можно сказать?

Последние много лет она шла по его стопам, пока не выдохлась, но мужчина даже не оглянулся на нее. И вот внезапно появился ребенок, как он сразу же начал вот так оказывать Ольге внимание. Вспомнив о том, как она следовала за Тимуром, как он снова и снова не смотрел на нее, кто знает, как ей было больно в душе?

Оля смотрела на него с горькой улыбкой в уголках рта.

Мужчина посмотрел на нее многозначительными глазами, немного запутанными, немного виноватыми и очень нежными. Это было неописуемо сложное чувство. Он смотрел на ее упрямое личико и не мог не почувствовать боль в душе. Вспомнив о том, сколько горести пережила Ольга, вспомнив о том, что он ничего не сделал за эти пять лет, и она терпела мучения в одиночестве, в сердце Тимура непрерывным потом лилось чувство вины.

— Оля... — не успел Тимур что-либо сказать, как ему уже перехватило дыхание, — Я знаю, что я виноват перед тобой во всем…

— Если это просто извинение, то я поняла, я совсем не обижена на тебя, все было по моему собственному желанию, это были мои собственные иллюзии. Та ночь была случайностью, ошибкой, тебе не нужно надумывать, даже если будет Сергей, даже если он вернется, мы с тобой не сможем быть вместе! Я не буду думать только о себе и не заберу ребенка, родители и ты нуждаетесь в нем, и что более важно, ребенок нуждается в вас, нуждается в нас всех. Я буду взаимодействовать с тобой, чтобы дать ребенку спокойную обстановку, надеюсь и ты будешь взаимодействовать со мной. И, когда ребенок повзрослеет, ты можешь жениться на другой, я не возражаю.