Страница 391 из 576
Глава 202. Правда раскрылась
Яна стыдливо сказала:
— Леонид, ребёнок, для рождения которого ты искал суррогатную мать, был подменён Ириной, прости меня, ты не знал, поэтому всё время считал этого ребёнка своим, но когда я вчера перебирала вещи Ирины, то нашла дневник. В нём она говорила, что подменила ребёнка на того, которого родила Ольга в Зеленограде
— Ты хочешь сказать, что Сергей — мой ребёнок? — Тимур замер в оцепенении, не осмеливаясь поверить в это, а его красивые глаза широко распахнулись, — Как это могло произойти?
— Я хочу посмотреть на ребёнка! — Ольга крепко сжала руку Тимура, — Леонид, я хочу сейчас же взглянуть на ребёнка.
Леонид же задрожал от удивления, постаравшись успокоить себя, но его голос по-прежнему дрожал:
— Яна, что насчёт моего ребёнка? Где мой ребёнок?
— Я не знаю, — Яна покачала головой и опустила глаза, скрывая лёгкий блеск в них.
Леонид никак не мог поверить в это:
— Тимур, Ольга, не торопитесь, подождите немного. — Сердце Леонида забилось необыкновенно быстро, он не знал, как поверить в эти внезапно всплывшие новости: — Что написано в дневнике? Почему всё так?
В дневнике Ирины было написано так:
«Сегодня я сделала великое дело, я направилась со своим союзником в морг больницы города З., чтобы украсть мёртвого новорождённого, подкупила врача, принимавшего роды у Ольги, она согласилась помочь мне подменить ребёнка. Ха! Ольга и представить не сможет, что рождённый ей ребёнок будет жив, а я подсуну ей мёртвого ребёнка! Она ведь в этот раз от горя покончит жизнь самоубийством?
Будет классно, если она правда умрёт! Тогда я сама смогу завоевать Тимура, а о сегодняшнем секрете никто больше не узнает. Смотря на ребёнка Ольги, я поняла, что он мне правда нравится, когда у меня уже будут свои дети? В тот год, когда Ольга пропала, Тимур ни разу до меня не дотронулся. Я очень расстроена, но он сказал, что возьмёт ответственность за ту ночь. Это то, что больше всего меня утешает!
Я сделала ещё одно великое дело: забрав новорождённого ребёнка Ольги, я совершенно незаметно подменила его на ребёнка Леонида. Я сделала все это, и никто ничего не заметил, это так удивительно. Сестра совершенно не знает об этом, она сегодня была в плохом настроении, всё время пила алкоголь, поэтому никто не следил за ребёнком. Но ребёнку Леонида уже пять дней, он выглядит немного старше, чем ребёнок Тимура.
Я рядом с колыбелькой сравнила двух детей, как ни посмотри, только что рождённый немного меньше. Но, к счастью, Леонид поехал в командировку в США, вернётся лишь через неделю, когда он вернётся, ребёнок уже подрастёт, никто его и не узнает. Если я и мой союзник об этом не скажем, то никто и не узнает.
Леонид предал мою сестру, сестра так страдает из-за этих мучений, я очень беспокоюсь, смотря на то, как моя сестра каждый день влачит бесцельное существование. Я убеждала сестру уйти от Леонида, но она не согласилась, даже прекрасно зная о том, что этот ребёнок родной для Леонида, она смирилась, притворившись, что не знает об этом. Но она все дни напролёт умывает лицо слезами, я ничего с этим не могу сделать! Мне очень плохо в душе.
На самом деле, в то время как я говорю о своей сестре, почему я не говорю о себе? Тимур не любит меня, он мне так нравится, я так люблю его, я точно могла бы вынудить его жениться на мне, но когда я увидела, как он отводит взгляд, то не удержалась и согласилась дать ему пять лет, он сказал, что через пять лет женится на мне. Но правда ли он сделает это? Я очень сомневаюсь.
Я никак не ожидала, что Ольга в ту ночь забеременеет, если бы месяц назад я не увидела её беременную в Зеленограде, я бы правда подумала, что счастье вот-вот наступит! Я думала, что Тимур принадлежит мне одной
Но увидев беременную Ольгу, моя мечта тут же разрушилась, но я не ожидала, что у меня будет союзник, который поможет мне. Я сделала всё идеально. Уже прошёл месяц, но никто так и не заметил подмену детей, ха-ха… Как весело…».
Содержание всего дневника было примерно таким.
Дочитав до конца, Леонид увидел, что несколько последних страниц вдруг были вырваны:
— Яна, а дальше?
Яна покачала головой:
— Есть только это.
Артур всё время стоял неподалёку, выражение его лица было очень спокойным.
Леонид оцепенел:
— Где же мой ребёнок? Куда его отвезли?
Боже мой, почему в этом чёртовом дневнике ничего не говорилось об этом?
— Я хочу поскорее увидеть моего ребёнка! — Ольга взволнованно вцепилась в руку Тимура, — Братец, Сергей и правда наш ребёнок?
Тимур крепко обнял её, у него немного перехватило дыхание, потом он снова взглянул на стоявшего в оцеплении перед ним Леонида, понимая его чувства в этот момент, если Сергей их с Ольгой ребёнок, то где ребёнок Леонида и Миланы?
На лице Леонида было разбитое отчаяние, он мог лишь так в оцепенении смотреть на дневник в руках — как она могла так поступить? Обернувшись, он посмотрел на надгробие — как она могла это сделать? Она действительно очень плохая! Но она мертва.
— Кто её союзник?
От слов Леонида Яна и Артур застыли.
— Она не сказала, — опустив голову, сказала Яна.
Леонид прищурил зоркий взгляд, оглядел отпустившую голову Яну:
— Яна, где оставшиеся страницы? Я хочу прочитать их!
— Я действительно не видела их, я видела лишь эти! — поспешила объяснить Яна.
Леонид перевёл с неё взгляд, ничего в итоге не сказав. Он развернулся: как бы то ни было, он найдёт ребёнка! Он вышел быстрым шагом, Тимур и Ольга последовали за ним. Стоящие позади Яна и Артур будто с облегчением вздохнули.
Егор прищурил свои голубые глаза, подошёл и шёпотом сказал Яне:
— Ты знаешь, кто этот человек?
Яна закусила губу, кивнула, а затем сказала Егору:
— Егор, иди первым к машине и подожди меня в ней, хорошо? Мне нужно поговорить с Артуром.
Взгляд Егора упал на лицо Артура, он не уклонялся от взгляда, был очень спокойным, на его лице не было даже тени, поэтому Егор кивнул и вышел вместе с Павлом, который тоже удивился такому событию, ведь всё это было действительно странно.
Лишь когда на кладбище остались Яна и Артур, в руках у Яны остались несколько страниц, которые она передала ему:
— Артур, я не думала, что ты когда-то был влюблён в меня.
Она сказала это спокойно и прямолинейно. Услышав её слова, Артур замер и наполненным смешанными эмоциями взглядом посмотрел на Яну, на ней уже не было лица, ему действительно было тяжело от воспоминаний, и перед лицом женщины, которая когда-то дотронулась до его сердца он не отпирался:
— Да, Яна, я любил тебя.
Он сжал страницы в руках, он знал, что было на них написано, Яна специально для него вырвала их, ему не нужно было смотреть на них, так как он мог представить их содержание.
— Я не виню тебя, я понимаю. Труднее всего контролировать сердце человека. Артур, я надеюсь, что ты сам всё объяснишь Леониду, куда ты наконец отправил их ребёнка? — тихо сказала Яна.
Артур сжал руку, держащую листы, и покачал головой.
— Яна, я не могу это сделать.
— Почему?
— Это моя личная расплата с Леонидом, можно сказать, с семьёй Коноваловых. Даже если он узнает, я всё равно не скажу ему, куда направился его ребёнок, — необыкновенно твёрдо ответил Артур.