Страница 339 из 576
Она молчала. Хотела уже развернуться и уйти. Смотря на его возвышенное лицо, она не знала, как именно с ним взаимодействовать сейчас. Как можно забыть, что он именно тот человек, что спровоцировал смерть её отца?
— Милана, можно с тобой поговорить? — тихо спросил Леонид, когда она развернулась.
— Мне не о чем с тобой разговаривать.
Её холодная интонация больно кольнула его в сердце. Её хриплый голос звучал так разбито и разочарованно, что она казалась до боли печальной.
— Мила, давай поговорим?
Леонид изо всех сил выдавил из себя улыбку, но вся душа его изнывала по-прежнему. Смотря на лицо Миланы, он ощущал, что его переполняли угрызения совести и стыд.
Милана в глубине души она вздохнула. Её постоянно душила боль. Когда она увидела, как перед ней чахнет Леонид, её сердце охватила ещё большая боль. Как они могут ещё быть вместе? Скорее всего больше не смогут. Несмотря на то, что её мучали терзания и душевные переживания, она всё ещё любила его. В конце концов и правда любила его!
Он вдруг протянул руку, взял её за руку и отвёл в угол под лестницей. Здесь никто не ходит, а значит можно поговорить.
— Извини, я нехороший человек, — в тёмном углу Леонид протянул руку и, как всегда раньше, погладил Милану по лицу, но она не дала ему продолжить.
— Если что-то хочешь сказать, говори! Думай прежде всего о себе. Не стоит так изнурять себя переживаниями. К тому же между нами всё кончено. Я очень долго над этим думала и сейчас считаю, что не смогу дальше продолжать с тобой быть вместе. Если я буду с тобой вместе, я всегда буду считать себя виноватой перед папой. Я не могу этого допустить!
Милана вырвалась из его руки, каменным взглядом посмотрела на Леонида и тихо сказала, что уже столько всего случилось, что поздно оборачиваться назад.
— Мила, твой отец и правда погиб из-за меня, но это не только моя вина. Он правда был пьян сам! — Леонид медленно убрал руку, застывшую в воздухе, а потом с болью произнёс всё это.
— Он никогда не пил! — бормотала Милана. — Как я могу поверить в то, что это грязный слух, который ты запустил в полицию?
— Как я мог так сделать? Мила, ведь есть заключение судмедэксперта. Его нельзя подделать! — мрачный, но влюбленный взгляд Леонида был устремлён на лицо Миланы, которое было холодно, как лёд. С нежностью он сказал: — Милана, дай мне шанс.
— Извини, — сказала Милана, глубоко вздохнув и покачав головой.
— Я не могу быть с тобой. Я не могу себя чувствовать виноватой перед отцом. Я всегда буду ощущать только стыд, если буду с тобой. Я всегда буду печалиться!
На самом деле она будет только так же печальна, если они не будут больше вместе. Почему Бог так любит подшучивать над нами?
— Мила, у нас же дети! Как же быть с Серёжей, если ты так?
У Миланы по спине пробежал холодок. Точно, как же быть с Сережей? А как с Дениской? Дениска и так с трудом принял Леонида. Сейчас она видела. Что Дениске очень нравится Леонид, а Серёжа тем более не захочет расстаться со своей мамочкой!
Но… Она и правда больше не может быть с ним.
— Милана, мы это делаем, чтобы дети не смогли нас простить? — на её лице был сплошной холод, поэтому Леонид принялся умолять. За его спокойной интонацией скрывалась ужасная боль. Пришлось собрать всю боль в кулак и не выпускать её, чтобы вдруг не утерять контроль над собой и не впустить Милану внутрь.
Милана с горечью улыбнулась:
— Я не ненавижу тебя. Просто я не смогу со спокойной душой быть с тобой. Прости!
Она не хотела плакать, но слёзы горько закапали из её глаз. Милана попробовала с силой выдавить из себя улыбку. Белоснежными дрожащими ручками она потянулась к лицу, чтобы смахнуть слёзы, но Леониду она печально ответила:
— Нам лучше порвать.
В этот момент она больше всего на свете захотела броситься к нему на шею и обнять, потому что его грудь такая тёплая и большая. Раньше это была её любовная гавань, но сейчас они постепенно отдалились друг от друга, и всё кончено.
Весь высокий силуэт Леонида задрожал, он, задыхаясь, поднял голову. На его красные глаза наполнились слезами.
— Мила, прости меня! Всё это моя ошибка! Если ты правда этого хочешь, я тебя покину. Я правда очень виноват перед тобой. Позволь мне ещё раз обнять тебя, — вдруг протянул к ней руки Леонид и очень резко прижал к груди, заключив в крепкие объятия.
Если бы тот год он не стал действовать импульсивно и пытаться меряться силами с грузовиком, возможно, это бы не…
— Лёня, береги себя, — Милана устремила глубокий взгляд на убитого горем мужчину перед собой. Она решительно вырвалась из его объятий, развернулась и ушла.
— Мила! — прозвучал отчаянный голос. Милана обернулась и встала, как вкопанная. По щекам текли слёзы градинами. Она вдруг развернулась снова и резко бросилась в объятия к Леониду, обняв его двумя руками.
Её слёзы намочили его грудь. Каждая её слезинка капала прямо в сердце Леонида:
— Лёня, отпусти меня.