Страница 291 из 576
Леонтий поджал губы, отчего-то ощущая, что его осмелились обмануть. Чёртов парень, десять дней пролетят быстро! Если к тому времени он не услышит от дочери долгожданного слова, то вышвырнет Леонида.
— Подожди! — крикнул Леонтий.
Лицо Леонида застыло, не передумал ли тесть?
— Ты уничтожил тех негодяев, которые причинили вред Милане? — Леонтий вспомнил, что приказал Ивану Виноградову расправиться с теми мужчинами, однако кто-то успел сделать это до него.
Леонид облегчённо вздохнул, речь шла о той ситуации.
— Вы так проницательны, от Вас ничего не скрыть!
— Ты не слишком жестоко поступил?
— Оставить их в живых, уже означает отнестись к ним снисходительно! — как он мог позволить блаженно веселиться тем, кто навредил его женщине.
— Однако лишать мужчин самого ценного не слишком великодушно! — покачал головой Леонтий, — ты правда безжалостен!
— Если они не смогут больше заниматься сексом, то у них не получится навредить ни одной женщине! — когда Леонид заговорил о тех мужчинах, его глаза наполнились ненавистью, так не стало его ребёнка, отчего бы ему не стать безжалостным, — они получили то, что заслужили!
Глаза Леонтия вспыхнули, и он едва заметно кивнул:
— Предупрежу тебя ещё раз, здоровье моей дочери сейчас слишком слабое, не заставляй её сердиться!
— Тесть, как я могу рассердить Милану? — Леонид никогда не хотел причинять ей боль!
— Катись отсюда! — тон Леонтия звучал недоброжелательно, однако в глазах виднелось восхищение, это парень действовал расторопно, быстро расправился с теми людьми.
Хотя он сожалел, что не сам отомстил за свою дочь, но чувствовал удовлетворение, если бы он отомстил, то возникало опасение, что месть стала бы более жестокой!
***
Когда Леонид вновь вернулся, Милана застыла от удивления:
— Как ты смог вернуться?
Почему гендиректор не выпроводил его?
Леонид странновато улыбнулся, запер дверь и ответил:
— Больше я не уйду!
— Что? — Милана решила, что ослышалась. Она села в постели, волосы растрепались, подчёркивая её белоснежную кожу, лицо казалось ещё более светлым, теперь она выглядела особенно соблазнительно.
— Тесть уже согласился, позволив мне здесь жить. — Леонид снял обувь, стянул костюм и лёг на кровать, обхватывая её плечи, — супруга моя, время позднее, давай спать!
Милана оторопело смотрела в прищуренные от улыбки глаза Леонида, не понимая, как ему удалось убедить гендиректора, как Леонтий согласился? Ведь гендиректор был полон решимости не позволять Леониду видеться с ней?
— Супруга моя, не сиди без дела, ложись спать! — Леонид выключил свет, оставляя только ночник у кровати и обнял Милану.
Потускневший свет сотворил в спальне двусмысленную атмосферу.
— Кто тебе разрешил спать здесь, уходи, я не хочу спать вместе с тобой! — Милана встревоженно оттолкнула его, но изящные пальцы Леонида накрыли её губы.
— Тс-с-с, — прошептал Леонид, — я не буду трогать тебя, просто обниму.
Он опустил голову, легко поцеловал Милану в висок, и прошептал на ухо:
— Мне не хочется слышать, как ты отвергаешь меня, просто позволь мне быть рядом, чтобы я смог защитить тебя…
Голос Леонида становился всё тише, он уткнулся лицом в волосы Миланы, она хорошо расслышала его горький и разочарованный тон. Печаль и боль заполонили сердце Миланы, она невольно протянула руку и обвила шею мужчины, желая утешить его, положиться, ведь ночь так холодна, ей требовалось его тепло, ровно также и он нуждался в ней.
Высокое и мощное тело Леонида вздрогнуло, он с удивлением и радостью поднял свою голову, глядя в наполненные слезами глаза Миланы, он был тронут своей самой нежной частью души, затем улыбнулся и произнёс:
— Хорошо, не стоит грустить, когда ты страдаешь, моё сердце начинает болеть за тебя!
Девушка сглотнула слёзы, в слабом свете их взгляды переплелись, и время словно замерло…
Внезапно их объятие укрепилось, и они принялись яростно целоваться, поцелуи сыпались на глаза, брови, носы, губы. Настойчивость, волнение и жаждущая тоска друг по другу. Конечности переплелись в крепчайших объятиях, они перекатились, скрещивая руки и ноги….