Игрушка в лапах судьбы

Глава 131. Моя почтенная жена

Какое-то время Коновалов Леонид даже не обращал внимание на то, что она чувствует, и продолжал смеяться, от такого задорного смеха уголки его губ поднялись вверх, образуя дугу, а черты его красивого, мужественного лица немного сгладились.

— Ты сердишься? — со смехом в голосе спросил он, ласково посмотрев на нее и обнаружив, что выражение ее лица, похоже, совсем не изменилось.

Она повернулась и посмотрела на него, поджав губы:

— Не надо так называть меня, в конце концов, еще не известно кто твоя жена.

Она подумала о том, что когда-то он уже говорил о браке с Яной, если бы не постоянные возражения Коновалова Мирона, пожалуй, он давно бы уже женился. Он так легко и без всяких запинок произнес слово «жена», что скорее всего ему уже не раз доводилось делать это.

В его взгляде что-то вспыхнуло, он помедлил немного, а потом твердо сказал:

— Ты и только ты! Мила, ты моя жена!

— Ты называл так кого-то еще, не так ли? — выражение ее лица стало серьезным, а в сердце появилась тревога. — Ты так привычно говоришь это слово, раньше ты часто произносил его, правда?

Леонид ошеломленно уставился на нахмурившуюся Милану, он не знал как объяснить ей все, поэтому, вздохнув, начал осторожно говорить, подбирая каждое слово:

— Мила, ты действительно злишься? Ну ладно, тогда я не буду называть тебя так.

Он был слегка разочарован и подавлен, он впервые кого-то так называл, честное слово.

Услышав то, что он сказал, она еще больше удостоверилась в том, что раньше он называл Яну «женой», она отвернулась и посмотрела в окно машины, ее настроение, которое изначально было неплохим, начало портиться, и она сказала равнодушно:

— Давай, поехали.

Он завел машину, и атмосфера снова стала гнетущей. Леонид не осмеливался начать разговор, потому что боялся, что это снова огорчит ее. Но чем дольше он молчал, тем больше она накручивала себя и думала всякую ерунду.

— Что бы ты хотела поесть? — спросил он очень осторожно, опасаясь того, что это вызовет ее недовольство, и она снова будет игнорировать его.

Сейчас он был немного напуган, ведь он так хотел выплатить долг Яне, но одновременно с этим задолжал Миле, поэтому чувство вины душило его. Он всю жизнь будет расплачиваться с ней!

Леонид отвез ее в один из лучших ресторанов города и попросил, чтобы их посадили в отдельную комнату, где не было шума.

— Зачем ты привез меня сюда? — спросила Милана, когда он вел ее в комнату, ей абсолютно не нравились такие роскошные и гламурные места, а сидеть в отдельной комнате ей было еще больше не по душе.

— Чтобы поесть.

— Но здесь очень дорого! — воскликнула она.

Услышав слова Миланы, официант смерил ее презрительным взглядом, как будто, она была какой-то деревенщиной, от чего она тут же смутилась, закусив губу. А Леонид искоса посмотрел на официанта, прожигая его взглядом, и тот испугавшись, мгновенно опустил голову и больше не смел насмехаться над Миланой.

Леонид обернулся, увидел растерянную Милану и ему стало больно, это его женщина, которая всегда беспокоилась о предметах первой необходимости, а он беспокоился лишь о ней:

— Я забочусь о тебе, ты сильно исхудала, нужно немного поправиться.

— Приготовьте нам самые лучшие и питательные блюда, — велел Леонид.

— Но… — хотела было сказать Милана.

— Возражения не принимаются, — прошипел он, а потом сказал официанту, — ты можешь иди, и не заходи без надобности!

— Хорошо, — официант немедленно вышел.

Вскоре им подали еду.

— Пожалуйста, больше нас не беспокойте, — снова велел Леонид

Подождав, пока они останутся только вдвоем, он притянул ее к себе и посадил на колени:

— Мила!

Она упрямо посмотрела на него, а он крепко обнял ее за талию, не позволяя ей подняться:

— Мила, послушай, я называл женой лишь тебя одну, и в будущем тоже буду называть так только тебя.

Наконец, честно и откровенно сказал он ей. Внутри у нее все задрожало, ей было трудно поверить в то, что она только что услышала, однако выглядел он довольно серьезно.

— Я думал, что это самое искреннее проявление моих чувств к тебе, ведь так можно называть не каждую женщину, я назвал тебя «женой» от чистого сердца.

Она вдруг очень расчувствовалась, услышав это, прикрыла глаза, и по ее щекам вниз покатились слезы.

— Не плачь. — мягко сказал он ей и неуклюже начал вытирать слезы своими длинными пальцами.

— Ты действительно не называл так Яну? — тихонько спросила она, из-за своего поведения даже она сама презирала себя, однако, так она по-настоящему выражала свои чувства.

— Нет! — замотал он головой.

На ее мокром от слез лице, наконец, появилась улыбка.

— Жена? — снова сказал он Милане, и на этот раз она не стала сопротивляться, напротив, она схватила его за шею и потянулась к нему своими ярко-красными губами.

Когда их губы соприкоснулись, сердце Леонида забилось с бешенной скоростью, счастье переполняло его, и он тут же взял инициативу в свои руки, он настойчиво залез к ней в рот кончиком своего языка… Он целовал ее и одновременно с этим засовывал свою руку к ней под одежду, на ней был его пиджак, который мешал ему стянуть с нее свитер, и его рука то опускалась ниже к ее изящным бедрам, то снова поднималась наверх к груди, дразня ее…

Черт, она абсолютно не умела сопротивляться ему…

— Леонид! Отпусти… отпусти меня!

— Называй меня муж! — прокричал он, зарывшись головой в ее свитер, он целовал и легонько покусывал ее нежную кожу, оставляя на ней засосы и следы от зубов.

— Прекрати! — после беременности ее тело было особенно чувствительным, и она совершенно не могла противостоять ему. — Прошу тебя, не надо!

— Что не надо? — усмехнулся он и прекратил эти мучительные поцелуи, однако его глаза продолжали нагло пялиться на нее, он не хотел ее отпускать.

Она отдышалась, не в силах дать ему отпор.

Леонид посмотрел на Милану, ее красивое личико слегка подрумянилось, длинные ресницы наполовину закрыли ее черные глаза, а ее бледная кожа стала красноватой и такой соблазнительной, будто бы поспевший плод. Мужчина чувствовал, как колотится его сердце, он прошептал ей охрипшим голосом:

— Мила, я уже не могу ждать.

Он жадно уставился на ее очаровательное личико, оно опьяняло его, не выдержав, он провел пальцами по ее щеке, опустился к подбородку и слегка приподнял ее голову так, чтобы их взгляды встретились. Однако она не осмелилась посмотреть ему прямо в глаза, поскольку его одурманивающий взгляд словно высасывал из нее душу.

Пока Милана смотрела на него в оцепенении, на лице Леонида начала появляться слабая улыбка, потом он медленно приблизился к ней и тихо сказал:

— Жена, твое лицо такого же цвета, что и вареная креветка…

Как только она услышала это, то тут же пришла в себя, она вытянула руку и толкнула его, а ее лицо в этот момент покраснело еще больше:

— Леонид, ты мерзавец…

Ей было неловко от того, что ему так легко удалось очаровать ее, что он даже посмеялся над ней, она собиралась встать с его колен, однако его рука крепко сжимала ее, не дав ей сделать это. Милана потеряла равновесие и упала в его объятия, а он, не дожидаясь пока она придет в себя, снова страстно поцеловал ее.