Страница 213 из 576
Она сопротивлялась, пытаясь вырваться из его объятий, но он ещё крепче сжал её.
— Не пущу, не пущу тебя никуда…
Его низкий мужской голос эхом раздался в её ушах. Её тело обволакивал знакомый запах сигарет, а бесчисленное повторение фразы «не пущу» сломило её твёрдое сердце. В это мгновение Милана почувствовала, как её сердце вдруг стало биться чаще.
Длинные пальцы Леонида слегка приподняли её подбородок, и теперь, их лица были друг напротив друга. Перед её глазами предстало красивое лицо Леонида. Эти чёрные глаза обладали таким очарованием, что в них легко можно было утонуть. Он тихо произнёс:
— Я всегда найду способ, не уходи от меня!
Милана открыла глаза, но выражение лица у неё по-прежнему было растерянное и уставшее.
Какой способ? На душе у Миланы опять стало неясно. Всегда есть способ? Всегда? И она должна ему поверить?
— Мила... — его ласковый голос просто разрывал сердце.
На глазах у неё наворачивались слёзы, которые вот-вот снова потекут по щекам. Ненависть, обида, гнев, отчаяние, все эти чувства, которые копились у неё на душе, превратились в этом оклике в самую душераздирающую и беспомощную скорбь.
— Спи. — сказала она. Она посмотрела на его состояние, и если он не поспит, то действительно может причинить вред своему здоровью.
Обнимая её, он посмотрел в её затуманенные от слёз глаза. Его взгляд был такой отдалённый и неясный, будто он тоже погрузился в её слёзы.
— Хорошо. Спи, я тоже устал.
Он увидел, как её глаза тоже налились кровью. Видя, как слёзы задрожали в её глазах, сердце у него наполнилось невероятной болью. Видя её слёзы, он словно снова сходил с ума! Эти две маленькие слезинки способны были разрушить стены неприступной крепости.
Он крепко схватил её за руку. Её нежная мягкая ручка беспомощно лежала в его большой ладони.
Она боролась из последних сил, но снова сдалась.
И пусть он продолжает держать её руку, пусть он продолжает смотреть на неё, она спокойно смотрела на него своим печальным и ласковым взглядом. Он тихо произнёс:
— Мила, прости!
Он глубоко вздохнул, и, повторяя бесчисленное количество раз свои извинения, прислонившись к её ключице, уснул.
Она сделала вдох и посмотрела на него. Она разглядывала его. Тем временем слёзы её уже высохли, а выражение лица стало более сосредоточенным.
Он похудел, был истощён и одинок. У него были очень сильные мешки под глазами, а длинные ресницы покрывали веки. Неизвестно сколько дней он не брился, но борода его отросла на столько, что казалось, это трава, появившаяся после сильного дождя.
И он был так измучен из-за двух женщин. Из-за неё с Яной! Милана подумала, что когда-то он был поклонником многих женщин, и если бы тогда они знали, насколько его переполняло чувство ответственности, то возможно, они и не стремились бы выйти за него замуж.
Он пришёл найти себя, сказать самому себе, что без неё у него нет жизни. От Яны он не устаёт, а от неё устаёт. Но ведь и она тоже устала! Хоть это и была взаимная любовь, но она уже не могла её продолжать.
Если бы можно было начать всё сначала, то она ни за что бы, не встретила его. Она бы позволила ему продолжать жить своей простой счастливой жизнью, и тогда бы он никогда не нашёл Коновалова Сергея. Например, сейчас она знает, что ребёнок в семье Коноваловых, с ним всё хорошо. Однако нужно ещё подождать долгое время, прежде чем ребёнка можно будет вернуть. Он — Коновалов, но он же и её ребёнок. Хотя дедушка Коновалов тоже вызывает сочувствие!
Что же ей делать? Они не могут быть вместе! Но ей снова не по силам расстаться с ним!
От этих мыслей её сердце разрывалось на части, а слёзы медленно стекали по щекам. Но Леонид в этот момент уже спал, он не знал, о чём она сейчас думала. Если бы это только было возможно, то она действительно бы ушла, сбежала! Даже если бы все говорили, что она трусиха, и только и может, что убежать от проблемы.
***
Семья Коноваловых.
Денис и дедушка Коновалов сидели на диване. Он уже долго, не моргая смотрел на него. Он так пристально смотрел на него, что у него заболели глаза. Наконец, он не выдержал и сказал:
— Ты изменил своё мнение?
— Мальчик, ты меня не победишь. — Коновалов Мирон по-прежнему не моргал.
— Ты почему такой скучный? Разве это не по-детски играть в гляделки? — рассержено сказал Денис, но своё поражение не признал.
— Я скучный? — удивился Мирон. — Ты первый человек, кто осмелился мне так сказать!
— Дядя, ты так несчастен! Денис так несчастен! — вздохнул Денис.