Страница 207 из 576
— Что такое? Ноги болят? — взгляд собеседника опустился ниже и остановился на ногах девушки.
Ну, если честно, то он постоянно смотрел на нее и заметил, что выглядела Мила очень даже уставшей, ведь шла она как-то странно, постоянно разгуливая с Леонтием и обмениваясь всякими приветствиями и любезностями.
— Ах, да. Не люблю я каблуки, постоянно устаю, — немного смущенно объяснила Захарова.
Денис же в свою очередь отошел взять мороженое. Для своей матери оно тоже взял одно.
— Мамочка, а хладнокровный дядя помог мне с мороженым, а еще он сказал, что самым вкусным мороженым будет то, что есть зимой!
— Что? Хладнокровный дядя? — не поняла Мила.
— А, ну это дядя Ваня! Он же не умеет улыбаться, поэтому я и прозвал его так! — Дениска, сказав, взглянул на Ивана. — Ты ведь не сердишься?
— А ну-ка давай без прозвищ! — тут же прикрикнула девушка.
— Нет-нет, все в порядке, пусть называет, как хочет, — несмотря на холодное лицо мужчины, голос же его таким не казался.
Ведь только сейчас он узнал, что у этого ребенка нет отца. Выяснилось, что Захарова была матерью-одиночкой, а, значит, ей было очень тяжело. Ох, женщина эта одна с малышом, да при всем при этом умудряется так хорошо его воспитывать. Это и правда очень даже нелегко. Более того, и работа этой леди тоже была на высшем уровне.
И в этот же момент Попов вдруг жестом приказал Миле подойти, и девушка тут же встала:
— Прошу прощения, надо идти. Денис, не бегай тут. Я потом подойду к тебе.
— Хорошо! — мальчик сел на диван и начал есть мороженое.
А заметив, что Иван проводил Милану взглядом, Дениска оглянулся и прямо сказал:
— Знаешь, у моей мамочки уже есть дядя Лёня, поэтому шансов у тебя ноль.
— Что за дядя Лёня? — до помощника никак не доходило.
— Это мужчина, что ухаживает за моей мамочкой. — ну, в глазах сына его мама была ужасно красивой женщиной. Поэтому это легко объясняло то, почему он считал, что любой мужчина, который приближался к его маме, мог преследовать цель поухаживать за ней.
И тогда красивое лицо Ивана словно покрылось слоем тонкого тумана. Но очень быстро все его эмоции снова вернулись к безразличию.
Милана же заметила, что Леонтий все еще что-то обсуждал с Мироном. Знал бы кто, как девушке не хотелось туда идти, ведь она и правда не представляла, как ей себя вести рядом с Коноваловым старшим.
Мда, вот посмотрела она на Мирона и вспомнила Леонида, а потом и Серёжу... И в эту же секунду красивые женские глаза наполнились болью и скорбью. Сердце тянуло, в глазах — туманная пелена. Помогая другим, она обрекла на боль саму себя. Да и только ли на одну боль?
Ладно, сейчас это уже все неважно! Милана, ты должна быть сильной! Небо не рушится, оно держится, поэтому и ты все сможешь!
И вот, глубоко вздохнув, Мила только-только решилась сделать первые два шага. Рядом же проходил официант, держащий в руках поднос с алкоголем. И как вдруг по некой причине, вполне возможно из-за того, что ноги девушки от долгой ходьбы уж слишком устали, она случайно подвернула лодыжку, как вдруг сразу же почувствовала нечто холодное, что пропитывало ее одежду. Раздался звон, грохот от бьющихся бокалов, а напитки, что были в них, прямо по курсу разлились на одежде Милы.
Захарова была в культурном шоке, глядя на свое белое платье, которое вдруг стало красно-фиолетовым!
— Простите! — официант в ужасе стал рассыпаться извинениями.
— Все... все в порядке. — мда, вот глядя на платье, и правда можно было сделать выводы о ее тупости. Ах, да Мила же даже высокие каблуки носить не в состоянии! И тогда плена, застилавшая глаза девушки, вдруг превратилась в капли слез.
Официант же просто нервничал:
— Я не нарочно! Прошу, не плачьте!
— Что тут происходит? — рядом вдруг неожиданно раздался мужской баритон, после чего резко возникло чувство какого-то странного давления. И как только официант поднял глаза, то тут же увидел высоченного мужчину. Да, это был тот самый Иван. Лицо его было все таким же холодным, а вот взгляд, словно нож, метнулся в его сторону. Да так сильно, что тот чуть не подавился.
И снова нервно посмотрев на девушку, что была вся в слезах, официант запаниковал. Эм... этот молодой человек не собирается же побить его из-за этого красных пятен на ее белом платье?
— Э-э... Все очень плохо, да? — спросил он, глядя на Милу.
— Все в порядке. — покачала головой Милана. — Можешь идти!
Леонтий Попов и Мирон Коновалов же тоже обратили внимание на эту ситуацию. Они подошли, а отец Леонида насупил свои брови. Милана в свою очередь посмотрела наверх и своим затуманенным взглядом встретилась с лицом, что так было похоже на самого Леонида Платоновича! Слезы вновь покатились вниз.
— Прошу прощения, я в уборную, — тогда Милана пулей развернулась.
А Иван, увидев слезы, тут же последовал за ней.
— Надо же, как не вовремя с моей помощницей произошла такая неловкость. — Прищурившись, Попов улыбнулся и произнес: — А о чем же ты хотел поговорить с ней? Может быть, обсудишь это со мной?
— Неважно. В следующий раз, — ответил Коновалов.
— Ого? Строгий дедушка Мирон, ты, оказывается, тоже здесь? — Дениска подбежал с мороженым в руке и нахмурился, увидев двух стоящих мужчин вместе. — Так странно видеть вас двоих вместе! Один улыбается, как самый настоящий лис, а другой прямо-таки похож на тигра!
Леонтий и Мирон просто-таки выпали от такого заявления. Что же этот ребенок такое говорит-то...
— Ха-ха-ха-ха... — Попов на это лишь громко рассмеялся, совсем не сердясь. — Вот же, а, значит, решил сделать мне комплимент такой?
— Когда Вы улыбаетесь, то прищуриваете глаза. Прямо как лис!
— Ха-ха, Мирон, а ты у нас, значит, грозный тигр! — начал дразнить новый гендиректор Захаровой.
А вот лицо Коновалова старшего же напряглось. Неужели он действительно настолько строг? Мда, этот ребенок взял и просто сравнил его с тигром, сорванец и правда умеет выдумывать всякие небылицы. Но только на самом деле мужчина совсем и не рассердился. Напротив, у него даже возникло желание улыбнуться.
— Серьезный дедушка, а дядю Лёню ты тоже запер? Почему он до сих пор не пришел? — спросил тогда этот озорник.