Страница 178 из 576
— Мальчик, да ведь он — твой батя! — эти глаза могли объяснить всё, Александр интуитивно понял, что этот ребёнок — Лёнин сын.
— Да нет, это же ведь Серёжа — сын дяди Леонида, а не я! — объяснил Денис.
Немного удивлённый, Александр молчал и смотрел в сторону Леонида. Их взгляды пересеклись, но и Леонид не стал ничего говорить. Он одним махом поднял Милану и, не обращая внимания на людей в аэропорту, направился прямо к лифту.
— Отпустите меня, Леонид, мне нужно вернуться, да пустите же меня! — Милана больше не могла хранить спокойствие, ведь её несли на плече, а она свесила голову. Она хлопала по его массивной спине, но Леонид не обращал внимания, но шёпотом стал угрожать: — Если не хочешь получить по заднице, то веди себя воспитанно!
Сказав это, он взглянул на её миниатюрные ягодицы и шлёпнул, Милана тут же громко крикнула:
— А-а...
Накричавшись, она более не сопротивлялась и покинула аэропорт на плече Леонида.
Наблюдая за этой сценой, Александр и охранники позади него оцепенели — это и правда был Леонид? Кто сможет объяснить?
Денис же улыбался и лукаво усмехнулся:
— Дядя, пойдёмте тоже!
Расположившись внутри своей ярко-синей Bugatti, Леонид нахмурил брови, да так, что они почти сошлись:
— Скажи, что в конце концов случилось?
— Мне нечего тебе ответить!
— Тебя разыскал старикан? — начал подозревать Леонид.
— Да нет! — Милана мгновенно опровергла предположение. Она не думала, что говорит, ей вспомнилось, как его отец сказал, что Леонид сам с ранних лет рос без матери, ей стало грустно на душе — у него правда с детства не было мамы?
— Ты ведь от чего-то бежишь? — он наклонился и посмотрел ей в глаза.
— Держись от меня подальше! — прошептала она и начала отталкивать его.
У Леонида застыли глаза, он сурово проговорил:
— Ты можешь быть только моей девушкой, ты можешь быть только со мной, тебе никуда нельзя ехать, слышишь меня?
Тем не менее его до наглости самоуверенные слова тронули сердце Миланы.
Он опустил голову и взглянул на неё, увидел лишь то, что и она склонила голову, в её глазах была какая-то скорбь, какая-то беспомощность, даже отчаяние, с этого ракурса он даже мог заглянуть ей за воротник и разглядеть мягкую белоснежную кожу на её груди. Её красота пробуждала в Леониде нестерпимое желание, что-то вырывалось из его брюк!
— Твоя гостья ушла?
— Ась? Что? — какое-то время она не могла собраться с мыслями.
— Я спрашиваю, твоя тётя уехала? Она же на неделю приезжала? Так ведь? — он задумался, вроде так оно и было.
Её щёки резко покраснели — когда и что это было? К тому же, когда он думал над этим, его глаза словно становились глубже, а она чувствовала себя всё более и более растерянной, ей оставалось лишь облокотиться на спинку кресла и больше не двигаться.
— Она ведь уехала? — он снова спросил, вдруг приоткрыл рот, склонился к ней и поцеловал в губы, чего так долго ждал.
Её взгляд был непорочным, как у оленёнка, удивившись и оторопев, она медленно закрыла глаза. Её только что вынесли из аэропорта, и сейчас они находились на местной стоянке.
— Нет... пусти!
— Ха! Ладно, я возвращаюсь домой, — казалось, Леонид повеселел, он отпустил её, но смотрел на неё вплотную, да так, что даже не моргал, — Если ещё раз попробуешь бежать, то будешь приговорена к смерти без права на помилование!
Но ведь ей не хватало статуса, чтобы быть при нём девушкой — подумав об этом, Милане стало тошно на душе. Взор её помутился, она молча опустила голову.
Они приехали в загородный дом Фарнезина. Естественно, попытки Миланы улизнуть оказались тщетными.
— Леонид, отпустите меня! — просила она шёпотом, — Я хочу жить спокойно!
Если бы так продолжилось, она бы просто сломалась, она не могла смотреть на Серёжу и не узнавать в нём своего сына… ради сына, это всё ради сына! Она уже и так преступница, ей больше нельзя поступать неправильно.
Когда Леонид приблизился к ней, её новый запах, словно лишённый привычных ноток мыла, приковывал его к ней, волновал его сердце.
Милана склонила голову, в глаза ей отразился свет от его чёрных ботинок. Она так и не дождалась от него отклика, из-за чего у неё возникли некоторые подозрения. Она подняла голову, обратила на него взгляд, и ей вновь захотелось спрятаться, его взгляд был слишком сосредоточенным.
Когда он опустил голову, то протянул свои большие загорелые руки и крепко обхватил её за талию, заключил в объятия:
— Когда я куда-то иду, не смей меня покидать! Почему ты такая непослушная? — в голосе Леонида слышалось бессилие.
Милана удивилась, её лицо вдруг раскраснелось, они прижались друг к другу телами, вплотную, было так тесно, что у неё лицо разгорелось, потому что она прочувствовала, сколь эмоциональным был его ответ. Он прижал свой подбородок к её плечу.
— Наши жизни — связаны, даже и не думай бежать, неужто ты не хочешь быть с Серёжей? — спросил он глубоким голосом.
.