Игрушка в лапах судьбы

Глава 97. Не сможешь поменять

— Мисс Захарова, это совершенно исключено!

Она подняла голову и не удержалась от того, чтобы взглянуть на него. Напряжённое лицо. Наконец она поняла на кого похож Леонид. Этот темперамент и обаяние. Отец и сын похожи, как две капли воды.

Он пристально на нее смотрел и рассматривал. Она выглядела достаточно молодой. Согласно отчету ей было семнадцать лет на момент, когда она стала суррогатной матерью. Значит сейчас ей всего лишь двадцать три года.

— Знаешь, я предпочитаю говорить напрямую. Думаю, ты должна понимать, что ты — суррогатная мать. И даже если ты захочешь, то не сможешь этого поменять.

Его слова, словно молоток, проникли в ее грудную клетку и разбили сердце. На мгновение девушка почувствовала, как оно разлетелось на мелкие части.

— Ты должна понимать, какой капитал у нашей семьи. А Сережа — мой старший внук и наследник всего этого. Неужели ты хочешь, чтобы спустя много лет выяснилось, что его мама работала суррогатной матерью? Думаешь, он тогда сможет унаследовать «Coco»? Боюсь, что как только об этом станет известно, акции корпорации резко упадут. Ты хочешь подвергнуть его такому позору?

Ее сердце окончательно заледенело. Действительно! Она думала только себе и не раскаивалась. Но на самом деле даже не думала о Сереже! Она ведь не была обычной матерью. Совсем не была.

— Мисс Захарова, я могу понять чувства матери, потерявшей ребенка. Но преемнику нашей семьи придется пройти через многое, чтобы добиться успеха! Мой сын вырос без матери, он ведь смог стать достойным. Мой внук тоже сможет. Ты понимаешь, о чем я? — его голос был спокойным и холодным.

Милана опустила голову, слезы заполнили ее глаза, но не скатывались вниз. Она ничего не говорила. Внутри будто резали ножом, и от боли у нее чуть не перехватило дыхание.

— И еще. Леонид — генеральный директор «Coco». Даже если я его сейчас и прогнал, то это все равно не отменяет того факта, что он — мой наследник. Мисс Захарова, ты с ним не подходишь друг другу! Даже наши предки серьезно подходили к выбору равной пары, не так ли?

— Я поняла, — произнесла девушка. Ей было тяжело и больно.

— Какие у тебя условия? — он не ожидал, что она так быстро согласится.

— Позаботьтесь о Сереженьке. Он еще застенчивый. Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Просто хочу, чтобы у него была хорошая жизнь. Как у обычного ребенка. И еще скажите ему, что я не его родная мать. Что папа попросил меня притвориться ей на пару дней, чтобы сделать ему приятно. Господин Коновалов, Вы — его дедушка, и я думаю, Вы понимаете, какого мне сейчас. Мы ведь оба желаем ему лучшего! Я знаю, что он хороший. Это все. Простите, что мой сын Дениска Вас побеспокоил. И не волнуйтесь, мы больше не появимся в вашей жизни! — Милана сделала глубокий вздох, развернулась, и слезы потекли из ее глаз.

Так она и ушла оттуда. Девушка даже не понимала, что чувствовала в тот момент. Лишь чувствовала боль во всем теле. И чувствовала, что каждый ее шаг был словно по лезвию ножа. Оказывается, вот как разрывается сердце! И так ощущается разлучение с родным человеком! Словно твое сердце достали и засунули в мясорубку, хорошенько перекрутили до такого состояния так, что уже непонятно, что это мясо. Даже тяжело и больно дышать, даже сам воздух душит!

— Сережа, мама уходит и просит прощения! — кричала про себя Милана.

Она зажмурилась, превозмогая боль внутри. Слезы катились одна за другой, полностью осушая глаза

Она вдруг пожалела о том, что признала Сережу. Может, если бы она с самого начала просто наблюдала за ним со стороны, и если бы она не признала себя мамой, то этого бы не произошло. А сейчас это большой удар для ребенка! Она действительно ужасна!

Милана даже не знала, как вернулась домой. Она пришла и увидела няню вместе с Дениской, которые ждали ее. У девушки было спокойное лицо, но скорее онемевшее, совсем почти без эмоций.

— Мамуля! — закричал мальчик.

— Здравствуйте, мисс Захарова. — подошла к ней няня, увидела ее бледно-белое заплаканное лицо и заволновалась. — Все хорошо?

— Спасибо, да, все хорошо, — ответила она и взяла сына за руку, — Малыш, мы дома. Спасибо, что привезли его.

— Ваш сын такой смышлёный! И я не знала, что Вы — мама Сережи.

Она хотела что-то еще добавить, но Милана этого не хотела. В данный момент у нее совершенно отсутствовали силы, и она не могла ни о чем думать.

— Я не его мама! — внезапно прервала няню девушка. — Это было сделано, чтобы порадовать Сережу. Мы подписали соглашение с Леонидом. Извините. У меня есть дела. Вам лучше уйти.

Сказав это, она взяла сына за руку и пошла с ним в комнату.

— До свидания! — успел сказать Денис перед тем, как закрылась дверь.

Няня была в недоумении, глядя на дверь. Что? Как это?

— Мамочка! — мальчик думал, что она злится на него.

— Малыш, иди к себе в комнату. Мама хочет побыть одна! — она была очень уставшей.

Милана встала и направилась в свою спальню. Никогда этого не поменять! Никогда. Сережа — результат контракта. И у нее нет права быть его матерью. Он — наследник семьи Коноваловых. А Коноваловы не потерпят позор наследника!

Девушка стояла на балконе и смотрела в окно. Она была совершенно разбита. И вдруг облака заслонили только что светившее солнце, стало мрачно и темно, яростно подул ветер, разнося опавшие листья по земле. И закапал дождь, сбивая цветущие во дворе хризантемы.

Милана съежилась, стоя на балконе. На нее дул холодный ветер, и она не закрывала окно до тех пор, пока не задрожала от холода.

Она бессильно села на пол, и тьма захлестнула ее. Глаза девушки были пустыми, они даже не могли ни на чем сфокусироваться. Затем дождь хлынул в окно, намочив ее с ног до головы!

Глаза Миланы были сухими, она даже уже не могла плакать, а голова давно отключилась. Во время такого беспорядка ее сердце, наоборот, все понимало яснее. Она больше не сможет увидеть Сережу. Не сможет. Как бы не хотелось и как бы ни было больно!

Ее грудь пронизывала тупая боль, и рука, которую она прижимала к себе, не выдержала и с силой и яростью ударила стену. Окровавленные костяшки сразу же послали сигнал о боли. Она все еще может чувствовать? Она вяло улыбнулась, перестала сопротивляться и снова свернулась калачиком в углу балкона. Также, как и тогда, много лет назад, их с Матвеем так называемая мать бросила их, свернулась клубочком и ни о чем не думала, ни на что не обращала внимания. Просто тихо лежала, позволяя горю заполнить все.

***

Аэропорт.

Милана взяла за руку сыну и пошла к выходу на посадку.

— Мама, а куда мы полетим? — спросил мальчик.

Вернувшись вчера домой, мама закрылась на весь день в комнате, а потом на следующий день сказала, что им нужно уезжать, что они не могут остаться.

— Мы возвращаемся обратно. Будем жить там же, где раньше. — Милана была уже спокойная.

В этот момент вдруг зазвонил телефон. Девушка опустила голову и увидела уже такое знакомое имя. Ей стало горько, но она не ответила, а сбросила вызов.

— Дениска, мама пойдет получит карточку, а ты никуда не уходи. Жди меня здесь! — она посадила его на сиденье.

— Хорошо! — он взял телефон и ее сумку, слушаясь маму.