Страница 427 из 1625
Анфиса поплотнее укуталась в пальто, развернулась и зашла домой.
Погода становилась всё холоднее, приближался декабрь, ветер только добавлял холода.
Двадцатого декабря, когда приближались новогодние праздники, в ночи дом в одно мгновение осветился светом ламп. Елизавета почувствовала боль, чтобы люди не заметили подмену, они никому не сообщили, той же ночью повезли Елизавету в больницу. Решив дождаться рождения ребёнка, чтобы Анфиса взяла ребёнка на руки и сообщила, что уже родила. Так можно ввести всех в заблуждение. Илья вёл машину, Анфиса на заднем сидении обнимала, от боли покрывшуюся испариной, женщину. Она утешала Елизавету:
— Потерпи ещё, мы скоро приедем в больницу.
Анфиса не рожала, потому не знала, что, даже приехав в больницу, девушке придётся ещё пережить родовые муки. Такой сильный человек как Елизавета, не могла выдержать этой боли, похожей на то, словно кто-то разрывает её кости и плоть.
— Больно, больше не могу терпеть. — Елизавета крепко схватилась своими тонкими пальцами за сидение, губы дрожали, — я скоро умру?
— Нет, нет, — Анфиса не знала как ей больно, не могла понять.
Она увидела страдания Елизаветы, её сердце беспорядочно забилось, она добавила:
— Не бойся, мы здесь, мы с тобой.
Илья время от времени оглядывался назад, его сердце поднялось к горлу. Вскоре машина остановилась у ворот больницы, Анфиса вышла из машины, открыла дверь, желая помочь выйти Елизавете, но её отстранил Илья. Она остолбенела, но среагировала и отошла. Илья наклонился, чтобы вытащить Елизавету из машины, она схватила его за воротник и сказала:
— Больно, мне так больно, периодически…
Илья не знал, как успокоить её, он тоже волновался. Ему оставалось только приложить силы и обнять её, молчаливо утешая.