Я одержим тобой

Глава 152 Не нужно нас жалеть

Павел взял сестренку под руку и сказал:

— Пойдем, надо найти маму. Это не наш дом, и этот мужчина – не наш отец.

Мария отпрянула от него, она не понимала, почему брат вдруг рассердился.

— Это же папа…

— Да нет же! — Павел никогда не обращался с сестрой так грубо, но в этот раз действительно был зол. Неужели не видно, что он не хочет нас признавать своими? — Ты все еще хочешь сидеть тут с глупым видом?

Мария расплакалась, ее личико покраснело, в глазах стояли слезы, плечи еле заметно затряслись. Она не решалась сказать что-либо, Павел явно был вне себя от ярости.

Она осторожно коснулась руки брата:

— Паша…

— Не трогай меня! Иди к своему папаше, тебе не нужны ни я, ни мама!

Девочка всхлипнула. Слезы покатились по ее щекам, она начала тихонько плакать и схватила брата за руку, боясь, что он отмахнется от нее. Она хоть и скучала по отцу, но Паша был для нее важнее. В конце концов, они вместе выросли, их связь неразрывна.

И как вообще можно было променять брата на отца, которого она знала всего несколько дней?!

— Паша, прости меня, мне не нужен папа, только не оставляй меня …

— Чего ты плачешь?

Павел помог ей вытереть с лица слезы, в его глаза тоже были полны слез.

Он взял руку сестренки:

— Пойдем, надо найти маму.

— Уже так поздно, куда же вы пойдете? – Виктория Александровна поспешила их остановить.

Когда пришли Елизавета Родионовна и Илья Никитич и поговорили с ней один на один, она знала, зачем они сегодня пришли к ней. Все эти сложности и путаница только усложняют дело, как же эти двое детей могут быть детьми Дмитрия?

Однако тест ДНК не может врать, к тому же Гусев вовсе не дурак, чтобы признавать двух совершенно чужих детей своими внуками. Семейство Гусевых достаточно состоятельное, такое дело не должно запятнать их репутацию.

Павел поднял голову и посмотрел на Викторию широко распахнутыми глазами:

— Бабуля мне надо найти маму.

Он изо всех силился не заплакать. Он не должен лить слезы перед Дмитрием. Не должен показать собственную слабость.

Виктория попыталась удержать в своих руках Пашу:

— Давай я сначала позвоню вашей маме? Мы даже не знаем, где она. Подожди меня тут, я пойду позвоню ей.

— Не надо, я сам найду ее. – Павел и минуты не хотел тратить на ожидание.

— Дружок …

Екатерина Алексеевна тоже попыталась успокоить мальчика. Смотря на этих деток, она и сама пыталась не заплакать. Елизавета Родионовна отвернулась и незаметно слезы, ей было очень жалко их. Однако никто из взрослых не мог уговорить их остаться, Павел больше всего на свете хотел немедленно покинуть этот дом.

— Не надо уговаривать нас и плакаться о том, какие мы бедные, мы совершенно не такие

Нам нужна мама, она любит нас, она заботилась о нас, ухаживала, укладывала спать, рассказывала сказки и учила нас всему. Нам никто, кроме нее не нужен. — Закончив, Павел потянул сестру к выходу.

— Я пойду с вами. – Виктория Александровна поспешила за ними.

Однако кое-кто оказался быстрее нее, по стене лишь скользнул темный силуэт, и Дмитрий, который обычно ничего не говорит, перегородив путь Паше и Маше, сказал низким хриплым голосом:

— Уже стемнело, куда вы пойдете?

— Пустите, нам нужно найти маму! – Павел поднял глаза на него, было видно, что он уже был готов вот-вот расплакаться, однако держался изо всех сил.

Глядя в упрямые глаза Паши, сердце Дмитрия сжалось, он почувствовал, как к его горлу подступил ком. Он слегка согнулся, как будто только в таком положении он мог хоть немного облегчить невыразимую «тягость» в душе.

Он, присев перед ними на одно колено, вглядывался в их лица, осматривая каждую черточку. Его руки дрожали, он хотел прикоснуться к ним, уже было протянул руку, но не осмелился дотронуться. Не хватило смелости. Он никогда в жизни не чувствовал такого смущения.

Такая правда повергла Дмитрия в шок. В одну ночь он мгновенно обрел сына и дочь. Тем более, что эти дети от женщины, которую он всегда любил. Как же после такого не заволноваться?

Двое детей, за которыми он ни дня в жизни не ухаживал, как же не почувствовать стыд перед ними?

Как же их успокоить? Они прожили только с матерью шесть лет, он совершенно не знал, что же ему делать.

— Пожалуйста, отпусти нас, нам надо найти маму. – Павел хотел оттолкнуть высокого взрослого человека, что стоял перед ними.

— Я пойду с вами, хорошо? – Дмитрий пытался сдерживать дрожь в голосе.

Он был крайне осторожен с ними.

— Нет. – Павел не собирался сдаваться.

— Я могу позвонить маме, она нас встретит. – Он уже набирал знакомый номер Светланы.

В ответ он получил лишь:

«Абонент временно недоступен, перезвоните позже…»

— Однако Павел не хотел сдаваться и вновь набрал номер. Автоответчик упорно твердил:

«Абонент временно недоступен, перезвоните позже…»

Мальчик нахмурился, мама никогда не отключала свой телефон. Как же так вышло, что ни бабушка, ни он не могли связаться с ней?

— Я знаю, где она, пойдем со мной. – Дмитрий чувствовал некое снисхождение к ним, он за всю свою жизнь никогда ни к кому так не относился. Однако сегодня все изменилось.

Павел упрямился. В его глазах молчание Дмитрия говорило о том, что он не хочет принимать их, Паше было больно понимать это. Мария тоже не осмеливалась соглашаться, однако было видно, что она тянется к Дмитрию. Она потянула брата за рукав:

— Пусть папа пойдет с нами.

— Это не наш папа! – раздраженный Павел еще больше разозлился из-за этих слов Марии.

Мария вздрогнула от испуга, она больше не осмелилась издать ни единого звука и пыталась сдержать слезы:

— Я … Я ничего не говорю, не злись … - Она всхлипнула, — Не злись, пожалуйста.

Павел знал, что он зол, он не должен так грубо относиться к сестре, он приобнял ее и сказал:

— Я не имел этого в виду, прости, Маша.

— Все хорошо, Паша.

Я знаю, что ты и мама любят меня. — Мария крепко обняла его: — Паша, я хочу к маме.

Павел посмотрел на Дмитрия, в его голове роилось много мыслей. Он вдруг смягчился:

— Ты правда знаешь, где мама?

Дмитрий кивнул:

— Правда.

Мальчик подумал еще немного:

— Хорошо, пойдем.

Дмитрий замер, но он тут же опомнился, зная, что мальчик очень сейчас зол на него. Он протянул руку, чтобы обнять Машу, в конце концов, эта девочка тянулась к нему. Малышка вдруг отступила на шаг, а затем посмотрела на брата. Она хотела обнять отца, но боялась гнева Паши.

Павел сжал руку сестры:

— Я с тобой, скоро мы увидим маму.

Рука Дмитрия замерла в воздухе, он опустил ее и спокойно сказал:

— Пойдем.

Он повернулся и медленно пошел, поджидая детей.

Павел присматривал за своей сестрой, а потому посадил ее первой в машину, затем сел сам, закрыл дверь, помог сестре пристегнуть ремень безопасности, пристегнулся сам, тем самым не давая и шанса Дмитрию позаботиться о них.