Страница 259 из 1625
Захар Гордеевич пришёл, чтобы лично поговорить с Дмитрием.
Максим вернулся домой и им сказал, что вопрос с видео улажен. Он сказал, что нужно лишь провести пресс-конференцию и он примет всю ответственность на себя. Отмыться не получится, если никто не ответит перед судом, то семья Суворовых не вернёт себе репутацию. Максим сам признается, что это он обидел Пашу и что хочет понести наказание. Его должны были судить по делу о нанесении телесных повреждений. Приговор должен был составить год и шесть месяцев. Обычно при таком деле давался срок меньше. Ведь ушиб был совсем небольшой. Но волнение в сети было слишком сильным. Полиция находилась под давлением, и Суворовы не хотели усложнять положение дел, поэтому его приговорили к более жесткому наказанию. Чтобы следящие за этим делом люди успокоились. Репутация семьи Суворовых должна была быть восстановлена. Они не запугивали других. Они были хорошим гражданами. Они совершили ошибку, и их наказали, строже, чем обычных людей. Все это должно было закрыть рты массам.
— На счет Ани… — Захар Гордеевич хотел что-то сказать, но замолчал.
Но смысл был ясен.
— Давайте по-честному. — равнодушно сказал Дмитрий.
Просто полагаться на слова? Они принимали его за трёхлетнего ребёнка? Нужно демонстрировать поступки, а не слова.
Захар Гордеевич положил видео на стол:
— Нет копий, видео не сохранено ни в каких программах. Не переживайте. В этот раз все сложилось не самым неприятным образом, но наши семьи остаются в дружественных отношениях.
Дмитрий задержал на нем свой взгляд на несколько секунд:
— Не волнуйтесь, пока это видео не появится, не появится видео вашей дочери.
— Э…
— Что, не доверяете мне?
Захар Гордеевич был в затруднительное положении. Получается, что это видео было постоянной угрозой в руках Дмитрия. Захар Гордеевич чувствовал себя небезопасно.
— Конечно, я верю. Но, в конце концов, это связано с репутацией моей дочери, поэтому я не могу не думать об этом.
В этот момент Захар Гордеевич выглядел прямо как любящий отец.